Страница 48 из 64
Белая Эльза
Белая Эльза скользит мимо вас. Разве вы видели что-то более совершенное? Своею красотой попрала она серость и пустоту, мрак и страдание. Бог вдохнул в её существо всё, что мог, и счастливо улыбнулся, увидев дело рук своих.
Воздушный силуэт, лебединые руки-крылья. Пальчики, ноготки, каждая венка под тонкой кожей – прекрасное творение Мастера. Волосы – волнующее облако, в котором запутался солнечный луч. Походка – завораживающий танец, жесты – сама грация.
Меркнут сравнения с самыми прекрасными женскими образами, воспетыми в стихах и прозе. Дамы с известных портретов, что столетиями гордо взирали на восторженных почитателей, признают своё убожество в сравнении с Белой Эльзой. Она так невыносимо хороша, что нет достойного её, а потому одинока..
— Мишка! Шевелись давай! – опять поторопил Серёга двенадцатилетнего племянника.
Он мечтал о прохладном душе. И о банке пива, которая томилась в холодильнике. Нет, всё же сначала – пиво, потом – душ.
— Жарко – сил нет, – пожаловался Мишка. – А у нас в деревне дожди.
— Что ты нагрузил-то в эти сумки? Как будто не на каникулы приехал, а на вечное поселение.
— Это мама.. Гостинцы насовала всякие: сало, мёд, с огорода там.. Главное, чтоб ручки не порвались! – худенький курносый Мишка отбросил со лба непослушную прядь.
Что у него за волосы! Мало того, что рыжие, так ещё не причешешь толком. Подумал – и тут же забыл про них: Мишкины мысли скакали, как блохи. Мальчик поудобнее пристроил ремешок сумки на тощем плече и засеменил за дядей. Какое-то движение привлекло его внимание, он обернулся – да так и замер с открытым ртом.
— Это ещё что?
— Где? – поморщился тот.
— Да вот.. идёт.
— А, эта. Не что, а кто, – наставительно заметил Серега, – Лизка Маркова. Местная дурочка. Не бойся, она тихая. Ходит себе, бормочет. Мы с ней в одну школу ходили, пока она не съехала.
— Куда съехала? – удивился Мишка.
— Не куда, а с чего, балда. С катушек.
— Почему?
— Изнасиловали её.. Компания какая-то пьяная.. А вообще она всегда с придурью была. Издевались над ней: она же видишь – страшная, как крокодил.
— А почему в белой простыне?
— Она всегда так, – пожал плечами Серёга.
— Почему? – не отставал Мишка.
— Да откуда я знаю что в её дурной башке творится? – рассердился Серёга и сплюнул на асфальт. – Почему, почему.. Пристал, как банный лист к заднице.
— Жалко её, – вздохнул мальчик.
— Себя пожалей, умник! – хохотнул Серега. – Ей-то, может, как раз хорошо. Ни забот, ни проблем.
..Белая Эльза проходит мимо. Прохожие не привлекут её внимания: она выше толпы, её сияния не омрачит людская злоба или насмешка. Прочь, убогие, прочь с дороги..