Зона отчуждения

Бабка со своим внуком Антоном – Бандером. Министр, о котором рассказал Миха. Три человека «верхушки», получается. Маловато для такого бизнеса. Для полноценной организованной преступной группировки еще пары человек не хватает. Пока у нас что получается? Бабка – мозг. Антон – руководитель «в полях», но по сути исполнитель. Министр – что-то вроде «крыши». По-хорошему (точнее, по-плохому), нужен еще как минимум человек во властных структурах, и не на последней должности. Своего рода прикрытие. Кто-то, кто не даст ход поискам пропавших людей. Все-таки у большинства, помимо семьи, есть друзья, романтические знакомства, соседи, в конце концов. Кто-то да хватится.

— Миш, – растолкала я приятеля. Тот сонно посмотрел на меня. – Слушай, а только тарасовские люди в этом лагере? Не в курсе, часом?

— Большинство, – буркнул он. – А что?

— Да вот думаю, сайт же не только в нашей области виден.

— Так они заявки обрабатывают как-то, – пожал плечами следователь. – Наверное, и стараются тарасовских отбирать.

— Почему не Брянск? Это же ближе, чем за две тысячи километров везти людей.

— Жень, кажется, понял.. В Тарасове этот их министр трудится. И должен быть еще кто-то, из полиции, так?

— Ага, должен быть кто-то в том же РОВД. Либо тарасовском, либо областном, – согласилась я. – Не просто же так они в нашем регионе развернулись? Тут не только тормозить поиски пропавшего народа, тут кто-то еще должен пробивать биографии. Мало ли, многодетный отец семейства решит податься в Припять. Супруга же с полицейских с живых не слезет. Всякую шушеру на местах я не считаю.

— Да, должны быть такие идейные, мелкие сошки, – фыркнул Миша. – Повариха тамошняя, Арина, рассказывала, что ее завербовали в больничке, доктор-онколог.

— Эти-то ладно. Значит, неплохо бы вычислить мента. И что-то еще мы упускаем.

— Точку слива продукции? – предположил мужчина. – Что там, золото, иконы? Барахло, которое люди не забрали с собой при эвакуации?

— Ага, а еще документация, а может быть, и какие-нибудь металлы, – добавила я.

— И это тоже. Объемы должны быть неслабыми. Куда все девается?

— Ладно. Размышляй, а я еще вздремну. – И он снова захрапел.

Для полной организованной группировки не хватает еще пары человек как минимум. Интересно, кто они? Что-то здесь нечисто.

Забрезжил рассвет. Миха подошел ко мне и сел рядом. Мы переглянулись. Решено было, что к машине он пойдет один. А потом, если все будет чисто, выйдем и мы. Он отдал мне бинокль, и мы засобирались.

Полицейский двинул к назначенному месту. Мы за ним, но в некотором отдалении. Тем более что Соня быстро ходить не могла со своей больной ногой. Брели довольно-таки долго, несколько часов. Хорошо, с собой была вода и нехитрый перекус.

Наконец дошли до нужной точки. Мишка шагнул вперед, но замер, вслушавшись в звук мотора. Через несколько минут подъехал джип. Именно на таких ездили бритоголовые. Мужчина оглянулся. Я взглядом посоветовала ему спрятаться. Что-то здесь было нечисто. Интуиция у меня буквально вопила об опасности.

Из автомобиля вылез татуированный качок и начал вглядываться в лесную чащу в поисках офицера. Достав телефон, стал спешно набирать какие-то цифры.

— Нет здесь никого. Да, понял тебя.

Я незаметно подползла к Михаилу. Он смотрел на меня встревоженно.

— Твой генерал – крыса?

— Исключено, Жень! Он мой родной дядька.

— Тогда нужно прекращать любое общение по телефону. Сигнал перехватили.

— Делать что будем? – Офицер смотрел на меня напряженно.

— Есть у меня одна идейка. Только сначала спрячем наших Ромео и Джульетту. Ну что, офицер, вспомним былые добрые времена? Ты со мной?

— Конечно! Нужно разогнать этот лагерь. – Он улыбнулся и подмигнул мне.

На Припять спускались сумерки, а значит, время искать ночлег. Мы спешно двинули по лесу. Решено было оставить Соню с Денисом там, где мы скрывались от волков. Дверь железная и незаметная. Самое время переждать в безопасности. Оставив им всю воду и провизию, пошли к лагерю. Плана не было. Впрочем, как и всегда. Будем действовать по обстановке. Тихо подошли к забору.

В кромешной темноте лагерь напоминал какой-то тюремный барак. Длинный высокий забор, колючая проволока. Собаки и тупые качки. С первого взгляда можно было понять, что с такой усиленной охраной работать по собственной воле не получится. Здесь вся воля упирается в автомат бритоголового.

Через несколько минут к воротам подъехал очередной внедорожник. Из него вылез сам Антон со своей уголовницей-бабкой.

«Жива, ведьма!» – подумала про себя я.

Надо отметить, что бабуля переоделась из старушечьего халата и цветастого платочка в черный спортивный костюм. На плече висел автомат. Бабка была в полной боевой готовности. Как и ее внучек.