Алхимизированные

Но война будет продолжаться, где бы она ни оказалась, а Каин останется здесь. Он не мог сбежать. Если она исчезнет, Кроутер не станет оставлять его в живых.

— Нет, — сказала она, встретившись с ним взглядом.

— Предложение остаётся в силе. Скажи слово, и я вытащу тебя.

Она подняла руку и убрала светлую прядь у него со лба.

— А ты? — спросила она.

Он поморщился. — Если бы я мог сбежать, я исчез бы ещё при жизни матери.

— А теперь ты бы ушёл, если бы мог?

Его взгляд будто зарябил жаром. — С тобой — да.

Она заставила себя улыбнуться. — Тогда мы уйдём вместе. После войны. — Сжав его руку, она прижала её к своей груди, давая ему почувствовать своё сердцебиение. — Когда война закончится. Мы сбежим туда, где нас никто не знает. Исчезнем. Навсегда.

Что-то дрогнуло у него в глазах, но он улыбнулся в ответ. — Конечно.

Он лгал.

И она тоже. Думать, что это возможно, было просто красивой сказкой.

Она стиснула его руку крепче, пока эта иллюзия не рассеялась.

Она тяжело сглотнула, уже заранее боясь того, что должна сказать. — Вечное Пламя недавно получило новую информацию о процессе, через который проходят Бессмертные, чтобы обрести свою неуничтожимость. Меня попросили расспросить тебя о подробностях. Проверить эти сведения.

Каин просто смотрел на неё несколько секунд. Потом взгляд у него сделался отсутствующим.

— Каин. — Она коснулась его, и он вздрогнул.

— Всё как в тумане, — быстро сказал он. — Я не помню.

— Поможет что угодно. Правда.

Он долго молчал; грудь несколько раз поднялась и опустилась, прежде чем он снова заговорил. — Что именно ты хочешь знать?

— Там был массив?

Он медленно кивнул.

— Можешь его описать? Или нарисовать?

Он покачал головой. — Я его толком не видел. Помню только, что там было девять точек, а я находился в центре. Я не сопротивлялся, но меня всё равно накачали препаратами и привязали, чтобы я не мог двигаться.

Он смотрел в дальнюю стену.

— Потом начали приводить прислугу. Тех, кого ещё не успели убить. Я не знал, как именно это работает, не знал, что они собираются... Когда я спросил, что они делают, мне сказали, что мне повезло: раз у нас так много слуг, мою мать использовать не придётся.

— Они использовали твоих слуг?

Он медленно кивнул. — У нас почти никогда не бывало гостей в загородном доме. Мать так часто болела, а из-за всех слухов отец никому не доверял. Сам он был занят гильдией, так что там были только мы двое и слуги. Некоторые из них были нам почти как семья. Горничная моей матери, Дэвис, была с ней ещё с девичества и переехала вместе с ней в Спайрфелл после свадьбы. После родов, когда мать была... В общем, первые годы меня по сути растила Дэвис.

— Мне так жаль, Каин.

Он долго молчал, не глядя на неё. — Надо мной была какая-то платформа, а потом сверху наклонился Морроу. У него в руке было... что-то. Наверное, тот костяной осколок. Я помню, как кричал. А когда очнулся, крик всё ещё был, только уже не мой. Я не слышал его ушами, я его чувствовал. Будто их зашили внутрь меня, всех искалеченных, но всё ещё живых.

Она уставилась на него в ужасе. — Ты до сих пор... их слышишь?

Он медленно моргнул. — Сейчас они тише.

Она тяжело сглотнула. — По той информации, которая у нас есть, Бессмертные — это побочный продукт попыток Морроу использовать силу, не подвергая себя последствиям.

Он на секунду замолчал. — То есть если мы убиваем Бессмертных, это ослабляет его.

— Теоретически да. Если уничтожить талисманы, это влияет на филактерии? Это убивает Бессмертных?

Каин покачал головой. — Нет. Он может сделать новый, просто тогда они становятся... лишь чуть умнее некротраллов.

— Но способ всё равно должен быть. Мы его найдём.

Он посмотрел на неё, и взгляд у него начал снова проясняться, обретать прежнюю остроту. — Если Бессмертные — источник силы Морроу, значит, это не закончится, пока не умрут они все.

Она сразу поняла, к чему он её готовит. — Нет. Я найду способ обратить всё вспять. Если душу можно привязать, значит, её можно и отвязать.

— Хелена...

Она покачала головой. — Ты уже однажды решил, что я не смогу тебя спасти. Стоит всё-таки оценивать меня чуть выше. — Она прочистила горло, отказываясь продолжать этот разговор.

Она поднялась и быстро начала одеваться. — Мне нужно отнести эту информацию в Штаб-квартиру.

На самом деле Кроутеру докладывать ей было почти безразлично. Гораздо сильнее ей хотелось поскорее вернуться к наброску массива, который сделал Вагнер. Ей нужны были исследования.

— Подожди. У меня кое-что для тебя. Хотя я надеюсь, что снова они тебе не понадобятся. — В промасленной ткани лежали её кинжалы.

Она была уверена, что их давно унесло течением.

— Как ты их нашёл?

— Никак. Я сделал запасную пару. Пришлось ещё поискать металлурга, чей резонанс подойдёт к твоему сплаву. Я решил, что лишние наборы тебе не помешают.

— Спасибо, — сказала она и с нежностью коснулась кинжалов, прежде чем аккуратно убрать их в сумку и начать собирать волосы.

— Ненавижу твои волосы в таком виде, — сказал он, заставив её вздрогнуть.

Она подняла глаза. — Могу вообще их коротко обрезать.

Вид у него сделался настолько оскорблённый, что она рассмеялась.

— Мне нужно убирать их с лица, когда я работаю, а ещё я всё время на вызове на случай срочностей. Так практичнее.

Он выглядел неубеждённым. — Я хочу видеть тебя чаще.

Пальцы у неё замерли. Она видела голод у него в глазах. Собственнический. Ненасытный. Стоило ей только позволить, и он тут же вырвал бы её из войны и спрятал. Эта борьба была видна у него в лице.

Желание. Желание. Желание. Она чувствовала его, как собственное сердцебиение.

Если он не мог спрятать её совсем, значит, будет копить её для себя настолько, насколько вообще сумеет. Она влюбилась в дракона.

— Для тебя я всегда на вызове, — сказала она. — Если позовёшь, я приду сюда так быстро, как только смогу.

Он покачал головой. — Нет. Аутпостом нам больше долго пользоваться не удастся. Уже строят планы по его восстановлению.

Сердце у неё упало. — Ох. Тогда как мы...

— Сопротивление не смотрит в небо, — сказал он. — Теперь, когда Амарис подросла, ночью перелететь на Восточный остров совсем несложно. Уверен, где-нибудь найдётся подходящая крыша. До следующей недели я что-нибудь придумаю. Если кольцо сработает только один раз, значит, дело не в Сопротивлении. Подай ответный сигнал, когда будешь на месте, и я прилечу за тобой.