Страница 75 из 174
36 глава. Лана и Грот
Вот не зря мне не спалось всю прошлую ночь.
Явно всемогущие и всевидящие отняли у меня сон, чтобы я создала все, что мне сейчас пригодится.
Прежде, чем Тор с Гаем принялись спасать детей, мы разместили по углам помещения бусины, а несколько на вид пустых и ненужных камней разместили по бокам и по углам алтаря.
Вот культистам сюрприз будет, когда все их задумки и артефакты начнут ломаться из-за простого стекла.
И никто из них ведь даже не подумает, что виной всему предмет, у которого даже магическую ауру отследить невозможно…
Да уж… Визги и вопли этого Мадлора будет приятно послушать на плахе.
И пусть я кажусь кровожадной, но 200 кристаллов, это не одна и не две жизни.
Энергия жизни одного бездомного ребенка заполнила бы кристалл Игбена только на пятую часть, энергии ребенка из просто бедной семьи бы хватило на четвертую часть. Проклятья, которые идут от того камня, который сейчас в сумочке, которую я подобрала, после того как убивают человека, на которого наложены, возвращают энергию человека в кристалл, к которому привязаны и заполняют его только на половину.
И да, кристалл в сумочке – это даже не накопитель, а, скорее, «панель управления» проклятиями. В него заброшены еще не использованные проклятья и через него уже свершившиеся «возвращаются» к владельцу, наложившему их, вместе с энергией, отнятой у жертвы.
В этом кристалле есть входящие и выходящие линии ауры, тянущиеся от проклятий и к настоящему накопителю. А это идея. Я ведь могу просто развернуть все потоки. Тогда проклятья будут не высасывать энергию из проклятых, а наоборот.
Злобно улыбнувшись, провела рукой по кристаллу, проводя инверсию магических потоков, а затем закидывая сумочку в карман Игбена вместе со снятыми проклятьями. Теперь все его проклятья «вернут» всю высосанную энергию своим носителям с лихвой. А для того, чтобы найти эту «лихву» они высосут энергию из всех кристаллов в его кармане. И что самое интересное, проклятья не смогут «сосать» магическую энергию изнанки. Она их отторгает и конфликтует с ними.
Я не просто так сказала, что проклятья вернут энергию. В этом мире магия устроена так, что энергия всегда тянется к своему источнику. Энергия, которую высосали проклятья, которые были на папе и Гае, при разрушении проклятий, вернулась к ним, а энергия, которую высосали проклятья из нищих и больных, при снятии проклятья, стала сама утекать из проклятий, как вода из губки, и возвращаться туда, откуда была взята. Она и сейчас тонкими ручейками высасывалась из уже снятых проклятий, уменьшая их и скукоживая, и тянулась в северную часть герцогского поместья.
Как Игбен этого не увидел, я не знаю. Я вообще не понимаю, как он не заметил снятых проклятий, которые огромным букетом нависли над ним, когда он рассматривал кристалл…
Либо он оказался слишком недалекого ума, либо отлично играл роль простофили, а на самом деле он все и всех заметил… И если он нас заметил, а сейчас для нас не была организована ловушка, значит, он обязательно ее организует для нас в будущем. Как бы предугадать, что именно он организует?
Надо будет папу подключать к моему плану. Нам в любом случае чуть меньше, чем через 4 недели ехать в столицу для представления меня в храме…
Пока я раздумывала над всем этим и творила свою маленькую шалость и еще кое-что, мальчики уже открыли все решетки и вывели всех детей.
Их оказалось четверо. А то, что я приняла за пятого ребенка, оказалось просто охапкой сена, которое кто-то «заботливый» бросил, чтобы детям было удобнее спать.
А это уже было немного подозрительно. Чтобы культисты и позаботились о своих «овцах на заклание»? Да ни в жизнь не поверю!
Прошла в камеру и начала разбирать солому, которая была свалена в подозрительную кучку.
О да! Мое предчувствие никогда меня не подводило!
Под соломой была зарыта глиняная табличка с нацарапанным на ней текстом:
«Свет проявляет скрытое. Свет показывает тайное. От него ничего не укроется.» - прочитала я при свете факелов в помещении.
Написано подчерком Дерьи.
Стоило мне прочитать послание, как табличка рассыпалась у меня в руках и в комьях грязи что-то блеснуло. Положила все это в карман, решив, что при свете дня рассмотрю все как следует.
К чему было это послание? Что именно «скрытое» и «тайное» должен проявить свет? И каким образом? В жизни самой Дерьи этого скрытого и тайного было больше, чем я ожидала. Да и этот культ, тут скрытого и тайного слишком много. Не будет же этот свет раскрывать абсолютно все их тайны?
Гай с Торином подхватили на руки по два ребенка, а я двинулась вслед за ними.
Пока мы плутали по лабиринтам, уверенно приближаясь к выходу, у меня из кристаллов в заколке, которые я поместила туда прошлой ночью, послышались шорохи.
- Мальчики, нам надо поторопиться, - быстро заговорила я, - в зал с алтарем кто-то вернулся.
Мы ускорились, а мне не терпелось посмотреть, кто пожаловал в их обитель и с какой целью.
Некоторые меры предосторожности я предприняла, чтобы исчезновение детей не заметили раньше времени, но там мог оказаться отнюдь не глупый культист.
Когда мы вышли на поверхность, яркий свет ударил в глаза.
Я немного поморщилась от боли и в то же время от удовольствия. Несмотря на то, что свет причинял дискомфорт глазам, привыкшим к темноте, сейчас для меня это было самое прекрасное, после осознания того, какие боль и отчаяние пропитывали тот зал культистов. А он был огромен.
Запах крови, гнили, сырости, прелости и земли сменился свежим лесным воздухом, который я вдыхала с огромным наслаждением.
Выбравшись наружу, мы сразу же, не теряя ни минуты, направились в южный район.
Гай, чтобы я не плелась позади них с Торином, усадил меня к нему на шею, а обоих своих подопечных рассадил на руках.
А я что? А я ничего! Высоко сижу, далеко гляжу…
В общем, наслаждалась быстрой поездкой и открывшимися видами, крепко обхватив ручками голову дорогого друга.
Спустя каких-то пятнадцать минут мы уже стояли во внутренней части одного из домов удовольствия. На кровати лежала девушка близняшка Аниты без чувств, над ней склонилась безумно красивая женщина с яркими голубыми глазами, черными как смола кудрявыми волосами, одетая в роскошное платье фиолетовых и темно-зеленых оттенков, подчеркивающее все ее достоинства.
Я невольно засмотрелась на нее. Такой красоты женщина была достойна кисти лучших художников.