Страница 30 из 83
— Мужественно преодолевает трудности, — улыбнулся я. — Ты можешь им гордиться, из него получится настоящий моряк.
— Он мне такие хорошие слова написал, — покраснела горничная. — Спасибо, ваше сиятельство!
— Я готова! — закричала Лиза, сбегая по лестнице.
— Дай мне руку и закрой глаза, — велел я.
Ещё раз мысленно представил свою каюту и недовольно нахмурился при виде неровно заправленного одеяла. Когда я уже научусь делать ровную складку?
Потом увидел фигурку шахматного коня на столике под иллюминатором и решительно толкнул дверь.
Была не была!
Мы с Лизой одновременно шагнули за порог и оказались на «Вороне».
Неожиданное появление Лизы произвело на корабле фурор.
Офицеры спешно натянули парадные мундиры, матросы лихо бегали по палубе и прыгали по мачтам, демонстрируя чудеса ловкости. Боцманская дудка заливалась без умолка. Зато ветер притих, и даже облака расступились, чтобы летнее солнце могло полюбоваться моей супругой.
Капитан Кораблёв устроил в нашу честь торжественный ужин. Корабельный повар получил секретный заказ и колдовал на камбузе вместе со своими помощниками. А Сева Пожарский в это время катал нас на капитанском катере вокруг острова.
«Пастух ветров» работал безукоризненно, но капитан всё-таки отправил с нами гребцов, и они были бесконечно довольны этим — смирно сидели, сложив вёсла, и смотрели на Лизу.
Морские птицы, пронзительно крича, кружили над катером. Одна из них стремительно спикировала вниз и ловко выхватила из воды серебристую рыбёшку.
Наверное, тоже хотела произвести впечатление.
А потом я заметил среди волн знакомые длинные спины и показал их Лизе:
— Смотри, киты!
— Где? — обрадовалась Лиза. — Ой, вижу!
Киты неторопливо скользили в волнах, изредка выпуская фонтаны пара и брызг.
— Охотятся на треску, — с видом знатока добавил я.
Матросы в это время наловили крабов, и корабельный повар приготовил их не хуже, чем готовят в самых известных столичных ресторанах.
Я даже заподозрил, что он знаком с поварской магией — ничем другим невозможно было объяснить такой талант.
Ну, а когда помощник Митрофана Гавриловича торжественно водрузил на стол шоколадный пудинг, тут даже капитан Кораблёв изумлённо покачал головой.
После ужина капитан распорядился прекратить работы и собственноручно раздал команде письма из дома.
А мы с Лизой вышли на палубу.
Ночной бриз тихонько подталкивал корабль к берегу. Чуть слышно позвякивала толстая якорная цепь, а огромная луна переливалась и дробилась в волнах. Она была похожа на магический портал, из которого вот-вот вынырнет какое-нибудь чешуйчатое доисторическое чудовище.
Матросы бесшумными привидениями скользили по палубе, убирая обрезки канатов и остатки парусины. Они изо всех сил старались не мешать нам, но порядок есть порядок.
Ветер донёс до меня запах крепкого табака — это боцман раскурил свою старую трубку в тени мачты.
— Как здесь красиво, — улыбнулась Лиза, кутаясь в мой свитер.
Она привстала на цыпочки и поцеловала меня в щёку.
— Саша, спасибо!
Её губы были холодными, и я заботливо спросил:
— Ты не замёрзла?
— Немного, — призналась Лиза. — Но так не хочется уходить обратно в Столицу.
— В таком случае, позволь пригласить тебя в уютную каюту, — улыбнулся я. — Там ты сразу согреешься.