Алхимизированные

— Казни теперь должны быть чистыми, Дюрант, — сухо произнёс он. — Его Высочество был предельно ясен по этому поводу. Надеюсь, ты не рассчитывал нарушать закон на моей собственности, да ещё при губернаторе и десятке журналистов.

Он похлопал Дюранта по плечу так, словно ничего не произошло, затем показал двумя пальцами, и несколько слуг пронесли тела прочь сквозь оцепеневшую толпу. Дюрант остался, похожий на ребёнка, у которого отобрали игрушку.

Тишину нарушили шёпоты, люди начали приходить в себя. Музыка дрогнула и, после небольшой паузы, бал продолжился.

В считанные минуты казалось, будто о случившихся смертях все забыли.

Хелена почти решилась уйти — не желая видеть, что ещё может произойти, но в то же время боясь пропустить что-то важное. Она слишком долго была отрезана от всего мира.

Праздник длился до самого рассвета, хотя к утру гостей заметно поубавилось — тем, кому предстояло работать, пришлось откланяться. В конце концов остались лишь самые состоятельные. Хелена старалась рассмотреть всё, что могла, запомнить лица, уловить знакомые черты.Она искала признаки напряжения или близости. Пыталась воссоздать представление о существовавшей социальной иерархии.

С высоты, не слыша слов, было легко замечать, как люди лгут. Она просто наблюдала за их телами — за несоответствием между выражениями лиц и движениями, за маленькими, почти невольными жестами. Так постепенно она начала различать, кто из присутствующих гостей - Бессмертный. От них исходила особая, едва ощутимая напряжённость, которая заражала даже после коротких разговоров.

Феррон тоже наблюдал за залом, разговаривая только с теми, кто сам к нему подходил. Он не смешивался с толпой, никого не искал. Казалось, весь зал вращается вокруг него.

Быстро стало ясно, кто из гостей знал, что перед ними Верховный Правитель и кто — нет. Те, кто знал, держались с особым почтением и осторожностью; некоторые личи, напротив, глядели с откровенным раздражением. Атреуса, судя по всему, здесь не было — если он всё ещё оставался в теле Кроуфера.

Феррон улыбался улыбками, не касающимися его глаз, обменивался пустыми фразами, словно доброжелательный правитель. Для Хелены, наблюдавшей издалека, он выглядел просто смертельно скучающим.

Когда первые лучи солнца пролились через окна, последние гости начали расходиться.

Хелена повернулась, чтобы вернуться в свою комнату — и едва не вскрикнула. У лестницы стояла одна из слуг, наблюдая за ней безмолвно. Пожилая женщина, одна из тех, кто чаще всего следил за Хеленой. Не экономка, но кто-то старший. Хелена была так поглощена балом, что даже не заметила, когда некротралл служанка подошла.

На полпути до комнаты они остановились, услышав сердитые голоса.

— Всё ещё? —это был мужской голос .

— Это не то, что я могу сделать сама, — резко ответила Аурелия.

— Единственная причина, по которой ты вообще существуешь, — это дать Ферронам наследника. Если они откажутся от тебя, думаешь, кто-то другой возьмёт тебя?

— Я ничего не могу поделать! Я пробовала всё!

— Напои его. Накорми зельями, если нужно. Или найди кого-нибудь другого, кто сможет положить ребёнка тебе в утробу. Я не позволю тебе погубить нашу семью.

— Он не может опьянеть! — вспыхнула Аурелия. — Думаешь, я не пробовала? Я обошла все лавки, использовала все лекарства и духи — ничего не работает. Если я забеременею, он поймёт, что ребёнок не его.

— Бесполезная девчонка, — процедил он. — Мне следовало оставить твоих сестёр вместо тебя.

Ответа не последовало.

Послышались быстрые шаги — Хелена едва успела юркнуть в нишу, когда мимо прошёл человек с хищным лицом и густыми бакенбардами. Его одежда была гораздо скромнее, чем у гостей бала.

Хелена услышала стук каблуков Аурелии по деревянному полу , и где-то вдалеке хлопнула дверь.

Хелена медленно выдохнула. Она знала, что брак Ферронов был устроен, но не представляла, насколько он неблагополучен .

Дойдя до коридора, ведущего к своей комнате, она осторожно выглянула из-за угла — и увидела Феррона, стоящего прямо у её двери и ожидающего ее. У Хелены похолодела кровь — в ушах всё ещё звенел треск сломанной шеи мальчика. Она знала, на что он способен, но видеть это своими глазами было совсем иное.

Это произошло так быстро и на глазах у всех. Он даже не колебался.

Феррон взглянул на нее. — Насладилась шпионажем? —

Она сглотнула и заставила себя подойти.— Это было… что-то новое.

Он наклонил голову, глядя на неё исподлобья: — Тебе скучно?

Конечно, ей было скучно. Всё её существование здесь состояло из блужданий по полуразвалившемуся дому и тревоги из-за того, что она ничего не может найти.

— Заключение не особенно увлекательно.

— Ты ведь понимаешь, что можешь просить о чём-то. В пределах разумного.

Она конечно же не знала : — Правда?

Он кивнул, словно это было очевидно.

— Скажи слугам, если тебе что-то нужно. Они знают, что тебе разрешено. — Его взгляд сузился. — Почему Ланкастер интересуется тобой?

Конечно. Вот ради чего он пришёл.

— Я не знаю, — сказала она, качнув головой; локон упал на лицо. — Не думаю, что я его знала. Ученики из гильдий со мной никогда не разговаривали.

В его взгляде мелькнуло настоящее любопытство — не то притворное внимание, что он изображал на приёме.

— Ты полна неожиданностей.

— Ты всем девушкам так говоришь? — вырвалось у неё прежде, чем она успела подумать.

Феррон коротко усмехнулся, его взгляд стал острее, глаза метнулись по ее лицу .

— Думаю, тебе стоит пойти спать, — сказал он.

Хелена моргнула, сбитая с толку. Казалось, их разговор вдруг свернул в неожиданную сторону, хотя она не могла понять — где именно.

Усталость обрушилась на неё внезапно: глаза жгло, тело ныло. Она и правда не ожидала, что проведёт всю ночь без сна.

Она ещё мгновение смотрела на него, а Потом прошла мимо и вошла в свою комнату, не обернувшись.

Забравшись в постель , она все еще видела тень Феррона за дверью.И странным образом, осознав, что это он, она не почувствовала страха.

Хотя должна бы.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, когда Хелена заметила одну из служанок, она остановила её.

— Можно мне нож?

Служанка покачала головой.

Хелена наклонила голову, распахнув глаза с наивным выражением:

— А ножницы?

Снова отрицание. Ну, она и не ожидала другого.

— Книги? Или сегодняшнюю газету?

Служанка замешкалась, потом медленно кивнула.