Страница 43 из 137
Глаза мужчины расширились мгновенно, как застигнутые врасплох птицы. Лицо напряглось, мышцы щек слегка дрогнули, выдавая едва заметную дрожь замешательства. Но всего через мгновение спокойствие вернулось - тонкие губы вновь сомкнулись твердо, превратив лицо в маску невозмутимости. Только глубокие тени вокруг глаз еще сохраняли потрясение от услышанного ответа.
- Что произошло дальше? - тихо спросил генерал.
- Все это происходило в трактире «У старца Брунхарда». Я ворвался в комнату, оттащил паладина от Гвендолин.
- Где были вы, леди?
Уэна сглотнула.
- Сражалась, - сквозь зубы ответила она.
- Как вы, двое первогодок, смогли одолеть паладинов из корпуса королевского двора с зачарованным оружием?
- Нам повезло, - вмешался эльф. - Они были изрядно пьяны, еле на ногах держались. Но ни я, ни Уэна не убивали их. Перед нами стояла более важная задача: доставить Гвендолин обратно в Академию.
Вормир подался вперед.
- Взгляните в мои глаза, - его тон заметно смягчился.
Серлин, не страшась, наклонился ближе.
О его взгляде ходили легенды.
Генерал видел гораздо больше, чем казалось другим магам. Взгляд его был тяжел и неподвижен, будто взгляд орла с высоты небес, когда тот высматривает добычу среди каменистых гор. Мужчине достаточно было мгновения, чтобы увидеть человека до самой глубины души.
Серлин ощутил невидимую руку, которая вдруг взяла его за сердце и осторожно потянула наружу, вытаскивая истинную сущность.
Несколько минут спустя, Вормир отклонился, проговорив:
- Вы не лжете, юноша. Можете идти.
- Мы оба не лжем вам, - громко произнес эльф.
- С леди я продолжу беседу. Ведь в момент драки вас в коридоре не было? Откуда вы знаете, что там происходило на самом деле.
Серлин напрягся. Чувствуя на себе выжидающий взгляд мужчины, он встал, мягко коснулся плеча девушки и покинул кабинет.
Уэна тяжело вздохнула.
- Вы меня в чем-то подозреваете, генерал?
Он хмыкнул.
- Ваша прямолинейность поражает и одновременно напрягает. Рассказывайте, - он откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу.
Ее глаза туманились от страха и сомнений. Белые волосы струились легким веером вокруг лица, придавая ей еще больше хрупкости и уязвимости.
«Нужно рассуждать логически,» - мучительно стучало сердце, цепляясь за тонкую нить рассудка. - «Вистэйн ждет своего освобождения из зеркального лабиринта. Ему невыгодно подставлять меня. Самое важное, он покинул мое тело, сразу после стычки в коридоре. Он физически не мог убить паладинов без моей помощи. Если так, то кто тогда это сделал… И для чего.»
Эти мысли вселили уверенность в свою невиновность. Стало значительно спокойнее.
- Я никогда раньше не видела паладинов, - тихо начала Уэна. - Лишь слышала о них из рассказов бабушки. Паладины славятся своим благородством и отвагой. Это они встают грудью против нежити, когда та окутывает земли Офры. Их бравые сердца вдохновляет народ, вселяя надежду даже в самые темные времена. Ибо пока живы паладины, свет победит любую тьму.
- Вы хорошо запомнили рассказ вашей бабушки, леди.
- Но… - она оскалилась. - Я никогда бы не подумала, что кто-то из них посмеет посягнуть на невинность беззащитной девушки! - выкрикнула она, впившись свирепым взглядом в лицо мужчины.
Генерал, явно не ожидавший такого ответа, выпрямился, точно струна, а затем ухмыльнулся.
- Одного не пойму, леди, вы настолько бойкая или просто грубиянка?
- Я не…
Генерал выставил ладонь вперед, прерывая ее.
- Просто посмотрите на меня.
Уэна нахмурилась, затем подалась вперед.
Стоило ей взглянуть в глубокие глаза генерала, сердце замерло: Уэна почувствовала, как время замедляется, пространство сжимается вокруг нее плотной паутиной напряженности.
Генерал смотрел долго, пристально, проверяя ее мысли и чувства на прочность, выискивая малейшую трещинку лжи.
И тут произошло нечто странное: генерал неожиданно вздрогнул, побледнев до синевы губ, резко отпрянул назад, словно испугавшись чего-то страшного.
Его взгляд пополз вверх, минуя девушку, устремившись куда-то за ее спину.
Уэна повернулась инстинктивно, ожидая увидеть что-то ужасающее, но ничего необычного не заметила. Однако сердце бешено колотилось, нервы напряглись, сознание уловило нечто, нависшее над ними обоими.
А потом раздался голос - негромкий, едва различимый шепот, эхом пронесшийся через комнату, будто произносивший слова был далеко-далеко отсюда...
«Вистэйн…» - мысленно произнесла девушка. - «Он здесь. Он за моей спиной…» - она взглянула на мужчину.
Уэна поняла это мгновенно - генерал видел.
Его взгляд прошел сквозь нее, остановился за ее спиной и застыл на нечто, что не должно существовать. На одно короткое мгновение в этих глазах мелькнуло узнавание - не удивление, не страх, а тяжелая, выученная до боли осознанность.
Они были знакомы. И генерал знал, кого именно видит.
Губы генерала дрогнули. Он выдохнул так, словно сдерживал дыхание слишком долго, а после почти беззвучно произнес:
- Во имя Всевышнего... И духом, и телом.
Это была не молитва и не клятва. Это было узнавание.
Волна мурашек прокатилась по рукам Уэны..
Точно очнувшись от сна, генерал отвел взгляд в сторону.
Между Уэной и мужчиной воцарилась пауза.
Генерал Вормир не знал, как прийти в себя. Он коснулся ладонью своего лба, зажмурил глаза, покачал головой.
Не в силах терпеть, девушка спросила прямо:
- Вы ведь видели его? Вы были знакомы? - ее затрясло.
- Вы не лжете мне, Уэна, - сухо ответил он, собираясь подняться, как вдруг девушка вцепилась в его предплечье.
- Ответьте мне! - она нахмурилась.
Мужчина хмыкнул, накрыл своей большой ладонью ее, мягко опустил.
- Благодарю за честность. Мы найдем виновников. Всего доброго, Уэна.
Генерал Вормир ушел, унося с собой ответы, которые имел право не озвучивать.
***
В аудитории царила тишина, нарушаемая лишь монотонной речью старой преподавательницы по религиоведению.
Она стояла перед первогодками подобно величественному памятнику прошлого века. Профессор Фау пыталась выглядеть молодой, почти кокетливой, но глубокие морщины все равно выдавали возраст. Белый парик, украшенный бантами, яркий макияж, юбка-карандаш и блузка с пышными рюшами - все это выглядело нелепо.
Уэна плавно огляделась.