Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 49 из 83

Глава 17

Невозможно уснуть, когда тревожишься за близких людей. Даже если день был долгим и трудным, даже если впечатлений этого дня хватит на целую жизнь — не идёт сон, и всё тут!

Я сидел у костра, смотрел в огонь и видел лицо деда, который остался на «Вороне». Я ничем не мог помочь ему, но мне так хотелось сделать хоть что-то.

Хранительница Снов ждала встречи со мной, а я не мог уснуть.

Неимоверным усилием воли я постарался выбросить из головы все мысли и сосредоточился на своём дыхании. Языки огня плясали в ночной темноте, но вот они стали расплываться перед глазами. Я понял, что засыпаю.

Тогда я медленно поднялся, стараясь не спугнуть это сонное состояние. Добрёл до палатки и разбудил профессора Скороходова.

— Два часа, потом будите Севу, — буркнул я ему.

Не дожидаясь ответа, забрался на его место и уснул.

На этот раз магия была ко мне благосклонна. Во сне морской берег выглядел точно так же, как наяву, но по этому берегу в мою сторону легко бежал Лунный Волк.

Вот он подбежал ко мне, уселся на мокрый песок и шумно задышал, высунув длинный розовый язык. Я погладил его по голове:

— Привет, Волчок! Знал бы ты, как я рад тебя видеть. А где твоя хозяйка?

— Я здесь, Тайновидец, — отозвался за моей спиной знакомый голос.

Я обернулся и увидел Хранительницу Снов.

— Ты всё-таки смог пробраться за стену тумана, — улыбнулась она. — И не забыл пригласить меня. Спасибо.

— Не забыл, — согласился я. — Мне очень нужна твоя помощь, Хранительница. Или хотя бы совет.

— Давай, пройдёмся по берегу, и ты мне всё расскажешь, — предложила Хранительница. — Я хочу здесь осмотреться.

Мы медленно пошли вдоль линии прибоя.

— Мы на острове, — объяснил я. — Здесь есть деревня, в которой живут люди. Ими управляет старец Филарет, он выдаёт себя за Стража Магии. Но никакой он не Страж, это я точно знаю. Подозреваю, что он знает, где искать настоящего Стража, но не скажет. А мне очень нужно его найти.

— Понятно, — с лёгкой улыбкой кивнул Хранительница. — Я знала, что с этим местом что-то не так, и не ошиблась. Но это поправимо.

Она с любопытством смотрела по сторонам. Потом наклонилась, подняла окатанный морем камушек и подбросила его на ладони.

— Ты можешь помочь? — спросил я.

— Могу. Этот старец видит сны, и я легко могу попасть в них и узнать всё, что нужно. А ещё лучше отправлю туда Лунного Волка. Если старец такой сильный маг, как ты говоришь, он может почувствовать меня. А Лунного Волка он не заметит никогда.

— Отлично, — с облегчением кивнул я.

— Но придётся подождать, пока старец уснёт, — заметила Хранительница. — А сейчас он не спит.

— Надеюсь, это ненадолго, — улыбнулся я.

Хранительница подозвала Волчка, обняла его мощную шею и что-то прошептала на ухо. Лунный Волк моргнул пронзительно-жёлтыми глазами и вдруг исчез.

— Волчок отправился по следу, — улыбнулась Хранительница. — Уж он-то не пропустит нужный сон. Я вижу, у тебя есть ещё какая-то просьба, Тайновидец?

— Есть, — кивнул я. — Наш корабль унесло штормом, на нём дорогие мне люди. Ты можешь узнать, что с ними?

— Попробую поискать их сны, — кивнула Хранительница. — Подожди меня здесь, Тайновидец. Только не просыпайся.

Она медленно растаяла в воздухе, и я удивлённо покрутил головой.

Ждать пришлось около часа, и за это время я порядком извёлся. Насколько я понимал, Хранительница без усилий проникала в любые сны. Долгое отсутствие означало только одно — она не могла найти нужный сон.

Но вот Хранительница появилась — сначала в воздухе возник прозрачный силуэт, а потом приобрёл знакомые черты.

— Я видела сон твоего деда, — улыбнулась она. — Корабль вынесло из магического пространства, но с людьми на борту всё в порядке.

Она помолчала, потом добавила:

— Дед беспокоится о тебе, Тайновидец. Я внушила ему, что с тобой всё хорошо.

В горле мгновенно пересохло от волнения.

— Спасибо, — с трудом ответил я. — Могу я попросить тебя ещё кое-о-чём?

— Сделаю всё, что в моих силах, — серьёзно кивнула Хранительница Снов.

— Ты можешь передать весточку моей жене? Просто скажи ей, что я жив, и все остальные тоже. А лучше проведи меня в её сон, хотя бы на минуту.

— Этого я сделать не могу, — покачала головой Хранительница. — Магический барьер слишком плотный, я не сумею провести тебя через него. Но я придумаю, как передать твоё послание.

В горле першило всё сильнее. Я сипло откашлялся, но это не помогло.

Хранительница Снов с тревогой взглянула на меня.

— Как же я сразу этого не заметила, — нахмурилась она. — Просыпайся быстрее, Тайновидец! Кто-то пытается тебя убить!

— Что? — не понял я.

— Скорее!

Хранительница Снов подбежала ко мне и толкнула в грудь с такой силой, что я отлетел назад, упал на спину и проснулся.

Чья-то рука цепко держала меня за горло, не давая дышать, а вторая торопливо шарила по груди, как будто пыталась что-то нащупать.

Я пошевелился, и горло сдавили сильнее.

Ледяные демоны!

В кромешной темноте я попытался оторвать чужую руку от горла, но человек зарычал, навалился сверху и придавил меня к земле.

Плохо соображая спросонок, я уперся ладонями в его лицо и попытался оторвать от себя. Получалось плохо, человек сопротивлялся изо всех сил, да и сила тяжести была на его стороне.

— Отдай артефакт! — просипел он мне на ухо. — Отдай!

Я ударил вслепую и попал — человек вскрикнул от боли, но не отпустил моё горло. Наоборот, вцепился обеими руками.

— Отдай по-хорошему! — сипел он.

Перед глазами быстро замелькали разноцветные искры. Я понял, что теряю сознание, и сделал то, чего сам от себя не ожидал.

— Добрая сила, помоги мне укрыться от вражьего глаза, от злых мыслей! — онемевшими губами прошептал я.

И мгновенно исчез. Точнее, развоплотился.

Этому трюку меня научил домовой Семён, который жил в доме Миши Пожарского. Магия домовых, древняя и безотказная. Правда, Семён учил меня просто становиться невидимым, а развоплощению я научился случайно. И вот теперь эта способность в очередной раз пригодилась.

Мой убийца не ожидал ничего подобного. Когда я исчез, он потерял равновесие и кулём свалился на то место, где я только что лежал. А я откатился в сторону и снова вернул себе тело. Для этого произносить заклинание не требовалось, достаточно было пожелать.