Страница 11 из 79
Глава 7 Мой кот — некромант?
Когда стану известной во всем мире ведьмой, издам книгу «Предвестники неприятностей». На первой странице крупным шрифтом будет написано: «Громкий стук в дверь посреди ночи».
— Идите спать, алкоголички, — выкрикнула Сельма, не вставая с постели. — Иначе так прокляну, что и стерва Таунсенд не поможет!
Стук ненадолго прекратился, а потом дверь открылась сама собой и через порог переступила… леди Таунсенд собственной персоной. А следом за ней и ректор Андерос.
— Доброй ночи, студентки, — он обвёл взглядом комнату и остановился на тумбочке, в которой жил Букмаро. — Портим имущество академии?
— Совершенствуем, — возразила я, ойкнула и натянула одеяло под подбородок. — А вы из-за мебели вломились так поздно?
— Из-за запрещенной магии, — холодно ответила вместо ректора Катрина Таунсенд. — Вы хоть понимаете, какой опасности подвергли всех в стенах этой академии, студентка Ботем?
Ну, знаете ли, это уже ни в какие ворота! Мало того, что она на всю группу выставила меня на посмешище, заставила единственную выполнять какое-то задание, чтобы доказать свое право учиться здесь, так теперь ещё и до ректора дошла? Решила через него меня выпнуть, раз уж не получилось по-другому?
— Я спала, — пришлось свесить ноги с кровати, подтянуть к себе халат и накинуть на плечи, раз уж ночные гости не собирались уходить. — Вот настолько сильно вы хотите меня отчислить, леди Таунсенд? Дошли до ложных обвинений и доносов начальству? Я справилась с вашим заданием, в этом всё дело?
— Речь о бутылке, — лорд Андерос прошел глубже в комнату, заполнив собой всё свободное пространство.
Теперь мы стояли друг напротив друга. Его глаза вновь загадочно мерцали, выдавая использование магии. Я почувствовала лёгкое касание к своим мыслям и окончательно разозлилась. Вывалила на ректора всё, что думала о Катрине Таунсенд и её предвзятости ко мне, приправила это изначально невыполнимым заданием и посыпала сверху кучей нецензурщины, которую леди, конечно, не знала бы. В отличие от дочери сапожника!
— Я сделала всё, что мне велели, — пришлось шагнуть назад, чтобы хоть немного ослабить воздействие ментальной магии.
— Она всего лишь студентка, — добавил Букмаро, высовывая голову из своего укрытия. — Если задание из учебника оказалось опасным, р-р-разве не с преподавателя должен быть спрос?
А вот теперь я, кажется, стала понимать, где кот зарыт! Странные подсказки Букмаро, внезапно легко вспыхнувшая свеча в бутылке. Я пнула тумбочку, и голова недофамильяра вновь скрылась за иллюзией.
— Фитиль был пропитан кровью, как вы это объясните? — голос ректора стал вкрадчивым и совсем тихим, но я больше не ощущала его магию.
На секунду я замялась, не зная, как себя вести. Мне показалось, или лорд Андерос давал мне возможность солгать? Впрочем, признаваться сейчас было бы глупо. Если Катрина докажет, что я использовала запрещенную магию, то меня отчислят. Какое там наказание? Рудники? Тюремное заключение? Или казнь?
— Порезалась, пока заготавливала ингредиенты, — ответила я. — Глубоко порезалась, кровь никак не удавалось остановить. Но времени на задание было мало, я спешно наполняла бутылку. Наверное, несколько капель случайно упали на фитиль.
— А в чём проблема? — пискнула со своей кровати Сельма. — Леди Таунсенд не выспалась и решила устроить из-за этого скандал?
— Леди не выспалась, — ректор медленно кивнул, и мне показалось, что он сдерживал улыбку. Уголки его губ едва-едва приподнялись. — Потому что имела честь общаться со своим покойным… супругом. Как вы это объясните?
— Мне тоже иногда снится почившая бабушка, — я фыркнула. — Что, мне теперь бегать по академии и искать какую-то запретную магию?
— Плетение на бутылке другое, — зашипела Катрина. — Такого в учебнике точно не было!
— В учебнике и не предлагается использовать аметист вместо лунного камня, — я пожала плечами. — Вы намекнули, что поощряете эксперименты. Я немного поиграла с плетением. Ничего критичного не делала, проклятия не вплетала. Откуда я могла знать, что изменения вкупе с капелькой крови на фитиле могут вызвать дух вашего мужа?
— Это в принципе невозможно, — снова вступила в разговор Сельма. — Ведьмы не вызывают призраков, это работа некромантов.
— Значит, ваш сон — обычное совпадение, — постановила я. — Бутылка сработала как надо, задание выполнено в полном объёме. Я остаюсь учиться дальше.
— Вы точно остаётесь, — ректор Андерос потёр камень на своей печатке об рубашку и скучающе добавил: — Вопрос только, на каком факультете будете учиться. Явление души с того света не было простым сном, студентка Ботем. Это именно призыв, пусть и непроизвольный. И разумеется, речь не идёт о запретной магии. Вы случайно использовали подзабытое некромантское заклинание, но наказывать вас не за что.
— Некромантское? — я села на кровать и теперь смотрела на ректора снизу вверх.
— Так и есть, — он присел на корточки, чтобы снова заглянуть мне в глаза. — У вас редкий двойной дар, студентка Ботем. Вы одновременно ведьма и некромант. Распределение не предусматривает таких ситуаций, потому что за всю историю в академии училось не больше десятка студентов с двумя векторами силы. Я один из них. Жаль, что отдельный факультет для практикующих ментальную магию до сих пор не открыли. И выбора у меня не было. Зато вы можете решить: остаться ли вам на факультете ведьм или перевестись к некромантам.
— У них стипендия выше, — пробормотала Сельма. — И гарантированное трудоустройство.
Она скосила глаза на красную от гнева Катрину Таунсенд, но произносить очевидное вслух не стала. Я и так поняла. А ещё на факультете некромантов не будет злобной стервы, решившей меня отчислить по какой-то надуманной причине.
— Тогда я хочу перевестись.
— Хорошо, — кивнул лорд Андерос. — Зайдёте завтра перед первой парой ко мне. Обговорим детали. А теперь ложитесь спать, студентки. Надеюсь, вам для этого никакие магические ухищрения не нужны?
— Нам достаточно чистой совести, — съязвила я напоследок и едва не показала язык злобной преподше.
Ректор тихо хмыкнул и поднялся, а затем они с леди Таунсенд нас покинули. Я повторно пнула тумбочку кота и упала головой на кровать, раскинув руки в стороны. Хотелось спать и пытать Букмаро одновременно!
— Чего ты пыхтишь? — Сельма рассмеялась и бросила в меня подушку. — Всё сложилось как нельзя лучше, разве не так?