Страница 40 из 42
Глава 14
Москва, «Полет»
Встречу с учеными-аграриями организовали прямо на «Полете», на территории нашего музея. Давно я в нем уже лекции не читал, подумал об этом даже с какой-то ностальгией. Хотя в бане у бабушки все же лекции по рыночной экономике читать гораздо приятнее, это надо признать. В особенности после того, как попаришься хорошо, да еще деревенским квасом потом угостишься. Который, что ни говори, все равно самый лучший. В магазине такого или в бочке на улице никогда не купишь.
И дело даже не в том, что там высокий шанс разведенным напитком угоститься. Просто есть какая-то магия в руками сделанном продукте на основе семейных рецептов, с вложенной любовью. В чанах на заводе такой вкусный напиток никогда сделать не удастся.
Замдиректора «Полета» представил мне пятерых ученых-аграриев. Трое из них были очень похожими. Лет пятидесяти, лысенькие, примерно одного роста, да еще и на лица похожие. Прямо как братья из ларца. Более того, всех троих звали Иванами, хорошо хоть отчества были разные.
Я решил не заморачиваться с именами и пытаться отличать их по их специализациям. Расспросил каждого, кто чем занимается. В общем, теперь для меня они были ихтиологом, пчеловодом, скотоводом, овощеводом и цветоводом.
Первым начал выступать овощевод. Стал расписывать новые сорта картошки, которые у них в НИИ в последние годы разработали. Мол, более к засухе устойчивые, приспособленные именно для Подмосковья. С учетом короткого вегетативного сезона и все такое прочее.
Я был совсем не против. Мало ли, действительно удалось что-то прорывное разработать? Договорились с ним, что завод «Полет» при содействии московского горкома с его НИИ заключит соглашение, по которому уже в конце апреля привезут достаточные партии новых сортов семенного картофеля для того, чтобы их на полях нашего совхоза можно было под посадку использовать. Ну а сажать уже будут по погоде, конечно и по его рекомендациям.
Затем я спросил его, что он думает про топинамбур. Но ответить он не успел. Его с горящими глазами перебил пчеловод:
— Топинамбур — это просто чудесная идея, юноша. Это медонос. Пчелы от него будут в полном восторге.
О, как, а я и не знал. Но овощевод, немного поморщившись, что его перебили, начал степенно говорить:
— Топинамбур — очень интересное клубненосное растение. Главное, что живучее. Его можно в неудобьях высаживать. Там, где картошка без ухода заглохнет. Он даже в сорняках сможет выжить, если ему помочь на первых порах, пока он не окрепнет немного. Хотя бы до полуметра дайте ему дорасти, подавляя сорняки, а потом он сам их подавит уже. Быстро набирает растительную массу. Возвышается над большинством сорняков, перехватывая у них солнце. За счет этого и клубни полноценно формируются. Не особо взыскателен к поливу.
Но главная проблема с топинамбуром, что он неизвестен основной массе потребителей. Не факт даже, что если в магазины клубни завести, люди будут их разбирать. Та же самая проблема, что с картофелем в России восемнадцатого века, когда люди картофельные бунты устраивали из-за того, что их заставляли высаживать или употреблять картофель. Обидно будет, если вы вырастите хорошую партию топинамбура, а его просто-напросто никто не купит в овощных магазинах. Это первый момент. Второй момент. Топинамбур вкусный, но быстро приедается. Один раз человек купит поест, второй раз купит поест, а третий раз уже может и пройти мимо.
— Понятно, — сказал я задумчиво.
И тут кое-что вспомнил. Само в голове всплыло. Когда в деревне обсуждали, тогда про это вспомнить не удалось. А вот сейчас время прошло, и тут же идея возникла:
— А скажите, а если нам, в случае, если не удастся наладить спрос у населения, сиропы из топинамбура делать? Сиропы же точно нужны в нашей отечественной пищевой промышленности.
Овощевод несколько секунд задумчиво смотрел на меня, потом кивнул и сказал:
— Это хорошая идея. К сиропу привыкания быть не может. Если грамотно всё сделать, то почему бы не продавать, чтобы люди, к примеру, с блинами этот сироп использовали. Детям вкус понравится, так будут разбирать вместо мёда, который не всегда еще на полке найти удастся.
— А выжимки можно куда-то использовать? — спросил я, стараясь быть хозяйственным. — Может быть, на комбикорм пойдут?
Но овощевод меня порадовал:
— Жом на комбикорм? Я бы не советовал. Есть более ценное применение. Если уж вообще идти по пути переработки клубней, то из жома много чего можно сделать. Перемалывать в муку, к примеру. В обычную пшеничную муку при выпечке хлеба добавлять этой муки можно немного, это же ценные пищевые волокна. И черстветь он тогда будет значительно медленнее. Да из этой муки можно и печенье печь!
Ну а если все же для животных использовать… То не как комбикорм, а как отдельную добавку. Полезно для микрофлоры кишечника скота. И повысит усвояемость обычного комбикорма.
— И кстати говоря, — сказал задумчиво я, потому что мне еще одна идея в голову пришла, — а ведь сироп и муку из жома топинамбура, наверное, и на экспорт поставлять можно будет.
Тут уже овощевод пожал плечами, мол, не знает. Но этого следовало ожидать. У нас же тут собрались специалисты все же не по рынкам и по сбыту сельскохозяйственной продукции за рубежом. Разбираются в том, что творится в отечественном сельском хозяйстве, не более того.
А я, естественно, подумал об экспорте, исходя из нашего недавнего разговора с Захаровым. Раз уж поставлена задача перед Москвой по экспорту, то кто нам мешает топинамбур выращивать у нас в совхозе и везти на переработку в Москву? А из Москвы Захаров этот сироп топинамбура и муку из жома будет на экспорт отправлять в новые магазины концерна и отчитываться потом валютой, полученной в результате продажи за рубежом.
Думаю, такую концепцию он оценит. А самое главное, еще больше энтузиазмом воспылает по отношению к нашему совхозу. Легче будет все необходимое для него выбить.
Этим обсуждение топинамбура не ограничилось. Вслед за пчеловодом в дискуссию вмешался и скотовод.
— А вы знаете, что из зеленой массы топинамбура прекрасные корма для скота можно делать? Для Подмосковья важно, что он к засухе устойчив. То есть там, где другие корма засохнут, топинамбур себя будет прекрасно чувствовать. И мы сможем скот обеспечить необходимой зеленой массой, используя именно топинамбур как основу для комбикорма.
Ну, тут я уже обрадовался. Похоже, что не зря про этот топинамбур вообще вспомнил. Для кого-то это экзотика. А вот тут сразу три специалиста из профильных сельскохозяйственных институтов вполне себе ценят эту культуру и сразу же плюсы в ней нашли.
Дальше начал выяснять, где мы можем раздобыть сам семенной топинамбур под посадку. Овощевод, немного снисходительно улыбнувшись, сказал, что по этому поводу я вообще могу не тревожиться. В наших НИИ есть все, в том числе и необходимый посевной материал топинамбура тоже. Сказал, что между различными НИИ всегда обмен идет при необходимости. Так что если даже посевного материала в его НИИ не хватит, достаточно быстро от их коллег из Ленинграда или из других регионов все необходимое привезут.
Мол, мы, ученые, друг друга всегда поддерживаем, у нас очень хорошо взаимодействие развито. Одно дело все же для всей страны делаем.
Меня это, конечно, только порадовать могло.
Единственное, на что мы приличное время потратили, так это когда стали прикидывать, сколько же нам надо этого самого посевного материала по топинамбуру. Чтобы случайно не превратиться в Хрущева с его манией по поводу кукурузы. Не хотелось бы, чтобы в совхозе подумали, что мы тут в Москве с ума сошли, завалив их сплошным топинамбуром.