Страница 41 из 64
— Михаил Геннадьевич, – обречённо произнес Неторопкин.
— Михаил Геннадьевич, – кисло повторил Дубов, – мы не сможем поставить ваш рассказ в номер.
— Понимаю, – тихо выдохнул Неторопкин упавшим голосом. Прощения он больше не просил.
— Да ничего вы не понимаете, – главред неожиданно почувствовал злость, – хорошая у вас рукопись. Просто отличная! Но поставить не могу. Площадей не хватает, а выкинуть кого-то не получится.
— Что вы! Зачем же выкидывать? Не надо из-за меня.. – испугался Неторопкин и покраснел, – я ничего такого в виду не имел! Такие уважаемые авторы..
— При чём тут уважаемые или нет! – ещё сильнее закипая, перебил Дубов, – просто.. обстоятельства. У одной юбилей, у другого знакомства, у третьего психика. Не подкопаешься.
— Понимаю, – снова сказал Неторопкин.
— В общем, Михаил.. – Дубов снова затормозил, нетерпеливо прищёлкнув пальцами.
— Можно просто Михаил, – Неторопкин устал ждать, когда редактор запомнит его отчество.
— Вы же взрослый человек. Всё понимаете. Если бы я один решал, тогда дело другое, – Дубов поймал себя на мысли, что оправдывается, как школьник. Это выводило из себя: кто он такой, этот Неторопкин?! Но не оправдываться тоже не мог. – Короче говоря, знаете, в какой стране живёте. И потом, вы поздно обратились, – подвёл черту главред.
Неторопкин грустно кивнул и стал подниматься со стула. Олег Васильевич протестующе замахал руками, усаживая его на место.
— В следующий номер ваш рассказ точно пойдёт! Мы выходим через три месяца и.. – Дубов осёкся и недоговорил.
Вспомнил, что апрельский номер целиком и полностью заказной, посвящённый сорокалетию их городка. Юбилей незначительный, такие даты люди-то не всегда отмечают, а уж города.. N-ск был рожден волевым решением партии: воздвигли завод-гигант, а рядом, как водится, пристроился населённый пункт, отмеченный на карте России даже не кружочком, а крошечной точкой.
Однако мелкомасштабный повод давал большие возможности. На празднование выделялись деньги, и эти средства нужно было «освоить». Что же касается непосредственно «Лиры», то, при имеющемся небогатом финансировании, Дубов просто не имел права не воспользоваться открывшейся возможностью заработать на проплаченных статьях. Дыр в бюджете журнала столько, что главред не отказался бы праздновать юбилеи ежегодно.
Всё это означало, что «Птичьей стае» и её автору снова не повезло.
— Нет, в следующий тоже не получится. Будет день города, и.. – Олег Васильевич поморщился, снял очки и сердито отшвырнул в сторону. Перед глазами немедленно расплылось, Неторопкин превратился в бесплотную серую тень. Дубов нашарил на столе очки и снова водрузил на переносицу. Мир обрёл привычную яркость и чёткость линий.
— Ладно, я пойду, пожалуй, – тоскливо вздохнул Неторопкин.
— Через полгода точно поставлю. Считайте, вы уже в номере! – торжественно провозгласил главред. Но сам, если честно, слабо в это верил. Шесть месяцев – долгий срок. Опять может выплыть какой-то юбилей. Или кто-то скончается. Неторопкин, похоже, тоже всё отлично понимал. Плечи его поникли, он изо всех сил старался скрыть разочарование. Скомкано попрощался, взял, не спрашивая разрешения, свою рукопись с редакторского стола и двинулся к двери.
— Михаил, – тихо позвал Олег Васильевич, – скажите, а кто вы по профессии?
— Инженер. Вы мне сейчас посоветуете заниматься непосредственными обязанностями? – неожиданно ершисто отозвался Неторопкин. – Не лезть в литературу?
— Вовсе нет, – устало возразил главред, – вам обязательно нужно в неё лезть. Это ваше место. Только «Лира» и литература – это разные вещи. Много вы написали?
— Три повести и десятка два рассказов. Ещё есть пьеса, – слегка растерявшись, ответил Неторопкин.
— Если они так же хороши, как «Птичья стая», вы обязательно пробьётесь. Я вам точно говорю.
— Спасибо, – смущённо пробормотал Неторопкин.
Спустя пять минут он летел по коридору, окрылённый, сжимая в руке бумажку с телефонным номером. У Дубова имелись какие-никакие связи в столице. А главред стоял у окна и задумчиво смотрел на тёмную улицу. Видел, как открылась дверь, и Неторопкин, споткнувшись, выбежал из флигеля и чуть не вприпрыжку помчался к воротам школы, смешно вскидывая ноги. Пусть хоть его мечта сбудется.
Зазвонил телефон. Олег Васильевич машинально снял трубку. На проводе была Дарина Барская. Интересовалась, можно ли в этот раз взять побольше бесплатных авторских экземпляров журнала. У неё же все-таки юбилей!