Страница 33 из 56
Витя замолк и громко выдохнул. Наверно, она имеет в виду нечто другое, чем он. Ждёт от него настоящих поступков, смелых решений, а он-то, получивший преимущественно бабушкино воспитание и всегда считавший её семейным авторитетом, наоборот хотел видеть Вику если не главной в их отношениях, то хотя бы равноправной. Но теперь понимал, что в этот раз ей нужно уступить.
– Ладно, – отвёл глаза. – Хочешь – буду!..
Вика расслабленно прижалась к нему, сознавая, что победила. И он произнёс:
– А теперь я пошёл приготовлю обед, раз я главнее…
– Я думала, я буду готовить обед, – мурлыкнула. – Давай?
– Нет, – сдвинул брови, стараясь не улыбаться.
– А ты будешь шеф-поваром, – хлопнула ресничками.
– Я сказал – нет! – ответил коротко, разжимая объятья. – Бери малину свою и пошли со мной на кухню!
Вика не стала спорить, лишь взглянула на него снизу вверх и, заложив руки за спину, аккуратно скользнула мимо к ступенькам, задев плечиком его голое плечо. Витя открыл дверь и, не оборачиваясь, вошёл в дом. Он слышал за спиной шорох её шагов и испытывал странное чувство. Как будто он был ей важен.
Никогда он не думал о том, что может стать для кого-то кем-то более важным, чем просто другом или приятелем. Это льстит, конечно, и вместе с тем требует ответственности и оправданных ожиданий.
Он много раз уже говорил Вике, что любит её, но вряд ли она себе представляет, насколько окрепли его чувства с тех пор, как он впервые ей в этом признался. Это не выразить никакими словами. Для этого существует безмолвный язык – язык жестов, поступков и взглядов, который он только-только начинает познавать и, возможно, успеет наделать ошибок…
– А что ты хочешь приготовить? – слышит он её голос за спиной. – А ты умеешь готовить?
– Умею! – отозвался деловито. – Я ещё не придумал… И это… – обернулся на неё, ухмыляясь и предупредительно поднимая вверх указательный палец. – Давай без шуточек!..
Вика порозовела и опустила взгляд, принимаясь перебирать малину пальчиками:
– Договорились…
Глава 9. Игрушечный
– Ну, вот и всё! – Вика облегчённо выдохнула и улыбнулась, взглянув ещё раз на картину, об истории которой только что закончила рассказывать группе моложавых старушек. Они пришли на экскурсию из профилактического санатория. Впрочем, здесь были не только старушки, но и двое мужчин. Их Вика потеряла из вида уже после того, как они закончили осмотр первого зала. Наверняка тусовались где-нибудь в буфете. И вот теперь нарисовались оба как ни в чём ни бывало. – Если у вас остались вопросы, буду рада выслушать вас и постараюсь ответить…
Повисла секундная пауза, и вдруг она заметила движение краем глаза. Откуда-то из-за колонны показалась ещё одна высокая мужская фигура, и стоило Вике сфокусировать на ней взгляд, как сердечко ёкнуло и застучало быстрее.
– У меня есть вопрос, Виктория Сергеевна, – привлекая к себе всеобщее внимание, фигура приблизилась, и каждая старушка из экскурсионной группы благоговейно вздохнула. Молодой человек поднял на лоб тёмные солнечные очки и весело сверкнул большими светло-карими глазами. – Как вы отнесётесь к предложению вместе пообедать?
Переборов желание радостно броситься ему на шею, Вика всё же не удержалась от улыбки. Все эти бабульки, уставшие от её рассказов, заинтересовались и оживились с появлением нового лица. А сейчас смотрят на неё с замиранием и ждут ответа. И она не придумала ничего умнее, как вредно брякнуть:
– Простите, я на работе!
– Вика! – загалдели бабки наперебой. – Ты что, сахарная?! Не растаешь! Соглашайся!
– Если нет вопросов, – Вика слегка повысила голос, – тогда спасибо всем за внимание! Экскурсия окончена! До свидания! – и, откланявшись, направилась к выходу из зала, задев молодого человека плечом. – Пошли!
И он неторопливо двинулся следом, любуясь стройной фигуркой в фиолетовом платье. Она остановилась в коридоре у огромного окна, в которое вливалось море света, и он оказался вынужден снова надеть солнечные очки, когда оказался с ней рядом. Заметив его манёвр, девушка громко вздохнула и, взяв его за руку, повернулась к широкой лестнице и повела его за собой вниз на первый этаж. Здесь, в фойе, было темнее и потому прохладнее, и она завернула влево – туда, где летом обычно пустовала гардеробная.
– Так как? – он сделал ещё одну попытку узнать по поводу обеда.
Вика повернулась к Вите лицом и окинула его взглядом. Его совсем не узнать. Такой нарядный в своей белой летней рубашке, тонких светло-серых брюках и лёгких туфлях в тон. На ремне сверкает красивая бляшка. И какая-то папка в руках. Деловой.
– Ты откуда тут взялся? – улыбнулась девушка, снимая с него очки.
– Я был в клинике у твоего папы, потом заскочил в универ насчёт практики и решил не дожидаться вечера, чтоб тебя увидеть, – он поймал её за руку и поцеловал мягкие подушечки пальцев. – Я соскучился…
Вика тоже успела соскучиться, хотя они не виделись всего пару дней. Пока он продолжал жить у отца и выбирался в город на выходные, чтобы проводить всё это время вместе с ней. Его глаза, наконец, приобрели человеческий вид, и, хотя он по-прежнему болезненно реагировал на яркий свет, степень светобоязни значительно уменьшилась.
– Я на работе, – взглянула на него виновато, будто извиняясь за то, что сдерживает эмоции.
– Я понимаю, – кивнул он. – Я подожду тебя вон в том кафе напротив, – указал подбородком на входную дверь. – Ладно?
– Угу, – огляделась она и, пока никто не видит, быстро чмокнула его в губы.
– Через десять минут, – постучал он указательным пальцем по наручным часам и двинулся к выходу, а потом обернулся с улыбкой: – Можешь опоздать на минуточку…
Вика махнула ему рукой и, взявшись за перила, заступила на ступеньку и снова побежала наверх – туда, где находился рабочий кабинет, в котором ей выделили стол на время отпуска одной из сотрудниц. По лестнице спускалась её экскурсионная группа, и старушки, весело галдя, стали переспрашивать её, согласилась ли она пообедать с тем приятным молодым человеком. И Вика, смеясь, успокоила их положительным ответом.