Игрушка жестокого шейха

Глава 22

– Госпожа Аиша, – вспоминаю шепот Батул, в который раз мысленно выпадая из урока, – это сестра господина. Никогда о ней никого не спрашивай и ничего о ней не говори. А дорогу в ту комнату забудь навсегда, иначе наживешь себе неприятностей.

– Но где же она? Госпожа Аиша?

– Сказала же, не спрашивай, – хмуро бросила Батул и торопливым шагом покинула большую комнату.

– Абаль! – рявкает учительница арабского. – Тебе надо особое приглашение?

– Что? Простите, я пропустила вопрос.

– Говорю, повторяй за мной!

На уроке, кроме меня, еще две девушки, которые недавно попали в гарем шейха. Только в отличие от меня, они, кажется, довольны своей участью. Постоянно косятся на меня и как будто вот-вот покрутят пальцами у виска.

Я исправно повторяю за преподавательницей, понимая, что ни одно слово не оседает в голове. Для меня сейчас это просто набор звуков.

– Абаль! Не надо говорить, что тебя зовут Раяна! Раяна – это я. А вы должны подставить собственное имя. Ну что за наказание? Давай еще раз.

Я покорно повторяю все, вставляя, где нужно, свое имя. Если бы я сейчас говорила на арабском, что я падшая женщина, рожденная в хлеве, даже не осознала бы этого. После всех этих потрясений мой мозг просто отключился и спит.

– Занятие закончено, – когда эти слова слетают с уст Раяны, я выдыхаю с облегчением и поднимаюсь с подушки. – Девушки, забираем с собой свои тетрадки. Завтра с ними же вернетесь на занятия.

Мы выходим из комнаты, которую служанки называют классом, и топаем по коридору.

– Можно поесть сладостей, – довольно говорит одна из девушек своей подружке. – С ума схожу по восточным сладостям.

– Именно поэтому мы оказались здесь, – отвечает ее подруга, и они обе хихикают.

Обогнав их, оказываюсь во внутреннем дворике. Здесь сидит большинство девушек, которые присутствовали утром на “казни” Карибы. На подушках восседает жена шейха, а у ее ног – остальные наложницы. Она смотрит на них свысока, всем своим видом демонстрируя превосходство.

Увидев меня, Батул торопится подойти.

– Сейчас будут раздавать сладости.

– Можно я пойду посплю? – спрашиваю, уже еле держась на ногах. Урок меня просто добил.

Батул недовольно поджимает губы, но кивает.

– Иди в свою комнату. Я попрошу кого-то из девушек разбудить тебя к обеду.

– А можно к ужину? Батул я не спала нормально уже двое или трое суток.

Ее лицо еще больше мрачнеет, но она к моему облегчению кивает.

– После ужина придет кто-то из девушек, чтобы научить тебя краситься и одеваться, как любит наш господин.

– Мне и так нормально.

– Я не спрашивала, а поставила перед фактом. Иди.

Пока Батул не передумала, тороплюсь назад в свою комнату. Дважды открываю не ту дверь, сворачиваю не в тот коридор, но в итоге наконец оказываюсь в нужном мне помещении.

Положив тетрадь на ночной столик возле своей кровати, сажусь на край и, пока развязываю платок, смотрю на постель Карибы. Интересно, она вернется сюда? И если да, то когда? Нужно хорошенько выспаться до того времени, потому что есть вероятность, что потом поспать мне просто не дадут.

Беру с края кровати тонкий плед и ложусь, укрываясь. Моргаю, глядя на то, как через открытые шторы пробивается солнечный свет. Можно было бы встать и закрыть их, но у меня нет сил. Веки порхают все медленнее, пока я окончательно не засыпаю.

Не знаю, сколько сплю, но по ощущениям вечность и в то же самое время слишком мало. Хотя за это время я успеваю посмотреть массу снов, от которых у меня учащается сердцебиение. И даже сквозь сон я чувствую, как по щекам текут слезы. Особенно когда в своих грезах я возвращаюсь в деревню к бабушке, и она учит меня жарить пирожки с луком и яйцом. Господи, как же отчаянно я хочу домой!

Просыпаюсь от того, что кто-то трогает меня за плечо. Внезапно в голове пролетает воспоминание о том, как “любезно” меня разбудила Кариба, и я вскидываюсь на кровати.

– Тише, – с сильным акцентом произносит миловидная служанка. – Ужин. Есть, – показывает, будто орудует ложкой.

– Уже? Так скоро?

Она кивает и показывает мне, чтобы я шла за ней.

– Платок, – говорю ей, а она хмурится. Показываю на свой головной убор. – Нужно платок надеть.

– Нет, – качает головой. – На ужин не нужно.

Спускаю ноги с кровати и смотрю на шифоновый платок. Начинаю сомневаться. А вдруг она меня пытается подставить? Но все же решаю довериться девушке и, сунув ноги в свои балетки, иду за служанкой.

В большой комнате уже собрались все девушки. Выдыхаю, когда вижу, что все они без платков. Подхожу к большому столу и, взяв тарелку, начинаю накладывать себе еду. Вот сейчас я чувствую голод и какой-никакой прилив энергии. Хотя у меня такое ощущение, что меня стукнули по голове пыльным мешком.

Наобум выбираю себе какие-то блюда и кладу по кусочку каждого. В конце добавляю на тарелку десерт и поворачиваюсь лицом к низким столам, за которыми уже расположились наложницы гарема. Не могу понять, куда мне идти, пока не цепляю взглядом девушек, которые были со мной на уроке утром.

Направляюсь к ним, но на середине пути дорогу мне перерезает Батул. Я даже ахаю, настолько неожиданно она появляется.

– Ужинай и иди собираться.

– Куда? – спрашиваю, а мои глаза становятся больше. – Я еду домой? Меня отпускают?

– Домой, – беззлобно хмыкает служанка. – После ужина ты идешь к господину. Он лично сказал привести тебя.

Чувствую, как от лица отливает краска, а во рту мгновенно пересыхает.

– Он накажет меня за то, что я побывала в комнате его сестры?

– Накажет, наверное. И будет прав. Ты еще не знаешь правил гарема, а уже носишься по нему, словно какая-то ненормальная. Ты кем себя возомнила? Фавориткой? Так ими не становятся после одной ночи у господина. Это право надо еще заслужить. – А потом она внезапно понижает голос практически до шепота так, что мне даже приходится слегка вытянуть шею, чтобы расслышать ее слова. – Но если станешь фавориткой, будешь как сыр в масле кататься. Запомни, только господин может отпустить тебя. Вот и добивайся этого через него. – После этого она резко опять повышает голос. – Поторапливайся. Мне весь вечер тебя ждать?

Я быстро занимаю место за столиком. Дарю девушкам рассеянную улыбку и приступаю к своему ужину. Слова Батул крутятся в голове на повторе.