Страница 42 из 65
Даже при том, что в боевых условиях, а не на учениях, никто полностью «бубен» на забивает. Максимум шестьдесять пять или шестьдесят восемь. Когда диск полный, под завязку, мощная внутренняя пружина сжимается до своего физического предела. Из-за этого подаватель давит на первый патрон с такой силой, что затвор ППШ не всегда может штатно дослать его в патронник. В этом случае автомат намертво клинит на первом же выстреле.
Лицо у старлея было сосредоточенное, челюсти сжаты. Он заметил мое появление, но ничего не сказал. Поднял голову, мазнул взглядом, затем снова уткнулся в железяку.
Ладно, пускай дуется. Главное, чтобы в остальном работал как надо, а в профессионализме Карася я не сомневаюсь ни секунды.
Чуть в стороне стояли Назаров и Котов. Товарищи командиры отчаянно дымили папиросами и о чем-то тихо, но напряженно спорили. Капитан активно жестикулировал руками, доказывая майору свою точку зрения. Сергей Ильич хмурился, качал головой, но слушал внимательно.
Я прислушался. Из-за гула, стоявшего во дворе Управления, разобрать весь разговор получалось с трудом, но обрывки фраз все же долетали.
— … двадцатого числа, говорю тебе! — Настаивал Котов. При этом, обращался он к майору на «ты». — Проверить надо!
— Блефует твой Воронов! — глухо огрызнулся Назаров, рубанул воздух ладонью. — Специально наше внимание отвлекает, сука недобитая. Хочет, чтоб мы на Понырях сосредоточились…
— … разъезд двести семьдесят четыре! — Котов подался вперед. — Сергей Ильич, ты же знаешь! Там же эшелоны один за другим идут!
Похоже, Котов обсуждал с Назаровым откровения шизика.
Я подошел ближе, оперся на костыль, вытянулся, насколько позволяло плечо.
— Товарищ майор, разрешите обратиться? Лейтенант Соколов прибыл. К выполнению задания готов.
Назаров повернулся, окинул меня с ног до головы мрачным взглядом. Бросил окурок под ноги, тщательно раздавил его носком сапога.
— Как бы не обосраться от радости… — раздраженно ответил он. Похоже их спор с Котовым был гораздо более напряженным, чем мне показалось. Начальство явно не в духе, — Котов все доложил, Соколов. Какого хрена ты ночью молчал?
Зашибись. И этот туда же. Я не стал оправдываться. бесполезно.
— Виноват, товарищ майор, — ответил спокойно, — Ночью голова вообще не соображала. Только утром в блиндаже смог все по полочкам разложить и понять.
Назаров несколько секунд молчал. Потом хмуро глянул на Котова. Капитан коротко кивнул. Мол, так и есть.
— Ладно, — буркнул майор. — С этим разберемся. Сначала — Ржавец.
Сергей Ильич похлопал Котова по плечу.
— Андрей Петрович, надеюсь, на этот раз все пройдет без сучка, без задоринки. Связь держите через комендатуру Понырей.
— Все сделаем, товарищ майор, — твердо ответил капитан, поправляя портупею. Затем посмотрел на здание бывшей школы, кивнул, — А вот и наше подкрепление.
Я обернулся.
На крыльце появились двое комендантских. Оба рослые, плечистые, в выцветших гимнастерках. Автоматы висели на груди на коротких ремнях, у каждого — по квадратному брезентовому подсумку под запасной диск. Лица каменные, обветренные, взгляды — спокойные. Сразу видно, опытные. Лишних вопросов командиру такие задавать точно не станут.
Парни подошли к машине, синхронно козырнули Назарову, потом без лишних слов перемахнули через задний борт.
— Ну, с богом, орлы, — тихо сказал Сергей Ильич, снова хлопнул Котова по плечу и отступил на шаг. — Возвращайтесь живыми.
Капитан молча приложил руку к козырьку фуражки, развернулся к «полуторке».
— Карасев, Соколов — по местам. Сидорчук, закрывай капот и за руль.
Я подошел к борту. Карась уже сидел внутри. Он молча протянул мне руку, помог забраться в кузов.
— Падай сюда, к самой кабине, — хмуро буркнул старлей, указывая на свернутый плотным валиком тяжелый брезент. — Привались спиной, трясти будет меньше.
Я спорить не стал. Уселся, вытянул ноги. Костыль положил рядом.
Пантопон продолжал исправно замораживать плечо, мозг работал четко.
Сидорчук с грохотом закрыл капот, прыгнул в кабину. Котов устроился рядом с ним.
Мы выкатились со двора Управления.