Автоматом и гранатой

Щукин взял у него бинокль. Довольно далеко от них, почти у горизонта, на краю огромного поля, он увидел встречное движение колонны танков с людьми на них, идущих на предельной скорости.

— Всем оставаться на месте. Никому не уходить. Охраняйте бензовозы. Только держитесь от них подальше, а то мало ли что! – быстро проговорил он разведчикам. – Я иду навстречу нашим войскам.

— Может, с тобой кому пойти, командир? – спросил Алексеев, с волнением глядя на Щукина.

— Нет! Не надо никому рисковать, – сказал ему Егор и направился в сторону поворота на ту самую дорогу, на которой ожидал встречи с передовым отрядом наступающих частей Красной Армии.

Не теряя времени и принимая во внимание то, что уже скоро подразделение танков и пехоты на них будет находиться перед ним лицом к лицу, он бежал вперед, стараясь не обращать внимания на боль в когда-то раненной ноге. Егор понимал, что рискует нарваться на разгоряченных наступлением воинов, и, чтобы не сойти фигурой в грязном, изодранном, когда-то белом маскхалате за сдающегося в плен гитлеровца, он снял с головы шапку и стал ею размахивать, подавая сигналы командиру головной машины. В другой руке он держал автомат и тоже интенсивно водил им из стороны в сторону. Несколько раз он споткнулся, едва не упал, но тут же выпрямлялся и бежал дальше.

Уже отчетливее и различимее были видны силуэты приближающихся «тридцатьчетверок». Еще через полминуты он уже мог детально рассмотреть сами танки и лица танкистов на башне и пехотинцев на корпусе. Грозные стальные боевые монстры, но до боли в душе родные и желанные, стремительно шли прямо на него. В какой-то момент, как будто по команде, которую никто не услышал, головной танк сбавил скорость и остановился на расстоянии в сотню метров от разведчика. Сидящий в командирском люке танкист сделал жест рукой и повернулся назад. Егор тоже остановился на дороге, прямо перед наступающей колонной, поднял вверх руки с шапкой в одной из них и автоматом в другой.

С брони спрыгнули и, удерживая разведчика на прицеле, направились к нему несколько солдат. Увидев их, Щукин неловко засмеялся от радости встречи и тому, как она для него сейчас начиналась. Дождавшись, когда пехотинцы пробегут половину расстояния от головного танка до него, он начал идти им навстречу.

— Стой! Стой! – злобно прокричал ему тот, что бежал впереди.

Егор остановился.

— Сержант Щукин. Разведка сорок первой артбригады! – прокричал он в ответ.

Бегущий впереди всех сбавил ход, начал разглядывать разведчика, одновременно посматривая по сторонам в поисках подвоха в виде возможной засады противника или еще какого-либо неприятного сюрприза от него.

— Сержант Щукин. Разведка сорок первой артбригады, – снова повторил Егор, когда до идущего на него бойца оставалось метров двадцать.

— Все в порядке, товарищ лейтенант! Это свой! – неожиданно закричал, вмешиваясь в ситуацию, солдат, что бежал следом и был из числа тех, кто спрыгнул на землю с головной «тридцатьчетверки».

Идущий впереди обернулся к нему и невольно опустил автомат.

— Товарищ лейтенант, – продолжил тот. – Это Щукин. Мы в одной теплушке на фронт возвращались месяц назад. Он у нас старшим по вагону был. Я знаю его. Он разведчик. Настоящий герой, весь в орденах!

Услышав знакомый голос, Егор в бессилии резко опустил руки с шапкой и автоматом вдоль бедер. Прямо на него в готовности обняться со старым товарищем быстрым шагом следовал тот самый пожилой солдат, с которым они вместе несколько недель ехали на поезде на фронт, в действующую армию.

— Ну, здравствуй, товарищ сержант! – прокричал солдат, засмеялся и обнял Егора, прижимая того к себе.

— Здоров! – ответил Щукин, невольно роняя слезы радости от встречи со старым знакомым и благополучного завершения дела.

Пожилой солдат отстранился от разведчика, оценил его внешний вид и сразу нахмурился, понимая, что тот уже давно делает свою опасную работу где-то в глубине обороны противника, обеспечивая наступление войскам. Сзади к нему подошел офицер.

— Товарищ лейтенант! – начал Егор, пытаясь встать, как положено по уставу перед представителем командного состава. – Сержант Щукин, командир отделения разведки взвода управления тысяча девятьсот пятьдесят восьмого полка сорок первой артбригады. У вас на пути через семь километров справа через поле противник разместил замаскированную противотанковую батарею.

Он резко перекинул из-за спины кожаный планшет и, развернув его перед офицером, показал тому место разведанной засады врага на карте.

— Спасибо, товарищ сержант! – ответил лейтенант, отметив для себя продемонстрированный Егором участок местности.

Они обменялись взглядами и крепким рукопожатием.

Подав знак рукой командиру головного танка, офицер повернулся и побежал назад. Вслед за ним отправились и остальные солдаты, сопровождавшие его перед встречей с разведчиком.

— Удачи тебе! – произнес Егор пожилому солдату.

— И тебе, товарищ сержант! – ответил тот и снова крепко обнял старого знакомого.

Дождавшись погрузки десанта на броню, головной танк взревел мотором и двинулся вперед, выплескивая в стороны брызги мокрого снега и жидкой грязи. Щукин отошел в сторону и остановился рядом с дорогой. Он повернулся лицом к колонне грозных боевых машин и стал провожать ее, иногда вскидывая руку, приветствуя и одновременно прощаясь с идущими в наступление танкистами и пехотинцами.