Что-то на французском

Позже Олег оправдывал себя: это Варя виновата, накинулась на него словно голодная кошка, к тому же она была старше на семь лет и опытнее во всех смыслах, знала, как действовать, чтобы он не смог устоять. Потом он свалил вину на Карину: это она его держала на сухом пайке, выдавала целомудренные поцелуи по рецептам, а по праздникам позволяла припасть к руке. Он же мужчина в самом расцвете сил. Гормоны бушуют, тело требует своего. Потом он обвинил Павла, тот привёз его на свадьбу и буквально кинул в бушующий котёл разврата и самогона.

Ему повезло, что Карина уехала почти на неделю с родителями в Петербург. Этого времени хватило, чтобы прийти в себя и понять, что он едва её не потерял. Они ещё не были женаты, но запись в паспорте не меняла сути. Это была самая настоящая измена, виноват в которой он сам.

Олег спрятал ту ночь в самый далёкий уголок памяти, закопал поглубже, словно замёл мусор под ковёр. В Васильевке он больше не появлялся. Вычеркнул постыдный поступок из жизни, будто его и не было. Спустя год женился на Карине и получил сполна жарких поцелуев и французских завтраков.

О Даниле он узнал случайно, спустя шесть лет. Встретил в Новороссийске ту самую невесту, на чьей свадьбе согрешил. Они обменялись вежливыми фразами, обсудили погоду и общих знакомых. В разговоре мелькнула Варя с сыном. Никаких подробностей, ни намёка, но в груди больно кольнуло, словно иголка на которую он когда-то наступил пяткой, добралась-таки по сосудам до сердца. Как в маминой страшилке из детства, рассказанной для того, чтобы он не переворачивал швейную коробку вверх дном и возвращал в игольницу все иголки.

Через шесть лет он вернулся на место преступления и нашёл улики. Варя подтвердила его отцовство и даже позволила увидеть сына, правда, издалека. Убедила, что для Данила будет лучше не знать Олега, ведь он вырос, думая, что папа утонул в море где-то у берегов Мадагаскара. Олег принял её условия, но поставил свои: он будет переводить деньги и, если вдруг понадобится помощь с чем угодно: врачами, школой — пусть смело к нему обращается.

Варя воспользовалась предложением в то лето, когда Данил собирался пойти в первый класс. Наверное, если бы ей не понадобилось срочно в больницу, Олег никогда бы и не познакомился с сыном. Шестилетний Данил походил на девочку, очень уж выразительные были у него губы и глаза. Поначалу он смотрел на Олега недоверчиво, но мамина рекомендация «хороший дядя, давний знакомый бабушки, покажет тебе море и корабли» сотворила волшебство. Данил взахлёб рассказывал о лягушках, живущих в жестяной бочке за домом, и следовал за Олегом по пятам, не подозревая, что это его отец.

В тот день Олег должен был пообедать с Кариной в кафе, и оставил Данила на детской площадке. Хотел быстро переговорить с женой и вернуться к сыну. Вот что значит отсутствие опыта общения с маленькими шустрыми детьми! Данил потерялся. Искали его вместе с Кариной по всему городу. Она переживала больше него, предлагала сразу же поехать в милицию, поднять спасателей и всех знакомых. К счастью, Данил нашёлся в старом Адмиральском доме, но тут появилась новая проблема: пришлось выкручиваться и придумывать, кто такой мальчишка. Наверное, в тот день Олег рассказал самую нелепую в своей жизни историю, неправдоподобнее ходящих по земле акул и морских котов с крыльями. Якобы Данил — тайный сын Павла от французской актрисы. Почему актрисы? Почему французской? Первое, что пришло в голову. Он придумал столько деталей, что хватило бы на сериал из десяти сезонов. Но Карина, как ни странно, поверила. А Олег запомнил: чем больше у истории деталей, тем меньше шансов, что это правда, и если ему рассказывали красочную байку, ни капли не верил.

Больше двадцати лет их семейное счастье ничто не омрачало, только совестливая иголка, воткнувшаяся в Васильевке в причинное место, бродила по организму и периодически покалывала то в сердце, то в печени. Олег регулярно переводил Варе деньги, виделся с Данилом в Новороссийске несколько раз в год, долго оставаясь «хорошим дядей, давним знакомым бабушки». Варя воспитывала его сына, а они с Кариной воспитывали кота Маркиза. Детей у них не было.

***

Для битвы парикмахеров арендовали большой зал в торговом центре. Съехались специалисты со всего города и соседних посёлков. Организаторы постарались придать соревнованиям лоск и глянец, украсили стены шарами и зеркальными панелями, пригласили местные СМИ. Вдоль стен выстроились ряды стульев для зрителей, а в центре организовали рабочие места для участников: небольшой столик для инструментов, вращающийся стул и доступ к розетке. Данилу предстояло выступить в двух номинациях: «Повседневная стрижка-укладка» и «Вечерняя причёска». Оксанка участвовала в номинации «Свадебная причёска» Дарья Ивановна и Савва пришли поболеть за «Фиалку». В качестве поддержки и символа привезли Эльзу. Сняли все украшения, надетые за последние месяцы, водрузили на чёрный парик золотистую диадему с намёком, кто тут царь.

Савва сразу же поделился радостной новостью:

— Вика снова беременна.

Его тут же принялись поздравлять.

— Какие молодцы! Правильно, зачем откладывать в долгий ящик?

— Значит, она точно не выйдет на работу.

— Крепись, Савва, беременные те ещё фрукты, — со знанием дела подытожила Дарья Ивановна, — готовь мороженое со вкусом трески.

После жеребьёвки стилисты заняли свои места согласно выпавшим номерам. Данилу достался стол с краю, ближе к зрителям. Через два места от него расположился парикмахер из «Айвори». В сторону Данила он намеренно не смотрел, как и вся команда салона. Только администратор Лина приветливо ему кивнула и даже улыбнулась. Правда Данил, перехватив её взгляд, нахмурился и быстро отвернулся.

Олег наблюдал за Данилом с растущим беспокойством. Утром тот нервничал. Полчаса перебирал рубашки, никак не мог решить, какую надеть, время от времени бросался к фену и укладывал собственную шевелюру. В итоге выбрал жёлто-лимонную футболку с длинным рукавом и теперь выделялся на фоне зеркально-серых стен, как лампочка. Сейчас он казался безмятежным, улыбался, переговаривался с коллегами из других салонов и шутил с Валей. Ильяс убедил её поучаствовать в конкурсе в качестве модели.

Момент, когда Данил нахмурился и принялся суетливо перебирать инструменты, Олег не упустил. Оставив Карину, подошёл к сыну:

— Что случилось?

— Кажется, я взял упавшие ножницы. Не успел отнести их в ремонт и, видимо, положил вместо запасных.

— Это очень плохо, да?

— Стричь в принципе можно, но полотна гуляют.