Клубок загадок и шерсти

Глава 19

На фабрику девушки отправились так же в обществе мистера Сондерса, а вот Оливия оседлала мопед – черный, с оранжевыми вставками, что, впрочем, ничуть не удивило Лору и Ханну. Большинство деталей мопеда были не покатыми и лаконичными, а скорее угловатыми и заостренными, что крайне подходило характеру его владелицы. Лора тут же заволновалась: как Оливия поедет в такую темень? «Перестань, ей не привыкать, – одернула она себя. – Она знает эти дороги как свои пять пальцев».

По выражению лица водителя в зеркале заднего вида Лора сделала вывод, что ему страсть как хотелось высадить их в каком-нибудь богом забытом месте и забрать рюкзаки с телефонами в придачу.

Лора и сама желала, чтобы этот долгий день закончился: столько новых мест, столько людей и мнений. Мысли смешались в дивного вида блюдо, состоящее в основном из листьев салата и тех самых зерен, которые ей еще предстояло отделить от плевел.

Автомобиль ожидаемо добрался до фабрики скорее, чем мопед Оливии. Ханне и Лоре следовало войти через парадный вход, ведь мистер Сондерс не оставил им иного выбора, а просить его высадить их у служебного входа Лора не решалась. Им все-таки нужно было как-то возвращаться к Колтам.

Сегодня Лоре бросилась в глаза разница между комфортными интерьерами других мануфактур и почти операционным стилем, выбранным Энн для нового здания. Здесь было чисто, свежо и чувствовался запах новизны, но здесь не было души. И ни души. На такой огромной площади работало от силы несколько десятков сотрудников за одну смену. К чему такое расточительство? «Говорят, в собраниях будто пропала душа», – пронеслись у Лоры в голове слова Майкла Фрейзера.

«Печально, когда в местах, где трудятся люди, нет атмосферы тепла», – добавила она про себя.

«Такое ощущение, что Энн Колт – дементор. Ну или очень близкая их подруга», – пошутила мысленно Ханна.

Услышав женские голоса, Лора оттянула Ханну за рукав парки ближе к выходу, чтобы в случае чего сделать вид, что они только вошли, и иметь возможность подслушать.

— ..пара возвратов. Мол, свитер разошелся при примерке дома – и все в таком духе.

— Да уж. Мне так жаль Энн. Почему все это на нее навалилось? В том месяце она сходила с ума от яблока, теперь от арбуза. Я снова заказала пачку из десяти упаковок!

— Раньше я думала, что это результат нашего мышления..

— Опять ты за свое, Сьюзи! Мысли материальны, бла-бла-бла. Но у нее настоящее расстройство!

Лора прислушалась: характерные звуки нажатия кнопок, помола кофе, запуска кофемашины и наконец льющегося в чашку напитка. Сквозь них можно было разобрать и монолог сотрудницы:

— Да погоди ты, не перебивай! Это я раньше так думала. А сейчас мне кажется, что вещи просто случаются. Мир просто существует, люди просто живут. На это нет каких-либо причин. Пряжу украли, потому что кому-то захотелось. Какому-то идиоту, судя по всему. Энн, конечно, откусила слишком большой кусок, полагая, что заслуживает величия крупных компаний. Наверное, мир не был к этому готов. И она тоже. Поэтому она спасается как может, тем же антисептиком. В общем.. не нужно искать причин там, где их нет. Все это могла подстроить Оливия. Или тот мерзкий чинуша. Бр-р-р, аж мурашки по коже от его скользкой улыбочки.

— Ага, я тоже не его фанатка, – коротко ответила собеседница.

Кофемашина приготовила две порции кофе, и из-за угла показались Меган и Сьюзан. Девушки только успели обменяться приветствиями, как позади Лоры выросла Оливия.

— Ну что, идем? – послышался ее высокий голос. – Мегги, Сьюзи, – поздоровалась она с поспешно раскланявшимися работницами.

Лора была уверена, что они шептались: «Надеюсь, эти англичанки ничего не слышали?»

Девушки удалились, а Оливия трижды поднесла карту к датчику турникета.

— Пойдем к загонам викуний, а пока можете заваливать меня вопросами.

Лора сразу отметила, что на фабрике Оливия ведет себя раскованнее, чем дома. С ее лица словно стерлись следы тревожности и напряженности, она действительно предвкушала встречу с животными.

— Как вы думаете, кто украл пряжу? – выстрелила Лора, решив, что прелюдий на сегодня хватит.

Оливия вновь рассмеялась – на этот раз отражающийся от стен гулкий смех звучал даже устрашающе.

— Вот так с ходу? Хорошо. Давайте подумаем. Мне кажется, пряжу могла украсть мама! Ее помощница и добрая половина штата слишком глупы, чтобы такое провернуть. Они ведь должны были отключить электричество или незамедлительно среагировать, когда это внезапно произошло. Да простят меня наши сотрудники, но все они – работяги, не выдающиеся умы. Многие из них окончили только школу, а дальше пошли по стопам родителей. Конечно, это могли сделать конкуренты, но.. никто из них не знал, что мы получили первую партию шерсти. И уж тем более никто из них не знал, где именно находится хранилище. Мы с вами уже пять минут коридорами ходим. Где мама нашла такого горе-инженера? Наверное, опять решила сэкономить.

— А вы не могли украсть пряжу? – спросила Лора, когда они оказались напротив еще одной раздевалки.

Рядом с ней была дверь, ведущая в загон с загадочными викуньями.

Оливия вмиг очутилась напротив Лоры.

— Вы растете в моих глазах, мисс Картленд, – отчеканила она и слегка улыбнулась, будто учитель, радующийся успеху двоечника. – Могла. Но не крала. Меня в то время не было в стране. Можете проверить мой профиль в соцсетях. Я была в Брюсселе у подруги.

Несколько секунд они стояли, сверля друг друга взглядами, и обе испытывали дискомфорт. Лора пыталась понять, что Оливия скрывает за этой броней из сарказма и колючих иголок, а Оливия – разобраться, можно ли доверять очередной маминой находке.

Положение спасла Ханна – перебрав десятки фраз, но так и не найдя подходящей, она сморозила:

— Так что, напяливаем костюмы, охотники за привидениями?

Оливия не ответила, но усмехнулась. Некоторое сходство с костюмом охотников у рабочих комбинезонов действительно было. Переодеваясь, Ханна напомнила Лоре никуда от нее не отходить, как бы подруге этого ни хотелось. Застегнувшись и натянув капюшоны, Лора и Ханна дружно удивились Оливии, которая сменила обувь на рабочие сапоги, но комбинезон полностью не надела, а лишь просунула ноги в штанины и повязала его рукава на поясе. О капюшоне или специальной шапочке Оливия также не думала: здесь она была в своей стихии.