Страница 138 из 174
60 глава. Проникновение.
Я самым честным образом дождалась вечера, и, после ужина, когда парни так и не появились, пожелав всем домашним доброй ночи, отправилась в свою комнату.
Я весь день с момента возвращения из храма и спасения Аниты, прокручивала в голове различные варианты развития событий. То, что Драх решил действовать практически сразу же, как только мы появились в столице, наталкивало на определенные мысли.
Культисты спешили. Очень спешили. Какие-то их планы были сорваны, что-то пошло не так. То, что я имела прямое отношение к этим сорванным планам, решила опустить. В общем, культисты спешили вернуть хоть что-то и хоть как-то.
А это означало, что, если не сегодня, то завтра, крайний срок в течение нескольких дней, они будут действовать.
Им нужно вернуть уровень загрязнения мира скверной, пока я окончательно его не очистила. Иначе их «повелитель» не сможет установить свое царство.
Да, я не поленилась и прочитала учение темных.
Такой ереси я еще никогда не читала.
Все шло к тому, что мир должна покрыть скверна, чтобы пришел Повелитель Тьмы и установил в этом хаосе порядок. По их учению, сначала с помощью их постоянных жертв разрушатся цепи трех темных, которые уже и объединятся в одного правителя. А для того, чтобы это случилось, культисты должны были принести достаточно жертв и привести в мир хотя бы одну иномирную душу, которая будет в последствии служить Повелителю Тьмы. На все это безобразие требовалось неимоверное количество крови и магии, которую Игбен должен был собирать в кристаллы.
В чем выгода культистов, что они так стремятся приблизить пришествие правителя тьмы?
Да в том, что они, как верные приспешники, должны будут занять 12 престолов вокруг правителя тьмы.
Однако, главных действующих лиц в культе было 13. Так куда они планируют деть одного лишнего?
А тут все еще проще. Один из 13 предоставит свое тело для Повелителя Тьмы.
Бесоебная хрень.
Если смотреть с такой точки зрения, то подозрения и оставшаяся настороженность от Гая и Торина по отношению ко мне, которую они старательно скрывали под масками, Гай – под маской равнодушия и молчания, а Торин – под маской беззаботного радушия, становилась вполне оправданной.
То, что они помогали мне – было просто игрой. Они, вроде как, и на моей стороне, а вроде как, и могут прихлопнуть меня в любой момент.
Я их не винила за это. Будь я на их месте – поступила бы также.
Но тот факт, что шестеро богов, которых в этом мире почитали за богов, на самом деле ими не являлись – был ключевым в несостоятельности этого учения. Эти шестеро, которых разделяли на темных и светлых сдерживали скверну этого мира из последних сил и, несмотря на их бессмертие, начали терять себя и растворяться.
И этот момент тоже подстегивал к решительным действиям не только культистов, но и меня.
Еще раз вызвав парней и не получив от них ответа, психанула, и открыла карман Гая. Несмотря на то, что он обезопасил свое хранилище моим методом, я по-прежнему могла туда проникнуть. Возможно, Гай и получит сигнал о том, что в его карман было совершено проникновение, но, в конце концов, он сам виноват.
Открыла шкатулку, в которой лежали бусины, которые подчиненные культистов разбрасывали по нашему поместью и все записи, которые Гай изъял в доме Труснена. Пробежалась по ним глазами.
Ничего примечательного. Просто списки членов культа. Рядом с некоторыми именами стояла пометка, представляющая собой полукруг с зигзагом по низу. В конце списка стояла пометка, что этот значок обозначал смерть.
Второй список представлял собой список жертв культа. В основном дети, 5-7 лет. Некоторые были и постарше.
Злость закипала.
А вот третий документ меня даже порадовал. Немного. В нем Труснен описывал все, что ему удалось выяснить про главу культа. Предусмотрительный мужик. Если бы его повязали, он смог бы выторговать себе послабление наказания за эту информацию.
Сейчас это было очень даже полезно для меня. Адреса всех особняков Теобальда были перечислены с особой скрупулезностью.
То, что надо. Нашла адрес столичного особняка. Что-то знакомое. Как будто я уже где-то там бывала.
Но в столице я успела побывать только в храме.
Значит, начнем оттуда.
Накинула полог сокрытия и переместилась в кусты рядом с оградой храма.
Как я и думала.
Тут на площади был размещен указатель.
Улица Шепчущих Теней.
Двинулась вдоль по этой улице, ища взглядами знаки на домах.
Сумерки уже давно сгустились и ночь вступила в свои права, да и я была под пологом, так что, никто из редких случайных прохожих, при всем желании не смог бы увидеть пятилетнего ребенка, идущего по дороге и ищущего девятый дом.
Уже на подходе, возле 11 дома, следом за которым находился подъем на возвышение, который вел прямо к поместью Теобальда, которое находилось на возвышенности, я свернула вправо.
Местность выглядела так, словно прям за 11 домом должна была возвышаться крутая скала, которую аккуратно срезали, и построили на ней особняк. Возвышенность и высокие крепкие стены со смотровыми вышками для стражи и правда выглядело неприступным. Особенно с высоты роста маленького ребенка.
Как Гай умудрился еще что-то выяснить об устройстве поместья – непонятно. Ведь рядом совершенно нигде не было никаких других возвышенностей, с которых можно было бы наблюдать за внутренним двором, и уж тем более, разобрать, кто там и где ходит. Ближайшая гора, взобравшись на которую, можно было бы подняться выше уровня стен особняка, находилась на другом конце города.
Еще раз поразилась проворности моего наемника и, несмотря на его недоверие по отношению ко мне, друга.
Но мне, благодаря той карте, не нужно было пользоваться никакими деревьями, или горами.
У меня был план поместья вместе со всеми потайными ходами. Чем я и воспользовалась.
Мышкой проскользнула в обход поместья, пока не нашла нужный мне куст, в корнях которого должен был находиться камень специальной формы, который, вставив в определенное место в скале, я смогу открыть тайный проход в поместье, минуя все охранки Теобальда.
Наклонилась к корням практически сухого куста. Только на двух веточках пробивались листики, а остальные – стояли сухостоем. Интересно, а сколько лет этому растению, что оно уже отживает свои последние годы.