Страница 80 из 174
38 глава. Ну, здравствуй.
После того, как восторги Грота по поводу восстановленной руки, наконец, стихли, мы смогли перейти к следующей теме разговора.
Я поделилась с ним информацией о снятых мной проклятьях, три из которых, кстати, были также и на нем, а сейчас висели в воздухе, скрученные в коконы и тонкой струйкой возвращающие ему энергию. А затем поведала ему о состоянии всех, кого я встретила в этом доме, а особенно Ланы, и предложила позвать ее, чтобы можно было с нее снять их.
Между прочим, у Грота, как и у Гая с Торином, были также повреждены многие органы, отвечающие за «энергетические центры». Мне не трудно было их тоже подправить.
Пока звали Лану, я задумалась.
Вот надо было так вляпаться! Всю сознательную прошлую жизнь я не верила в проклятья. Всегда считала, что, говоря, что люди прокляты, они просто прикрывают свою лень, ложь, или еще что там у них мешало прилагать им усилия над собой и двигаться вперед, улучшать свою жизнь своими силами, а не спихивать все на «злой рок». И вот, жизнь повернулась так, что мне приходится самой снимать эти самые проклятья. Вот уж действительно правду гласит поговорка: «О чем не знаешь – не берись судить»…
Нет, я не была атеисткой, или итсисткой… Я всегда верила, что есть Бог и есть дьявол, что есть рай, и ад, но я считала, что люди всегда сами творят свою судьбу и выбирают сторону. И если человек не позволит «проклятью» взять над ним верх, то у проклинающего ничего не получится. Вся эта тема с «ангелами-хранителями» была мне близка. А еще я верила, что незаслуженное проклятье не сможет прилепиться к человеку. Я всегда считала, что если человек сам попросит у Бога защиты и охраны, не обязательно в церкви со свечками, а достаточно своими словами, как умеет, то Бог непременно ответит на эту просьбу.
В моем понимании, мир был полем боя светлых и темных сил, а люди – пешками, которые выбирали сторону и исходя из их собственного выбора и складывалась их жизнь.
Возможно, в моем мире эта философия и имела место быть, а, возможно, она имеет место быть и в этом мире, но что-то я не увидела ни на одном из тех, с кого снимала проклятья, хоть какой-то защиты.
Или случай с Даном для меня должен был быть сигналом, что люди могут сопротивляться проклятьям, просто не хотят?
В общем, я пришла к выводу, что не все, что работало и было справедливым в моем мире, имело место быть в этом.
В дверь послышался стук и вошла Лана. Все такая же обворожительно красивая, но в глазах читалась усталость.
Грот учтиво усадил ее на стул рядом со мной. Я взяла ее руку и просмотрела ауру. Количество проклятий не изменилось, но то, что они были меньше, не говорило о том, что они были слабее. Эти «маленькие» проклятья оказались более губительными для Ланы, чем если бы на ней было одно большое, как на ее подопечной. Они не только сосали из нее магию, но и высасывали ее жизненные силы, которые, по идее, переходя в проклятья, а из них в кристаллы, укорачивали продолжительность ее жизни.
Откуда у меня была эта информация?
Похоже, в этом мире существует такое понятие, как «прокачка навыков». Чем больше пользуешься способностью, тем легче ею пользоваться, и тем больше возможностей и вариаций применения способностей перед тобой открывается.
Но сейчас меня очень напряг тот факт, что у Ланы проклятья не просто сосали энергию, расползаясь по ее ауре. В ее случае, они, как раковая опухоль, пустили свои «метастазы» вглубь ее ауры и уже даже проникли под кожу. Если я сейчас начну соскабливать с нее проклятья, где гарантия, что я не поврежу ей? Где гарантия, что я смогу безболезненно удалить с нее всю эту дрянь?
Я замерла в нерешительности, не понимая, как будет правильно поступить.
Но тут в моей голове всплыла фраза: «благословение или проклятье, что изберешь?». Фраза была совсем не к месту. Вырванная из контекста, но на одну мысль она меня натолкнула.
Сейчас я видела слоистую структуру проклятья. Я видела нити, которые переплетались внутри проклятья в причудливый уродливый узор и несли информацию о том, за что какое проклятье отвечает. Передо мной представала не только структура. С нынешним уровнем способности видеть и снимать проклятья я могла с легкостью определить не просто потоки, но и узлы внутри проклятья и понять, за что какие узлы отвечают.
Я могу немного сместить вот этот вектор, который потянет за собой весь уродливый узор проклятья и изменит проклятье на благословение.
Я уже изменила направление потоков, так что от изменения столь малой детали я не могла себе отказать.
В итоге, на Лане вместо проклятья немощности по женской части, красовалось благословение на женское счастье, вместо проклятья слепоты она получила благословение видеть скрытое, вместо проклятья безумия, которое находилось на макушке, появилось благословение ясности ума, а вместо проклятья слабого сердца, она получила благословение долголетия.
Интересно, что сейчас происходит в изнанке Игбена? Как на «панель управления проклятиями» повлияло то, что проклятья изменились на благословения? И как это действие повлияет на то, что последние несколько часов проклятья сосали энергию из кристаллов, а не наоборот?
Руки чесались проверить, но, сейчас было нельзя… Нужно было завершить начатое. И, раз уж мы начали делиться информацией откровенно, стоило довести дело до конца.
Лану быстро ввели в курс дела, а затем мы начали обсуждать наши дальнейшие действия.
В течение двух часов мы с Гротом и Ланой обсуждали детали нашего сотрудничества, пока не пришли к консенсусу.
И вот, когда мы уже были готовы составить договор сотрудничества, от моей заколки снова послышался шорох.
Кто-то снова появился в капище культистов.
Я быстро сняла побрякушку и запустила крупным планом показ того, что происходило в том помещении.
Зал начал наполняться людьми в серых мантиях. Явно они собирались на церемонию жертвоприношения.
Вот же! А я и забыла про те 4 часа, про которые говорил Грот, когда попросил спасти детей.
Грот же, увидев 3D проекцию помещения закаменел, а затем обратился к Тору с Гаем:
- Я ведь попросил вас вывести всех детей… - тяжело уронил он.
- Мы и вывели всех, - начал было оправдываться Торин, но Грот его перебил.
- Тогда кто это сидит за решетками, ответь мне?! – прорычал он.