Страница 19 из 57
Представитель миланского «Интера», бывший его игрок Бенито Лоренци в перерыве созвонился с президентом клуба и почти десять минут описывал всё то, что происходило на поле. А после живописного рассказа он получил новое задание — прощупать на предмет перехода в «Интер» наиболее перспективных игроков из сборной СССР.
«Да у Советов этих перспективных полно, — думал Лоренци, усаживаясь на центральную трибуну Олимпийского стадиона смотреть второй тайм. — Хидиятуллину — 20 лет, Черенков тоже 20, Заварову — 18, Никонову — 21, Андрееву — 23. Эти парни ещё на молодёжном чемпионате Европы наведут шороху».
Затем он снова открыл свой блокнот и вписал все произведённые замены. Кстати, Нильс Лидхольм тоже сделал несколько перестановок. Он убрал одного игрока середины поля и убрал чистильщика, а вместо них выпустил Бруно Конти и Карло Анчелотти. И второй тайм начался с массированных атак «Ромы». Теперь мяч у гостей вообще не держался. Наставники Советской команды перекроили середину поля и комбинационный футбол русских полностью развалился. Зато оживились приунывшие трибуны римского стадиона.
И через 5 минут второго тайма на ударную позицию вышел Анчелотти. Он прикрыл мяч корпусом и неотразимо пробил низом. А стадион буквально взорвался:
— Гооооол!
— Вот это поворот, — ухмыльнулся Бенито Лоренци.
* * *
— Да что ж они творят-то, Юра? — обратился я к Юрию Гаврилову, нервно раскачиваясь на скамейке запасных, словно наставник киевского «Динамо» Валерий Лобановский.
— Ничего-ничего, не волнуйся — пробормотал он. — Счёт ещё 3:5 в нашу пользу и играть осталось всего 5 минут. Как-нибудь дотянем.
И в эту секунду неутомимый Карло Анчелотти ворвался по нашему правому флангу в штрафную площадь и, пользуясь неразберихой, выкатил мяч по удар Бруно Конти. Как вдруг Саша Бубнов прыгнул ногами вперёд и вместе с мячом снёс итальянского футболиста. Зрители на трибунах что-то заорали, скорее всего, требуя пенальти. И главный судья Джорджо Бальди указал на 11-метровую отметку.
«Если сейчас 4-ый забьют, то они и 5-ый закатят, — подумал я и, пока Бруно Конти основательно устанавливал мяч на точку, мысленно помолился и закрыл ладонью глаза. — Да что ж это такое — всё у меня через одно место? Бизнес не дали сделать товарищи из милиции. Сейчас облажаемся, новые проблемы появятся. Память ещё не фурычит. И чем я только перед Всевышним провинился?».
Наконец, стадион притих, я схватил Юрия Гаврилова за локоть. Но в самый последний момент всё же посмотрел в щёлочку между пальцев. А там, на футбольном поле, полузащитник сборной Италии разбежался, малозаметным обманным движением уронил на газон Рината Дасаева и саданул выше ворот.
— Дааааа! — заорал я громче всех и принялся обнимать всех наших запасных игроков.
А Николай Старостин вдруг обратился к Константину Бескову:
— Вот, Костя, мы с тобой постоянно спорим, кого брать в сборную, а кого нет? Теперь ты понимаешь, что у нас нельзя собрать команду по принципу — с бору по сосенке. У нас в огромном Советском союзе каждый играет в свой футбол. Можно сделать сборную на базе киевского «Динамо», можно построить команду на основе нашего московского «Спартака». Но создать единый слаженный ансамбль, набрав сборную только по громким именам, не получится.
— Не знаю, Коля, не знаю, — проворчал Бесков. — Тренироваться надо лучше.
— Это само собой, — улыбнулся Николай Старостин.