Страница 22 из 81
Слава медленно, осторожно повернул голову на дермантиновом сиденье. В тусклом желтом свете салонного плафона он посмотрел на меня. В его взгляде не было снисхождения к возрасту или жалости. Он смотрел на растрепанную, шестидесятилетнюю женщину с испачканным глиной лицом, в грязном, намокшем свитере. И в его сузившихся глазах читалось глубокое, безоговорочное мужское признание. Он понял, что я не просто не поддалась панике - я вытащила его с того света.
Я молча кивнула ему в ответ, подтверждая, что кризис миновал. Вытерла перепачканные землей ладони влажной салфеткой.
А затем мой взгляд медленно скользнул с лица инспектора вперед. На водительское место. В замке зажигания тускло поблескивала связка ключей - Слава бросил машину на своей территории и не стал их забирать.
Но в УАЗе было темно, холодно и пахло бензином. Сотовой связи здесь, в закрытом секторе тайги, не существовало в принципе. Слава со своей спиной не сможет даже нажать на педаль сцепления, не говоря уже о том, чтобы крутить тяжелый руль на лесовозной колее.
Я смотрела на голый металлический пол машины. Из него торчали три длинных, увенчанных черными пластиковыми набалдашниками рычага. Жесткая, кондовая механическая коробка передач и раздатка. Механизм, к которому я не прикасалась больше двадцати лет, с тех самых пор, как мы с Валентином продали наши старые "Жигули".
Но самое страшное находилось чуть ниже. Под рулевой колонкой блестели три тугие, железные педали. Сцепление, тормоз, газ.
В груди образовался холодный, звенящий вакуум. Спасти нас обоих из замерзающего осеннего леса теперь мог только один человек. И этот человек прямо сейчас с ужасом осознавал, что давить на тугие педали тормоза и газа ему придется изувеченной, распухшей правой ногой, на которой не было даже ботинка - только шерстяной носок и медицинский бинт.