План Б

– Не доносить, а разделить свою боль со мной, с той, кто поймет. Он любил Инну до безумия и был в отчаянии. Не знал, как жить дальше. Первым его порывом было убить тебя. Но моральные принципы оказались сильнее.

– И тогда вы решили объединиться и отомстить нам с Инной? – с возмущением воскликнул Олег.

– Пришлось прибегнуть к крайним мерам, чтобы вы прочувствовали хотя бы малую толику той боли, тех мук, что терзали нас с Маяком. – Жанна глубоко вздохнула. – Не спать ночами, зная, что ты с ней… что она проснется утром в постели с тобой… будет любоваться тобой, твоими руками, губами, точно так же, как я.

Жанна с трудом сглотнула комок, подступивший к горлу, и отвела взгляд. Слезы предательски рвались наружу, но она взяла себя в руки, не позволив им выдать ее.

В душе Олега бушевала буря эмоций. Неужели это все правда? Разум отказывался верить, а сердце – принять. В голове роились одни вопросы. Неужели его жена, этот ангел с глазами лани, была в сговоре? Все это время она играла, плела паутину лжи вокруг него? Он, рискуя жизнью, пытался спасти сына, вырвать из лап злодея, а его, оказывается, и не похищали вовсе? Все это – грязная, циничная игра?

Олег схватился за голову.

– А похищение Ярика? Зачем было устраивать этот спектакль? Как ты могла ему позволить такое? Ведь это извращение придумал Маяк?

– Не-е-т, это мой план Б. Или ты думал, только у тебя всегда припрятан туз в рукаве? Что мне оставалось делать, если ты упорно избегал разговоров по душам. Я подумала, что это заставит тебя раскаяться. Хотела, чтобы ты признался во всем сам.

Мир Олега рушился на глазах. Он всегда считал Жанну наивной и доверчивой, уверенный, что сможет легко ее обмануть. Но теперь он понимал, что ошибся. Жанна оказалась сильнее и умнее, чем он предполагал.

– Хитро, – просипел Олег, словно выплевывая горечь поражения. – И актеры выше всяких похвал.

– Неплохо, да? Для психологини, – со злорадством в голосе произнесла Жанна, поддевая Олега.

– А эти разговоры, переписка с сообщницей?

– Фальшь.

– Как узнали, где я перепрятал картину? Об этом знал только я.

– Ну, очевидно, если ты не отнес ее в камеру хранения, значит, оставался только гараж. Ты же панически боялся огласки.

– Я настолько предсказуем? – в глазах Олега мелькнуло отчаяние.

– Да. – Жанна кивнула, сохраняя невозмутимый вид.

– А зачем нужно было поджигать картину? Она ведь стоит миллионы. Это вандализм. Ты понимаешь, что ты натворила? – не скрывая своего гнева, Олег ударил себя по лбу. – А растоптать мою карьеру – это тоже часть твоего дьявольского плана? Леонид Аркадьевича, наверное, хватил инфаркт. А «Коротков Дизайн Премиум» ликуют.

– Цела и невредима твоя драгоценная реликвия, – с ухмылкой ответила Жанна. – Твое наследство никто пальцем не трогал. В огне плясала жалкая репродукция. Холст с дешевой фотопечатью, который я заказала за копейки. Ну а шеф твой с конкурентами, думаю, в замешательстве. Недоумевают, зачем ты им отправил пустое электронное письмо, – Жанна осушила бокал вина до конца. – Чего ты боялся, то ты и видел, Олег. Я же знаю тебя как облупленного. Знала, за какие струны дергать, что для тебя свято и дорого. Я хотела увидеть, как далеко ты готов зайти во лжи. Хотела убедиться, что ты действительно тот человек, за которого себя выдаешь. И ты меня не разочаровал. Ты лжец, Олег. Ты лжец и предатель.

– Жанна, послушай! Пожалуйста, дай мне шанс. Я люблю тебя. Я сделаю все, чтобы исправить свою ошибку!

– Слишком поздно, Олег. – Жанна усмехнулась. – Ты упустил свой последний шанс. Я сделала свой выбор.

Жанна отставила бокал и встала с дивана.

– День был тяжелым. Я спать. Завтра утром заедем к Ольге, заберем Ярика.

Олег схватил ее за руку.

– Не трогай меня! – Она вырвала свою руку. – Ты хотел все самое лучшее, Олег. Оно у тебя будет, но только без меня.

Олег посмотрел на нее, осознавая, что только что потерял любимую. Он предал Жанну, свою семью, Инну, предал самого себя. И теперь, когда все кончено, он остался один, раздавленный своим собственным выбором. Жанна поднялась по лестнице на второй этаж, оставив его одного в темноте и отчаянии. Он встал с дивана, подошел к панорамным окнам и посмотрел на бушующую за окном стихию. Дождь все еще лил, словно оплакивая разбитую любовь и сломанную жизнь.