Страница 84 из 124
— Наконец хоть какая-то польза от полиции. Впервые вижу, что эти ребята не зря едят свой хлеб. Завтра в отеле будет тщательный и систематический обыск, – продолжал Рэксол. – Я лишь хочу предупредить, что по отношению к вам завтрашний обыск – чистая формальность. Вы же не возражаете, если сыщики осмотрят ваши комнаты?
— Разумеется, не возражаю, – пожал плечами Рокко.
— Прошу об этом никому ни слова, – сказал Рэксол. – Новость об аресте Жюля мне сообщили неофициально. Репортерам пока ничего не известно. Понимаете?
Рокко с величественным видом улыбнулся, и хозяин отеля покинул его кабинет.
Рэксол остался весьма доволен этим небольшим разговором. Возможно, он рисковал, нагромоздив целую гору небылиц столь умному человеку, как Рокко, к тому же неясно, как потом объясняться с великим гастрономом, если их с Неллой подозрения окажутся беспочвенны и ни к чему не приведут. И все же, размышляя о поведении Рокко, о его странном бегающем взгляде, Рэксол почти не сомневался, что этот человек причастен к делам Жюля, в том числе к убийству Реджинальда Диммока и исчезновению принца Евгения Познанского.
Той же ночью, а точнее, в половину второго, когда последние звуки отельной жизни стихли, Рэксол отправился на второй этаж, в сто одиннадцатый номер. Он заперся в комнате изнутри и начал тщательно, шаг за шагом, осматривать помещение. Время от времени тишину нарушал внезапный скрип или шорох, и Рэксол, вздрогнув от неожиданности, пару мгновений напряженно вслушивался. Спальня была обставлена с привычной для «Гранд Вавилона» роскошью и в этом отношении ничем не выделялась. Больше всего Рэксола заинтересовал пол. Миллионер отвернул толстый восточный ковер и внимательно оглядел каждую доску, но не обнаружил ничего необычного.
Затем он отправился в гардеробную и в ванную комнату, примыкавшие к спальне. Однако ни в одной из них, как и в спальне, ничего интересного не нашел. Наконец Рэксол стал осматривать саму ванну, традиционно отделанную полированными деревянными панелями. Иногда возле кранов делают шкафчики с боковой дверцей, но здесь ничего подобного не было. Рэксол постучал по панелям; никаких тайников. Миллионер рассеянно повернул кран холодной воды, и в резервуар ванны хлынула прохладная струя. Он выключил воду и стал вынимать сливную пробку. При этом колено, которым Рэксол упирался в деревянную обшивку, неожиданно скользнуло вперед. Панель слегка поддалась, и он увидел, что изнутри она висит на петлях и заперта, также изнутри, на крючок. Оказалось, что за обшивкой есть большое пустое пространство. Первым делом Рэксол попробовал повторить фокус с пробкой, но безрезультатно. Судя по всему, стержень пробки и крючок между собой не соединялись. В темноте пустого пространства ничего нельзя было рассмотреть. Порывшись в карманах, Рэксол, к счастью, нашел коробок спичек. Светя себе спичками, он заглянул в тайник и увидел широкое отверстия в глубине – примерно в трех футах от обшивки. Умудрившись приоткрыть панель, миллионер протиснулся внутрь и скрючился там с поджатыми ногами. Рэксол зажег спичку, но, на беду, в наполовину открытом коробке вспыхнули все спички разом, и он чуть не задохнулся от едкого запаха фосфора. Одна из спичек горела на полу; протерев глаза, Рэксол поднял ее и заглянул в увиденное ранее широкое отверстие. Оно показалось бездонным. А самое любопытное, что внутрь отверстия вела веревочная лестница.
Спичка потухла. Следует ли потратить время на поиски нового коробка спичек или спуститься в кромешной темноте по веревочной лестнице? Рэксол решил в пользу последнего, тем более что различил где-то далеко внизу слабое мерцание света.
С величайшими предосторожностями он влез в отверстие, словно в колодец, и стал спускаться по лестнице. Вспотевший, но невредимый и полный азарта, он наконец коснулся ногами твердой поверхности. Теперь стало ясно, что луч света пробивался сквозь круглый глазок, вырезанный в деревянной панели. Приблизив лицо к глазку, Рэксол обнаружил, что перед ним открывается прекрасный вид на ванную Королевских апартаментов и сквозь открытую дверь – на примыкающую к ней спальню. В спальне, возле большого мраморного умывальника, склонив голову над каким-то предметом, стоял мужчина. Это был Рокко!