Страница 3 из 14
Я не знаю, отчего вспыхиваю больше — от хрипотцы в голосе Игниса или от моего детского прозвища, из которого я так и не выросла. Метр пятьдесят пять — это мой предел, который как ни старалась, а преодолеть не смогла.
— Зачем тебе это? — набычившись, цежу я. — Зачем помогаешь?
— А с чего ты решила, что я помогаю? — склонив голову набок, переспрашивает Игнис с таким невинным видом, будто мы погоду обсуждаем. — Может, я преследую свою выгоду.
— И в чём же тебе выгода? Вы же с Россом вечно ворчите, что я у вас под ногами путаюсь.
— Любопытство радужку сгубило, — пространно отвечает дракон, касаясь моих разноцветных волос. — Придёт время — всё узнаешь, Мон. А пока слушай папу и делай своё дело.
Игнис отталкивается от стены и, засунув руки в карманы, удаляется по коридору. Я же остаюсь на месте и провожаю дракона озадаченным взглядом. Чего он там удумал? Последний раз его игра закончилась увековечиванием расцветки моих волос. Чем мне придётся платить в этот раз?
Глава 2. Невыполнимое обещание
Игнис Витторе
— Игнис? Мальчик мой, зайди ко мне в кабинет. — Просьба лорда Раша догоняет меня при выходе на террасу.
— Конечно, — оглянувшись через плечо, отвечаю я.
После сытного ужина мы с Россом собирались ещё раз прогнать новую схему игры, но, видно, не судьба.
— Чего ты уже натворил? — спрашивает друг, удивлённо задрав бровь.
— Это тебя вызывают на ковёр только в случае косяка, — с ухмылкой парирую я. — У нас с твоим дядькой всегда конструктивные диалоги. А ты иди, вон, — киваю в сторону сидящей в глубоком кресле Моники, — нашему карманному диктатору компанию составь. А то с неё станется, она в блокнотике план по захвату мира настрочит.
— Вообще-то, он у неё уже есть, — отвечает Росс. — В блокноте, который ты ей на четырнадцать лет подарил.
Мы вместе смотрим на Монику. Увлечённая мыслями, она нас не замечает. Покусывает кончик артефактного пера и наверняка обдумывает, каким образом выполнит условия сделки. В том, что у неё всё получится, я даже не сомневаюсь. Моника — единственная девушка в моём окружении, которая ставит себе цели и непременно их выполняет. Что не может не вызывать уважения.
Вздохнув, Мон откладывает перо (тоже мой подарок) и обводит взглядом поля и лес за ними. Поместье Рашей огромное, впрочем, как и всё, чем они владеют. И казалось бы, живи припеваючи, пользуйся благами, которые тебе добыли родители, но нет, Моника вбила себе в голову, что должна всего добиться сама. Создать что-то своё.
Ловлю себя на том, что разглядываю нежное лицо девушки. Обычно хмурая, собранная, сейчас Моника выглядит особенно открыто, беззащитно. Я бы даже сказал, утомлённо. Рядом с ней на кофейном столике лежит высокая стопка из папок и документов. Будучи единственной наследницей лорда Раша-старшего, Мон с детства приучалась к ведению дел. Вот и сейчас, видимо, взяла часть работы отца на себя.
— Ты чего на неё пялишься? — с подозрением спрашивает Росс.
Моника, вздрогнув, переводит взгляд на нас и тут же подбирается, будто собирается атаковать или защищаться. Маленький разноцветный ёжик. Ни разу не пожалел, что десять лет назад моя шутка вышла из-под контроля и волосы Моники навсегда остались радужного цвета. Особенная девушка теперь особенна во всём.
— Жду, когда она что-нибудь учудит, — с кривой ухмылкой отвечаю я.
— Учудит — это не к ней, — фыркает Росс. — Моника, скорее, тебя припашет перестановку в доме сделать. Давно покушается, говорит, что мы с тобой ожирели на каникулах и нам нужна физическая нагрузка.
Судя по ехидному прищуру, Моника отлично расслышала последние слова кузена.
— Это без меня. — Примирительно поднимаю ладони и делаю шаг назад, выходя с террасы. — Ты же слышал, меня твой дядька к себе позвал. А с физикой у меня всё отлично. Слышишь, Мон? Можешь сама проверить!
Напрягаю бицепсы, отчего рубашка натягивается на руках, облепляя мышцы. Моника что‑то бормочет в ответ, закатывает глаза и, взявшись за перо, возвращается к своим записям. Но я замечаю, как розовеют её щёки, и это тешит моё самолюбие. Радужка может сколько угодно делать вид, что я её бешу. Мы оба знаем, что это не так. Точнее, не совсем так.
Махнув другу на прощание, я направляюсь в кабинет лорда Раша. Поместье стало для меня вторым домом. С детства я проводил здесь времени больше, чем в родовом гнезде. Лорд Раш настолько привык ко мне, что стал называть сыном, а я и не против. Мой настоящий отец не возражал, даже был рад, что его третий сын обзавёлся такими полезными связями. Братья тоже всячески поддерживали меня в моём отсутствии. Так я не мешался у них под ногами и не претендовал на наши флуаминовые шахты. Им же было невдомёк, что ещё в четырнадцать лет я начал проворачивать сделки и выкупать якобы истощённые шахты на подставное имя. Не только Моника умеет строить хитроумные схемы.
— Лорд Раш, — произношу я, войдя в кабинет и замерев у порога.
Коротко кланяюсь и жду, когда на меня обратят внимание.
— Игнис, сын, ну что за лорд Раш? — усмехается он в густую бороду. — Ардан, просто Ардан. Проходи, присаживайся.
Кивнув, я направляюсь к креслу, стоящему напротив рабочего стола. Ардан, убрав документы в выдвижные ящики, встаёт и проходит к кабинетному бару.
— У меня к тебе серьёзный разговор, Игнис, — начинает старик.
Я тут же напрягаюсь. Таким хмурым Ардан не выглядел даже тогда, когда я оговаривал с ним схему увода флуаминовых шахт. Наше семейство обладает самыми большими залежами этой руды, да только ни отец, ни братья не обладают деловой хваткой. Под их руководством мы теряли месторождение за месторождением. До тех пор, пока Ардан не помог мне провернуть мою махинацию.
— Я смирился с тем, что моя дочка выросла, — продолжает лорд Раш, наливая в два стакана янтарную жидкость. — Но не могу смириться с тем, что какой-то дракон сунет к ней свои наглые лапы.
— Но вы же сами предложили ей лапы Луиса, — в удивлении уточняю я.
— Это тщательно отобранные лапы, Игнис. У меня достаточно влияния, чтобы, в случае чего, я этого Луиса низвёл до атомов. Его и всю его семью.
Я не отличаюсь трусостью, но даже у меня от угрозы в голосе Ардана бежит холодок по коже. Ни для кого не секрет, что леди Моника Раш для её папеньки — настоящая принцесса. Во всей империи не найдётся ни одного самоубийцы, который решится обидеть Монику.
— Так вот, Игнис, у меня к тебе задание. — Ардан протягивает мне один из бокалов.