Страница 170 из 1131
Глава 27 Нас ведет судьба
Вся описанная далее сцена произошла в одной из комнат бывшего дворца Моргота в Новгороде. На актуальной карте она была обозначена как помещение 74 с пометкой: не используется. Такая пометка стояла у большинства комнат и залов дворца. Однако той ночью помещение 74 вполне себе использовали. Туда принесли стол, стулья, несколько масляных светильников, пепельницу, кувшин с водой и пару увесистых папок для бумаг.
Некоторые из новопоподанцев дивились тому с какой стремительностью в Новгороде росли объемы бумажных записей. Ещё только налаживались первые производственные линии мануфактур, ещё творились за стенами феодальщина и разгул банд, а ряд организаций уже успел обрасти бюрократией. Сложно сказать, где это было действительно необходимо, а где стало следствием профессиональной деформации отдельных личностей. Мол обязательно надо все фиксировать на бумаге. Пусть она сволочь здесь редкая и дорогая, но надо. Ибо суть с бумажкой получается приказ, акт, распоряжение или вердикт, а если только на словах, то это уже махновщина, феодализм и упадок цивилизации.
Так и в ту ночь шестеро засевших в комнате обложились бумажками, читали их, обсуждали, дописывали.
— Так, ну с Марком все ясно. Давайте переходить к иным персоналиям. Далее у нас… — Виталий Капица из Особого отдела прищурился, читая мелкий рукописный текст. — Кириллов Павел Владимирович, более известный как КПВ. Досье, которое ты на него составил… Вот скажи честно, там личное или все, действительно, так плохо?
— Как бы вам сказать, Виталий Игоревич… — задумчиво ответил Марат Еганов, известный также как Ментос. Из команды Барона Еганов тихонько свалил в Зу-Райдане, где пересекся с агентами темных и был по воздуху доставлен в Новгород. — Вот не скажу, что знаю всю его подноготную…
— Он слабо изучен, потому что от него получали больше пиздюлей, чем информации? — усмехнулся Дмитрий Крюков, также известный как Крюк, второй из кольценосцев или попросту назгул. — Если рост в досье указан правильно, то это с ним я вонзился в Ангбанде. Мощный тип. И видимо чем-то пробаффанный. Есть шансы его к нам перетянуть?
— Вряд ли. — ответил Ментос. По недовольному выражению его лица было ясно, что мысль снова оказаться с КПВ на одной стороне ему категорически неприятна. — Он отморозь, без царя в голове. Я бы в его личном деле желтую полосу поставил.
— Это что значит? — поинтересовался Крюк.
— Склонен к насилию по отношению к сотрудникам правопорядка или экстремизму. — пояснил Капица.
— Ох уж ваши эти полицейские замашки. — поморщился Крюк. — Я бы попробовал его завербовать, как придет время.
— Вы как-то плохо народ фильтруете, я погляжу. — недовольно заявил Ментос.
— Такие вот мы… Готовы понимать и прощать. — заявил Крюк. — Мы бы и эльфов к себе брали, да не идут гады. Ладно. Кто там дальше?
Песенка эта звучала не в голове КПВ, а вполне наяву. Напевал её Марк Крысобой, сидящий на пустом ящике рядом с местом, где «пал» Кириллов. Закончив истребление значительной части команды и освободив гребцов, рыцарь просто лег на палубу. Усталость взяла свое, даже несмотря на свет камня.
Бывшие рабы выкидывали за борт ободранные до нитки тела бывших владельцев. Они же добили и тех, кого не тронул сам КПВ. Восстановили социальную справедливость, так сказать. Состав бывших рабов был очень смешанный: арабы, островные эльфы мужского пола, зверолюды, наподобие тех, что поподанцы геноцидили и ящеролюды. Разглядывать всех их не было ни сил, ни настроения.
— Давай броню с тебя снимем? — спросила подошедшая к нему Акаирис.
— Не хочу. — устало вздохнул КПВ. — Ничего не хочу. Надо просто полежать… Только водички принеси…
КПВ провалялся на палубе ещё около часа, успев окончательно высохнуть на солнце. Вроде бы какие-то силы появились. Захотелось выпить. Однако, шутка была в том, что КПВ данную вылазку возглавлял.
«Я за жизнь ничем, кроме своего хера, не командовал». — подумал Кириллов. — «Речь что ли толкнуть? Вот же гемор».
КПВ поднялся и кое-как собрал свою могучую команду. Не более тридцати человек, десяток эльфов и одна великанша.
— Ну что вам сказать, господа пираты-дегенераты и примкнувшие к ним… — задумчиво произнёс КПВ. — Первый блин вышел комом, но вполне съедобный. Корабль мы захватили. Однако каждый раз кидать своего командира в гущу врагов и смотреть что получится — не есть прогрессивная тактика абордажа. Не надо больше так. Ошибки и пожелания мы учтем. Будем тормозить корабли русалками. Нам нужны ещё один, а лучше два корабля и…
«И что потом? Да хрен знает».
— И вот так мы будем действовать. — не совсем впопад ответил КПВ. — Будем действовать решительно. Будем всех адский пиздить. Так победим. Ура, товарищи!
После речи к нему подошел Лестер и спросил:
— А ты вообще знаешь, зачем Ньялю корабли?
— Это секретная информация. Но есть некий слух, что на кораблях можно плавать. По морю, например.
— Очень остроумно. Где только пряталось твое красноречие во время публичного выступления? Ситуация швах. Нас теснят со всех сторон. Есть ли у нас шансы вообще?
— Я, кажется, догадываюсь зачем нам галеры. — вступил в разговор Марк.
— Просвети нас.
— Сами увидите. Такое лучше видеть. — загадочно ответил Крысобой. — Но, скажу вам, что карты в рукаве у Ньяля ещё есть. И даже козырные.
С гребцами удалось кое-как договориться, хотя скорость движения призовой довольно сильно упала. Часть бывших рабов с весел пришлось переназначить на паруса и руль.
— Ты обещал им свободу? — спросил Марк у КПВ.
— А надо? Ну типа мы их расковали из цепей. Нужен ещё намек? Типа вольную им подписать? Или как?
— Это вопрос мотивации. Им надо знать, чего ждать от нас и своего будущего. Понимать перспективы.
— Им надо будет грести. Такая вот перспектива.
— А потом?
— Наверное, снова грести. И ещё немного грести потом.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты прирожденный лидер?
— Не-а.
— И едва ли скажут.
— Не претендую. Слушай, тебе надо — вот иди мотивируй. Я спать.