Страница 63 из 124
Между собой женщины не разговаривали. О чем? Зачем? Рябова выглядела умиротворенно, смотрела прямо перед собой в пустоту; Дементьева дергалась, как на иголках, и во все глаза следила за каждым проходящим мимо оперативником. В сторону недавних товарищей по плену арестованные старались не смотреть, те поступали так же. Своего рода негласный уговор смотреть в другую сторону.
По распоряжению Крячко Елену и Ольгу вывели в наручниках. Елена не проронила ни слова, ее лицо дышало безмятежностью, как морской пейзаж на стене. Похоже, она испытала облегчение, что все наконец закончилось. Зато Ольга плакала и негромко причитала, ее ноги подкашивались, опять.
Остальных посетителей Крячко распорядился отпустить, предупредив, что им впоследствии предстоит подписывать свидетельские показания.
Первыми покинули галерею Алекс и Павел. Двигаясь к выходу, бородач и пацан негромко обменивались краткими фразами. О чем говорили приятели, не было слышно. Проходя мимо полковника, Новиков сделал шаг в его сторону и порывисто протянул руку широченной ладонью кверху.
— Спасибо, товарищ Гуров! И за Святского спасибо, и вообще за все.
Во взгляде блогера-спортсмена сверкала искренняя благодарность. Движения порывистые, дыхание взволнованное. Конечно же, он доволен благополучным исходом. Избежал ловушки, подстроенной ему дражайшей «подругой» Ольгой. Задумался о будущем. Расставил новые приоритеты.
Лев Иванович с удовольствием ответил на рукопожатие. Ожидаемо крепкое, вместе с тем оно приятно удивляло точным расчетом силы. Алекс не принадлежал к числу тех тупых перекачанных бугаев, которые сжимают тебе кисть изо всей мочи, как если бы намеревались растереть твои кости в труху. Нормальный мужик, надо признать. После общения к ним недоумеваешь, почему пришлось его подозревать.
— Удачи вам во всех начинаниях! – от души пожелал Гуров.
— И вам счастливо!
Павел к пожеланиям не присоединился, он вообще ничего не сказал, просто глядел пустым взглядом на залитую солнцем улицу. Новиков развернулся, слегка прикоснулся к локтю Гордеева, и друзья покинули фойе. Пару секунд Лев Иванович смотрел им вслед, наблюдая, как две фигурки уходят из тени здания и тают в ярком сиянии набирающего силу дня.
Верная своей непредсказуемости, Полина, секунду назад надевавшая жакет, неожиданно подошла к Павловской и, взяв ее за запястья, заглянула женщине в лицо.
— Тетя Ира! За мной парень подъехал, в своей тачке ждет у входа. Поехали с нами, он тебя домой отвезет. Что скажешь?
«Ого, она Денису рассказала о походе в галерею? Смелая девушка», – одобрил Лев Иванович.
Дожидаться ответа Полина не собиралась, она обняла учительницу за плечи и повела к выходу. На шейке у хитрюшки болталось массивное колье из тропических орехов. Выклянчила у Павловской. Хотя, может, и нет, не выклянчила, а та сама решила подарить, проникнувшись симпатией к неплохой в общем-то девчушке. В покорном молчании Ирина Васильевна согласилась поехать с молодой парой, по-матерински чмокнула подругу в щеку и, опустив голову, пошла, куда ведут.
Проходя мимо Гурова, Аверина повернулась к нему, и ее серые глаза, за секунду до этого полные беззаботности, посерьезнели.
— Злой ты человек, дядя Лева. Я думала, ты хороший, а ты злой, – насупившись, с укором проговорила она. – Старичка убили, две тетки в тюрьму попадут, а ты радуешься.
Павловская принялась бормотать девушке что-то утешающее. Лев Иванович, потрясенный, не разобрал слов.
— Прости, Поля.. – только и смог произнести он, догадываясь, насколько сейчас неуместно удовлетворенное выражение на его физиономии.
Не то чтобы он стыдился своего торжества, полковник угрозыска имеет право на хорошее настроение от успешно завершенного дела. Но Гуров понимал, что его поведение в глазах девчушки выглядело аморальностью и профдеформацией, хотя Полина и слов-то таких, наверное, не знала. Поэтому испытал некую неловкость. Аверина иначе смотрела на вещи и в чем-то была по-своему права.
Гораздо сильнее поражало Гурова другое: то, как полтора часа изменили судьбы шестерых людей – кому-то частично, кому-то полностью.
Полина. Нашла смелость принять тот факт, что влюблена и заслуживает шанс со своим избранником, в котором до сегодняшнего утра упрямо, вопреки чувствам, старалась видеть туго набитый бумажник. Попавшие ей в глаз и в сердце осколки ледяного зеркала растаяли.. Вроде бы.. То есть хотелось бы так думать. Неприятно смотреть, как женщины используют свою красоту не для того, чтобы обрести счастье, а для того, чтобы увеличить количество ненависти и отчуждения в мире.
Спустя долгие годы одиночества Ирина Васильевна неожиданно обрела подругу. Со стороны такая дружба покажется удивительной и противоестественной. У них неизмеримая разница в возрасте, как между дочкой и поздно родившей мамой. Но и на школьницу, пусть даже выпускного класса, девчонка не тянет. Получается, Полина слишком молодая для дочки и слишком взрослая для ученицы. Остается только один вариант – быть подружками. Павловская приучит проказницу читать книжки, а та потащит немолодую женщину на дискотеку в ночной клуб, и в конечном итоге обе найдут какой-то баланс в отношениях. Это нужно Ирине, чтобы преодолеть горечь от собственного предательства, которое совершила ради миражей воображаемой любви.
Унижаемый успехом за чужой счет и одновременно наслаждавшийся им, Павел посмотрел в глаза своему обману и возненавидел себя. Обманываться просто, признание истины дается нелегко. Открыв глаза завтра утром, парень поймет, что понедельник станет началом не только новой недели, но и нового пути. Куда побредет человек, годами внушавший себе мысли о собственной гениальности? Художником ему не быть. Возможно, дружба с Новиковым подскажет ответ, откроет дальние дали и широкие горизонты.
После отстранения Ольги перспективы на дальнейшее сотрудничество Алекса с галереей представляются сомнительными, но неунывающий бородач смело ступает вперед, в туман неизвестности. Да, какое-то время Новикову придется туго. Падение доходов и уход из области пиара в писатели резко подорвут его материальное благосостояние. Однако этот человек силен не только стальными мышцами, в нем есть внутренний стержень, гораздо более твердый и прочный, чем гриф от штанги. Вдобавок Алексу удобно, ничуть не тесно на плоту оптимизма. Тем, у кого есть такой плот, легко болтаться по волнам передряг.