Страх и Голод 1

Глава 26

22 июля. Тамбовская область Грозный Иван Михайлович и Панкратов Максим.

— Иван Михайлович, и откуда вы все эти дороги знаете? – удивленным тоном спросил у меня Макс, глядя на то, как мы петляем по узеньким лесным заросшим дорожкам.

— Ясное дело откуда, я же вырос в этих краях, да и сам знаешь, специальность требует знать тайные тропки, по которым можно незаметно проезжать. – ухмыльнувшись ответил я, вспоминая, как по этим самым дорогам в молодости гоняли угнанные машины мимо милицейских постов.

— Скучаете по тем временам? – улыбнувшись спросил парнишка, взяв с торпеды мое поддельное офицерское удостоверение.

— Да как тебе сказать, если исходить из данной ситуации, то, разумеется, да, а так не особо. – поморщившись ответил я, прокручивая в памяти самые неприятные моменты тех времен.

— О как. – ухмыльнулся он. – А вы, Иван Михайлович, получается, не только масть, так еще и династию сменили. – сделал он акцент на фамилии Романов.

— А ты шутник. – рассмеялся я. – Но вообще забудь такие слова, как масть, понятие и прочее, теперь все это кануло в Лету. Хотя все это в принципе уже давно в прошлом, эпоха настоящих воров и понятий ушла где-то в девяностых, сейчас об этом лишь молодые и лихие парни на каждом углу тараторят, а те, кто постарше, в основном выкручивают их в свою пользу. Так в местах не столь отдаленных еще как-то все соблюдалось, все же уклад жизни как-никак. А тебе этим голову забивать не стоит, живи, учись и будь человеком, насколько это, конечно, возможно в наше время. Воровская жизнь, показанная на телеэкранах, сильно романтизирована, в реальности все выглядит иначе.

— Да я сильно и не интересовался этим вопросом, в школе парни болтали о разном, хотели банду сколотить, рэкетом заниматься, но после первой же попытки в больничку и попали с переломанными руками и пробитыми головушками. – ухмыльнувшись ответил Макс.

Макс конечно красавчик, прям настоящий мужчина, несмотря на потерю близких и все, что творится вокруг, парень держится и не раскисает. Но это по большей части напускное, по его глазам видно, что мальцу тяжело, взгляд грустный, расфокусирован и направлен вдаль. Вот он и болтает без умолку лишь бы прогнать печальные мысли из головы. Главное, чтобы его не понесло, мы удачно вырвались из поселка, раздобыли еды и выехали из города. Все прошло гладко, как по маслу. Но это была только удача, как будет дальше – одному богу известно. Но парнишка может посчитать, что так будет всегда, а удача та еще стерва, в любой момент может повернуться к тебе задницей и как знать, что произойдет после этого. Я знал множество лихих мальчишек, особенно в девяностые, которые сколотили банду из спортсменов и отправились в Москву на заработки. Некоторые быстро взлетали, заявив о себе, и на кураже начинали переступать ту тонкую грань, которой стоит придерживаться. Как итог их потом так быстро приземляли и было большой удачей, если попадали за решетку, а в основном просто пропадали без вести, строек в Москве много, а там котлованы и бетон, пойди разыщи.

— Макс, как ты себя в целом чувствуешь? – решил я поговорить с парнем о его ментальном здоровье.

— Да нормально, а что такое? – уточнил он, отведя взгляд в сторону.

— Как что! Ты же родителей потерял, да и вся жизнь рухнула. Хочешь поговорить об этом? Потеря близких это тяжелый удар для каждого из нас.

— Да я бы так не сказал. – пожав плечами ответил парень. – Я, возможно, еще не осознал до конца, что вообще произошло, но как-то держусь пока. А касательно родных вы правы, потеря тяжелая. Но я тут один подкаст слушал.

— Подкаст? – уточнил я, услышав незнакомое слово.

— Ну, лекцию. В общем один психолог говорил, что наше поколение не так сильно привязано к родне.

— Это еще почему? – возмутился я.

— Вот смотрите, взять, например, вас. Вы выросли в достаточно тяжелое время и вами постоянно занималась там мама ну или бабушка, кто-то из них читал вам сказки, рассказывал истории. Я помню, как вы на охоте рассказывали, что не путешествовали, жили скромно и из развлечений у вас была пачка цветных карандашей, сточенных почти до основания. А у нас, считай, все есть, вместо маминых сказок и рассказов – смартфоны, планшеты, компьютеры. Родители же их сами нам покупают, чтобы не заниматься нами. Плюс мне повезло, я родился не в бедной семье, поэтому путешествовал и опять же постоянно большую часть времени был предоставлен сам себе. Хорошо, что отец считал, что мужчина должен уметь драться, охотиться, рыбачить и справляться с различными бытовыми трудностями, и едва я стал стоять на ногах, как меня отдали в бокс, а также он постоянно таскал меня на все свои вылазки на природу, это сильно закалило меня. Если бы не это, не уверен, что сидел бы тут сейчас с вами. Так вот к чему я все это говорю, современные родители занимаются детьми в разы меньше, чем старшие поколения, оттого-то и их родственные узы куда слабее. Я, как ни странно, больше по отцу тоскую, хотя он тот еще тиран. А мама и была доброй, но сами знаете, она то где-то за границей, то с подружками в клубах, барах, ресторанах, а чтобы я ее не доставал, она всегда давала мне деньги. Вот как-то так. – тяжело вздохнув сказал Макс.

— Да уж, Макс, а ты умен не по годам. – покачав головой сказал я.

Так мы ехали и вели беседы с парнем по душам, на темы детства и воспитания, я рассказывал ему о том, как шкодил в детстве и как мне за это влетало от отца и матери. И все же парнишка прав, наши поколения очень сильно отличаются друг от друга.

Дорога была на удивление чистой, в целом оно и ясно, ее дорогой-то и не назвать, поросшие высокой травой и молоденькими тоненькими деревьями просеки. Если не знать, что тут раньше была дорога, то и не сунешься на машине. Порой до нас доносились звуки стрельбы, на горизонте виднелись клубы черного дыма, что поднимались вверх и застилали собой горизонт. Но ни людей, ни зомби, к счастью, нам так и не встретилось. Но меня очень сильно тревожил тот факт, что все идет как-то гладко. А я ведь точно знаю, что за чем-то хорошим всегда приходит что-то ну очень плохое, и это меня беспокоило.

— Макс, проснись! – толкнул я в плечо задремавшего мальчишку.

— Что такое, приехали? – встрепенувшись спросил он, начал растирать лицо ладонями.

— Нет еще, но мы уже рядом. Мы сейчас будем проезжать одну деревеньку, затем выйдем на трассу, по ней около двадцати километров и считай, что приехали. Так что будь начеку, этот отрезок, скорее всего, таким простым не будет. – предостерег его я.