Страница 5 из 19
Глава 3
Олеся.
*
Чемодан вырывается из пальцев, с оглушительным грохотом падает на мраморный пол. Сумка соскальзывает с плеча, из неё фривольно выпрыгивают пляжные бразильяно с принтом из сочных персиков.
— Воронцов?! — Вырывается из пересохшего горла истошный вопль. — Ты что здесь… в моём номере… в полотенце?!
Егор делает пару шагов навстречу. Мокрые волосы зачёсаны назад, по бронзовой коже ещё бегут капли воды.
Он поднимает бровь так лениво, будто мы встретились в очереди за кофе, а не в свадебном люксе.
— Полотенце не устраивает? Так я его снять могу, — с вызовом укладывает ладонь на ненадёжный узел.
— Нет! — Зажмуриваюсь. — Не смей. Ру-руки вверх!
— Это ограбление?
— Я тебе такое ограбление сейчас покажу! Ещё раз спрашиваю: что ты делаешь в моём номере?!
— Вообще-то, я тот же вопрос хотел задать тебе. Что ты делаешь в моём номере?
— Да он спятил… — Шепчу себе под нос. — Егор, я что, на идиотку похожа? Я только что с ресепшена!
— Ну так и я там был, — ухмыляется.
— Какой у тебя номер?
— Четыреста четвёртый. — Упирается плечом о стену, и полотенце на его бёдрах опасно съезжает.
Непроизвольно опускаю на него взгляд.
Господи, ты только держись, родименькое… Таких потрясений моя нервная система точно не вынесет.
Осознав, что уже с полминуты беззастенчиво пялюсь на бывшего мужа, стыдливо отвожу глаза.
— И у меня четыреста четвёртый. Номер для молодожёнов?
— Ага.
— Быть не может. Я и этот номер, и путёвку, в конкурсе выиграла.
— Так и я тоже! — Взлетают шокировано брови Егора.
— Чёрт! — Ладонью постукиваю по лбу. — Меня вообще-то никто не предупредил, что придётся жить с… — ищу подходящее определение, — …сумасшедшим идиотом в одном номере. Так, надевай штаны, идём разбираться.
Вместо того, чтобы выполнить моё требование, Егор заваливается на огромную кровать и лениво закидывает руки за голову, всем своим видом демонстрируя, что никакие битвы за справедливость его не интересуют.
— Хочешь — разбирайся. У меня отпуск начался, я страдать бюрократией не собираюсь.
— Ну конечно! Кто за нас двоих всегда всё решал? Я! Ничего не изменилось за эти три года. Очень приятно знать, что хоть что-то в мире остаётся стабильным, например, твоё нежелание участвовать в общих проблемах.
— Стоп, стоп! — Он поднимает руки. — Ах, вот так, да? Ты едва успела порог переступить, а уже упрёками меня засыпала. Рад, что и ты себе не изменяешь!
— Немедленно поднимай задницу, — шиплю ядовитой змеёй и киваю на дверь. — Мы идём выбивать себе разные номера. Или ты предпочитаешь жить вместе?
— Упаси Господь! В этом аттракционе я уже участвовал, желания повторять не испытываю.
— Тогда вставай, и идём решать проблемы. Вместе!
Егор всё-таки встаёт.
Широкие плечи, пресс — стиральная доска, загар правильного карамельного оттенка.
Да, эффектности у Воронцова всегда было не занимать…
И снова мой взгляд непроизвольно зависает на упругих рельефных мышцах.
Егор, подмигнув, рывком сдёргивает с бёдер полотенце.
— Мама! — Взвизгнув, едва успеваю отвернуться.
А этот ржёт…
Смешно ему.
— Да ладно тебе, Олесь. Можно подумать, ты не помнишь, что у меня там.
— Представь себе, все эти три года пыталась вытравить это из собственной памяти, — язвлю.
— Правда? А я думал, тебе нравилось.
— Нравилось, да разонравилось.
А сама краской стыда заливаюсь.
И, чего греха таить, я прекрасно помню, что у него ТАМ!
А там…
Ого-го!
Ни один мужчина мне не дарил таких оргазмов, как Воронцов, будь он проклят.
Конечно было бы гораздо приятней увидеть бывшего мужа стареющим, обрюзгшим, помятым… Да, я хотела бы видеть, что жизнь прошлась по нему катком. Однако этот подлец, кажется, времени даром не терял, и даже пару новых кубиков на прессе отрастил.
Не мог что ли, как подобает всем, кому слегка за тридцать пять, начать отращивать шарик?
Вот вечно у него все не как у людей.
— Ну и чего ты застыла? — Егор проходит мимо, обдавая меня волной хорошо знакомого парфюма. Одетый, слава всем богам. — Мы идём сражаться за номер, или как?
Выходит.
Гребу за ним.
Девушка Полина за стойкой ресепшена улыбается нам профессионально — во все тридцать два.
— Здравствуйте. Чем могу помочь?
— У нас… — запинаюсь, чувствуя, как Егор вальяжно нависает за моей спиной, — У нас тут вышло недоразумение. Два разных постояльца, а номер один.
— Фамилия?
— Воронцова Олеся Юрьевна. И этот…
— Воронцов Егор Алексеевич, — вторит он.
Девушка щёлкает по клавиатуре.
— Воронцова? — Склоняется ко мне Егор и с любопытством заглядывает в лицо.
Так и знала, что начнётся сейчас…
— А что ты хотел? У меня ИП на эту фамилию, все карты, документы…
— Да ладно тебе, — подначивает. — Так и скажи, что с фамилией расстаться не смогла.
— Я бы и рада, да вот только бюрократию не один ты не уважаешь. Я оставила твою фамилию исключительно для того, чтобы облегчить себе жизнь.
— Ну да, охотно верю, — моргает мне, внушая взглядом «не верю ни единому слову».
Ой, да и плевать.
— Я всё проверила, — Полина поднимает голову от монитора. — Всё верно, пакет «Honeymoon deluxe» на семь ночей. Организаторы конкурса бронировали для вас номер 404.
— Я не… — перехватываю взгляд Егора. — Мы
не
молодожёны. Мы, скорее, старожены и давноразведенцы. Это какая-то ошибка.
— Ошибки нет, — администратор вежливо хмурится.
Напряжённо вздыхаю.
— Хорошо, пусть так. Дайте мне тогда другой номер, — вытаскиваю кошелёк. — Я сама всё оплачу.
— Нет уж, — Егор ставит пластиковую карту рядом моей. — Это я возьму себе другой номер, а ты оставайся в этом.
Сталкиваемся упрямыми взглядами, оба сжимаем карточки в пальцах, готовые биться за право приложить их к терминалу.
— Простите, — Полина примирительно складывает ладони лодочкой, — свободных номеров нет, к сожалению. У нас самый пик сейчас, горячий сезон, полная загрузка до самого сентября.
— Великолепно! — Цежу через сжатые зубы.
Между нами и ресепшеном повисает тяжёлая пауза.
— Мне очень жаль, что вышло такое недоразумение. В знак извинений отель готов предоставить корзину тропических фруктов и бутылку шампанского, — предлагает Полина.
Как корзина тропических фруктов может спасти мой отпуск, который я рискую провести бок о бок с бывшим?
Никак…