Страница 117 из 174
52 глава. Головоломка.
После обеда Рай сразу же помчался в северное крыло, в детский городок, а я, довольная, что мое время никто пока не занимал, вернулась в свою комнату.
У меня была одна догадка, которую я спешила проверить. Залезла под матрац, и достала оттуда шахматную фигурку ферзя.
Выемка на том камне на дорожке была как раз такого размера, чтобы шахматная фигурка в нее поместилась идеально. Но что тогда делать с остальными плитами? Их всего 4, а фигурка одна.
Еще из оставленных в этой комнате предметов у меня были драгоценности за книгой, и карта под половицей.
Карта точно не подойдет, но на всякий случай я переместила ее в свой защищенный карман, а вот с ожерельем было интересно повозиться.
На центральном камне, при более тщательном рассмотрении была видна едва заметная гравировка, которая, тем не менее, была написана непонятным набором цифр.
1 4 1 5 9 2 6 5 3 5
То, что это первые 10 цифр после запятой у числа пи не добавляло ясности в предназначении этих цифр.
Могут ли быть эти цифры, шахматная фигурка и выбоинки в тех камнях быть как-то связаны, кроме того, что все это вело к Дерье, которая не может мне ничего рассказать из-за платы, которую с нее потребует клятва. Какую именно плату клятва потребует – тоже было непонятно, но вряд ли там что-то приятное.
Накинула на себя полог сокрытия и мышкой проскользнула в сад, где нашла сегодня те камни. Прошла к месту, где располагались те прямоугольные камни и внимательно изучила их. Сначала первый, затем второй, потом третий, затем четвертый.
Подняла взгляд дальше на дорожку.
Как я и думала. Дальше тоже были такие камни. Всего 7 камней.
При ближайшем рассмотрении я нашла в центре круглых выбоин маленькие, едва заметные цифры. В центре первой - 1, второй – 4, третьей – 5, четвертой – 9, пятой – 2, шестой – 5 и седьмой – 3.
Сделала простейшее, до чего додумалась. Фигуркой ферзя, которую держала в руках, нажала на выбоины в камнях в том порядке, в котором цифры были выгравированы на центральном камне в ожерелье.
Когда я последний раз нажала на 5, земля под ногами задрожала и часть статуи, стоящей неподалеку отъехала в сторону, открывая полое пространство внутри статуи, в котором виднелись ступени вниз.
Не знаю, как я буду выбираться оттуда, если проход закроется, но, в крайнем случае, я всегда смогу телепортироваться.
С этой жизнеутверждающей мыслью я уверенно шагнула вниз по лестнице, отчетливо слыша, как позади меня часть статуи занимает свое место.
Оказавшись в полной темноте, я замерла. К такому меня жизнь не готовила. Я оказалась совершенно не готова оказаться в полной темноте. Лихорадочно начала прокручивать в голове способы получения света. По всему выходило, что сейчас первый приходящий на ум доступный мне способ – это газ неон. Он в атмосфере находится в мизерных количествах, так что он не подходит. Еще вроде как светилось сочетание азота с ксеноном. Это уже казалось более реальным.
На поддержание формы, конечно, уйдет много сил, но я получу то, что поможет мне видеть в темноте.
Несколько пассов руками и вот, газы находятся в пространстве передо мной, отделенные от остального пространства вакуумной оболочкой.
Немного, но окружающее пространство стало проясняться. Стены были вытесаны из камня и идеально ровно обработаны. А на идеально гладких плитах, словно под слоем стекла был написан текст на арамейском.
Спускаясь вниз по ступеням, я внимательно вчитывалась в аккуратно выведенный текст.
Какая же находка, однако.
Интересно, если это показать храмовникам в столичном храме, меня сожгут на костре за ересь?
Мне все говорили с момента появления в этом мире, что тут 6 богов, из которых трое добрых, а трое злых, а оказывается, все далеко не так.
И чем глубже я спускалась, тем отчетливее понимала, что борьба с культом – это самая-самая верхушка айсберга.
Этот мир погрузился в болото лжи и захлебывался в ней, на последнем издыхании призвав иномирную душу.
Баланс сил в этом мире настолько сместился и исказился, что практически привел к его разрушению. Если люди продолжат пользоваться магией и пренебрегать силами суда, возмездия и воздаяния, присвоив им имена покровителей лиходеев, пожирателя и стяжателя, что ослабил их настолько, что перекос сил спустя несколько десятилетий приведет мир к полному истощению и исчезновению в нем магии.
Спустилась еще ниже и увидела светлое помещение. Его освещали кристаллы, вставленные в стены.
В центре комнаты располагался постамент, на котором располагался небольшой кувшинчик, объемом примерно на триста миллилитров, с серебристой жидкостью, по консистенции напоминающей ртуть, только более светлой. И я уже знала, для чего эта жидкость должна использоваться.
Это ключевой ингредиент для восстановления равновесия в королевстве. Но для начала нужно было отправить на плаху Игбена и всех его прихлебателей. И чем скорее я это сделаю, тем вероятнее мир сможет выдохнуть и оправиться от части причиненных ему шрамов.
Перед глазами вспыхнули золотые строки:
«Иномирная душа. Ты прошла первое испытание. Ты прошла по темному пути и смогла увидеть скрытое. Тебе предстоит еще два испытания. Пройди их и получишь награду, которую больше всего желаешь. Мир укажет тебе путь.»
От стены отделился один светящийся кристалл и подлетел к моим рукам.
Я протянула ладонь, на которую он лег.
Свет отделился от кристалла, впитался в мои ладони и распространился по моей ауре, прям как когда я прикоснулась к дымке, которая окутывала Гая, когда он был в моей комнате в состоянии берсерка.
Этому кристаллу последовали остальные, которые остались вмурованными в стены. Часть света от них тоненькими ручейками потекла ко мне, впитываясь в мою ауру и рисуя прям на коже замысловатые светящиеся белым узоры.
Спустя некоторое время, этот свет, лениво ворочаясь под кожей начал затухать и, наконец, окончательно исчез.
Тоненькая, едва заметная линия ауры повела меня вперед.
Когда я подошла к противоположной стене помещения, в котором оказалась, стена передо мной отъехала в сторону, открывая для меня темный проход.
Из тонеля повеяло прохладой и сыростью, которая была настолько неприятна, что вызывала мурашки по коже.
В последний раз окинула взглядом светлое и просторное помещение, которое сейчас, на фоне леденящего душу мрака темного тоннеля, казалось самым уютным местом в мире, и шагнула в промораживающую сырость и пустоту.