Не те руки

Глава 14

— Должен сказать, Деклан, твоя румба сегодня была превосходна. – Мэри отсалютовала бокалом и отпила джина с тоником. – Очень.. надрывно вышло, а это, как известно, зависит от того, что делают ноги и ступни, а не бедра.

Муж Мэри, Говард, кивнул.

— Чертовски хорошая работа и всякое такое. Бедные мои бедра..

— Одно бедро, – поправила Мэри. – С металлическим-то не должно быть никаких проблем. – Она оглядела группу. – Честно говоря, вы все сегодня были хороши, но надо отдать должное, румба Деклана была особенно впечатляющей.

— Не буду спорить. – Миллер поднял бокал, с удовольствием принимая похвалу. Он знал, что справился на отлично. – А вот насчет своего ча-ча-ча уже не столь уверен.

— Ну да, немного топорно вышло. И это еще только..

— Ча-ча-частично правда?

— Да нет, ну не настолько все плохо было.

— Спасибо.

— Хотя лучше не будем останавливаться на твоем фокстроте. – Она покачала головой. – Где размах, где покачивания?

— Да ладно, Мэри, ты же знаешь, как я ненавижу чертов фокстрот. Это, по сути, ходьба, только менее интересная. – Миллер открыл пакет со свиными чипсами и захрустел.

— Не дуйся, – сказала Мэри. – Это конструктивная критика.

— Я не дуюсь, – сказал Миллер, выплюнув половину чипсины на колени Говарду.

Группа сидела за своим обычным столиком в углу паба “Бычья голова” – весьма разношерстная компания как по танцевальным способностям, так и по возрасту. Отставные полицейские, ветераны бальных танцев и супружеская пара Мэри и Говард – этим было хорошо за семьдесят. Глория и Рэнсфорд, державшие в городе цветочный магазин, были ненамного моложе, хотя ни у кого из них, насколько знал Миллер, не было ни одного заметного протеза. Рут, работавшая секретарем на дому, было едва за сорок, а Нейтан (ему было двадцать семь, он путался в собственных ногах и отчаянно сох по Рут) как-то умудрялся зарабатывать на жизнь, играя в компьютерные игры.

Это Алекс несколько лет назад уговорила Миллера присоединиться к группе, а позже, когда оказалось, что получается неплохо, они стали танцевать уже всерьез. Говард, Мэри и все остальные ощущали отсутствие Алекс почти так же остро, как и сам Миллер, и, хотя он определенно больше не собирался участвовать в соревнованиях, он был рад снова быть частью этой компании. Он с нетерпением ждал еженедельных тренировок в их облагороженной скаутской хижине и, когда ему не делали выговоры за его отвратительный, мать его за ногу, фокстрот, очень наслаждался часом с лишним в пабе после занятий.

— О, пока не забыла.. – Мэри подалась вперед. Говард, как обычно, синхронно наклонился вместе с ней. – Я тут говорила кое с кем, кто хочет к нам присоединиться. Новобранец! Если все согласны, разумеется.

— Мужчина или женщина? – спросил Нейтан.

— Ну женщина, очевидно.

— Меня устраивает, – сказал Нейтан. За столом послышались одобрительные кивки и возгласы.

Мэри посмотрела на Миллера.

— Нам не нужны никакие новобранцы, – сказал тот.

— Ну, строго говоря, не то чтобы нужны, – сказала Мэри. – Но нас нечетное количество, так что..

— Это неважно. – Миллер отхлебнул светлого эля. – Когда я или Нейтан за пианино, получается четное.

— Да, но я думаю, что четыре пары было бы лучше.

— Мэри обычно права в таких вещах, – сказал Говард.

— Почему было бы лучше?

Мэри замялась.

— Ну.. не лучше, нет.. Но что плохого в переменах? Я просто думаю, что, если у каждого будет более постоянный партнер, уровень всех наших номеров улучшится. Даже твой фокстрот, Деклан!

Говард прыснул, но у Миллера это улыбки не вызвало.

— Ну вот есть мы с Говардом. – Мэри схватила мужа за руку и кивнула через стол. – Глория и Рэнсфорд всегда танцуют вместе..

— Мы с Рут, – сказал Нейтан.

Рут похлопала Нейтана по руке.

— Да, иногда.

Мэри кивнула.

— Именно. Так что я просто подумала, что, если бы у тебя был более.. постоянный партнер.. – Миллер уже качал головой. – То есть она, может быть, и не захочет приходить каждую неделю.. – Она посмотрела на Говарда, который весьма недвусмысленно сигнализировал, что ей стоит сменить тему. – Она очень милая женщина.

— Мне все равно, – сказал Миллер.

— Она раньше работала инспектором дорожного движения, так что у вас будет много общего.

— Чего?

— Я просто к тому, что..

— Можем мы поговорить о чем-нибудь другом?

Секунд десять-пятнадцать были слышны только невнятные разговоры посетителей за соседними столиками и механические писки игрового автомата у бара. Глория и Рэнсфорд уставились в ковер, в то время как Говард и Мэри пытались обмениваться невербальными сообщениями-взглядами, которые ни один из получателей толком не понимал.

— Ладно, о чем тогда поговорим? – спросила Рут.

Нейтан, Говард и даже обычно молчаливая Глория поочередно быстро предложили темы.

— Новый защитник, которого взяли в “Блэкпул”, вроде ничего такой..

— Это одностороннее движение у “Аквариума” – хрень такая, а?..

— Рэп – это, по сути, просто крики, как считаете?..

— Как насчет двух отрезанных рук в портфеле? – спросил Миллер.

Это привлекло всеобщее внимание.

Он и так планировал рассказать им о расследовании, поскольку эта разношерстная компания в прошлом оказывалась полезным источником идей, но сейчас момент казался не хуже любого другого.

Дискуссию о рэпе с Глорией он проведет в другой раз.

Изложив им основы дела, Миллер вызвался принести еще выпивки. К тому времени, как он вернулся с напитками (джин с тоником, два светлых эля, два больших бокала белого вина и водка), вопросов накопилось много. И не все из них Миллер счел бы глубокими.

— Как вообще можно отрезать человеку руки? – спросил Нейтан.

— Ножовкой? – предположил Говард. – Бензопилой, если времени в обрез.

— Топором будет быстрее всего, – сказал Рэнсфорд. – Только острым, чтобы кость прорубил.

— Мы пока не знаем, как были отрезаны руки, – сказал Миллер. – И, если честно, я надеялся на более.. глубокие мысли от уважаемой группы пытливых умов. И Нейтана.

Нейтан собирался возразить, но Мэри не дала ему шанса.

— Думаешь, Дрейпер будет охотиться за другом жертвы?

— Ему нужен этот портфель, – сказал Миллер.

— Значит, это очевидный ход, – кивнула Рут.

— Но ты не знаешь, кто этот друг?

— Пока нет, но надеюсь, что с камер наблюдения на вокзале удастся получить что-то путное. По крайней мере фотографию.

— Думаешь, Дрейпер знает, кто это? – спросил Говард.

— Будем надеяться, что нет.