Давуд. Мое спасение

Глава 37

Меня окатывает ледяной волной, и я не двигаюсь с места.

– Аиша, госпожа Ватфа решила нанести нам визит вежливости, – произносит мой брат.

– Добрый… гм… день, – произношу дрожащим голосом.

Не страх заставляет мой голос срываться. Ненависть. Презрение к женщине, которая знала, что творится под крышей ее дома и дома ее старшего сына. Я умоляла ее помочь мне. А в ответ получала только: “Надо быть покорной, дочка. Если муж принял решение воспитывать тебя так, значит, ты не проявляешь достаточно покорности”.

Тварь!

Ненавижу!

Если бы мужья ее дочерей так с ними обходились, уверена, Ватфа нашла бы способ приструнить их.

В ответ на мое приветствие бывшая свекровь просто окидывает меня полным презрения взглядом, а потом снова переводит его на сидящего напротив Сауда.

Ловлю взгляд стоящей за спиной брата Абаль, и мне становится немного легче дышать от понимания, что у меня есть поддержка.

– Господин Сауд, я не прошу никаких преференций. И даже в качестве извинения готова отдать вам бизнес мужа. Но пощадите дочерей и их мужей. Просто… просто оставьте их в живых. И моих внуков, конечно, – добавляет она хрипло.

Я сжимаю перед собой руки и впиваюсь взглядом в лицо брата.

Что вообще происходит? Сауд собрался полностью истребить семью моего бывшего мужа?

– Я подумаю, госпожа Ватфа, – стальным голосом произносит мой брат. – Но не могу ничего обещать. Мужчины вашей семьи издевались над моей сестрой. И даже после того, как ваши сыновья получили по заслугам, ваш муж не смог успокоиться, хотя он так же, как и вы, просил у меня прощения за своих детей. Где гарантия, что вы усвоили урок после их поступков?

Внезапно бывшая свекровь подскакивает, и стоявший в стороне безопасник брата, Ильяс, дергается, но Сауд останавливает его движением руки.

Ватфа падает на колени и ползет к брату, заливаясь слезами.

– Прошу вас, господин. Умоляю. Оставьте мне моих дочерей и внуков! Я клянусь вам! Клянусь, что никто из них никогда не посягнет на ваши жизни!

Она вцепляется в подол кандуры брата и рыдает, то и дело касаясь тканью своего лба.

– Не у меня ты должна просить прощения, женщина, – брезгливо отвечает брат. – У моей сестры. Под крышей твоего дома твой старший сын практически уничтожил Аишу. Ты знала обо всем, что он творил с ней. Ты сама приказывала замазывать ей синяки и прятать побои под хиджабом, готовясь к очередному приему в твоем доме.

– Аиша, дочка, прости, – переключается она на меня и ползет в моем направлении, а я пячусь назад. Меня даже начинает подташнивать, так сильно не хочется, чтобы она прикасалась ко мне.

И тут внезапно передо мной встает… Давуд. Он закрывает меня спиной от ужасной женщины.

– Не прикасайся к ней! – рявкает он. – Подползешь еще на сантиметр, я лично перережу тебе глотку, тварь!

– Давуд! – громыхает мой брат. – Ты в моем доме!

– Прости, Сауд, но Аиша теперь моя невеста. И я больше никому не позволю обижать ее. Даже если так рискую испортить отношения с тобой, брат.

От его слов тело покрывается мурашками.

Я подаюсь вперед и утыкаюсь лбом между его лопаток. Знаю, касания на людях запрещены, но не могу сдержаться. Мне нужно чувствовать исходящую от него силу. Я должна напитаться ею так, чтобы выстоять в этой ситуации, которая норовит отбросить меня на пять лет назад. Туда, где я была сломленной и не способной защититься.

Давуд заводит руку за спину и обнимает меня за талию, крепче прижимая к себе.

– Ватфа, покинь мой дом, – сухо произносит брат. – Я даю тебе слово не трогать твою семью. Но если случится хоть малейшее поползновение в сторону моей, не пожалею ни женщин, ни детей. А если вам каким-то образом удастся убить меня, ты свидетель, Аишу защищаю теперь не только я.

– Благодарю, господин, – лепечет она, шмыгая носом.

Выглядываю из-за плеча Давуда. Женщина пытается схватить брата за руку, чтобы поцеловать ее, но он убирает обе за спину. Я даже не видела, когда он успел встать.

Опустив голову, Ватфа проходит на выход, но притормаживает, поравнявшись с нами.

– Я правда сожалею, дочка, – тихо произносит она.

Ее слова звучат искренне. Но взгляд… взгляд говорит о том, что, будь ее воля, она лично растерзала бы меня собственными руками.

Развернувшись, Ватфа покидает дом моего брата. Мои плечи наконец расслабляются, и я теснее прижимаюсь к спине Давуда.

– Кудама! – рявкает Сауд.

– Да, господин? – слуга материализуется в гостиной.

– Я хочу, чтобы всю семью Ватфы вывезли за пределы страны в самый дальний аул… скажем, Афганистана. Не хочу больше никогда видеть родственников Абида.

– Вас понял, – кивает Кудама и испаряется практически так же незаметно, как появился.

– Хочу услышать про невесту подробнее, – Сауд переводит на нас взгляд. – И почему никто не спросил моего позволения?

– Потому что я уже не девочка, – выступаю из-за Давуда.

– Аиша, – произносит он, давая понять, что и сам справится. – Сауд, я спрашивал у тебя разрешения ухаживать за твоей сестрой. Но о том, станет ли она моей женой, я должен спрашивать у нее.

– Ты нарушаешь традиции, Давуд, – строго произносит брат.

– И за это прошу прощения. Но только за это.

– Вы действительно помолвлены? – лицо брата вдруг светлеет, но я бы не сказала, что он лучится счастьем от этой новости. Думаю, Сауда беспокоит то, что, вступив в брак, я опять выйду из-под его опеки, и он не сможет контролировать происходящее со мной.

– Не совсем, – отвечает Давуд. – Я сделал предложение, но Аиша пока думает, принять ли его. Для начала я бы хотел познакомить ее с моей семьей. С дочерьми. Это важно.

– Несомненно, – кивает брат.

– Я очень рада за вас, – говорит Абаль с улыбкой. А потом подходит и обнимает меня. – Ты, наверное, устала после целой ночи в пустыне.

– Напротив. Я полна сил.

– Устала, говорю, – шепчет невестка.

– Что ж… я пойду. Абаль права. Мне нужно… ну… А ты почему вернулся? – спрашиваю Давуда.

Он достает из кармана коробочку с кольцом. Взяв мою руку, вкладывает коробочку, накрывает второй, а потом – своей ладонью. Смотрит прямо в глаза, совершенно не смущаясь присутствия моего брата и его жены. Зато я чувствую, как на моих щеках появляется румянец.

– Хочу, чтобы оно было у тебя. Когда примешь решение, тогда и скажешь, какая судьба ждет это кольцо.

Кивнув, забираю коробочку. Сжимаю губы, чтобы не улыбаться широко.