Алхимизированные

Прежде чем резонанс успел схватиться, Блэкторн выдрал её руку из этого движения и сомкнул пальцы на костяшках левой кисти, сжимая и выкручивая. Хватка у него была железная, а кости ломались, как сухие ветки.

Хелена закричала. Нож в груди сдвинулся, и в лёгких выросло жгучее давление.

Блэкторн посмотрел на её размолотую руку с любопытным ожиданием, а потом рассмеялся. — Ах да, ты же не регенерируешь.

Взгляд его упал на правую руку, которой она удерживала нож. — Эта, кажется, уже сломана, но давай убедимся.

С неожиданной нежностью он отвёл её ладонь от рукояти и переломил ей запястье. Перед глазами у Хелены заплясали чёрные пятна боли, и из неё вырвался ещё один сдавленный крик.

— Надо бы оставить тебя живой, — сказал он, медленно вытягивая нож из её груди, смакуя, как лезвие скользит наружу.

Хелена так измучилась болью, что сознание всё время пыталось перекинуться обратно в Сорена — как будто там можно было спрятаться.

Его уже накрывали некротраллы. Химеры были мертвы, но некротраллов было слишком много, десятки, и они валили его в воду, раздирая на куски. Ногу у него выкрутило, когда зубы впились и вырвали сухожилие из-под колена.

Он всё ещё дрался. Оружие было потеряно, но в руке оставался нож. За его спиной кричала Пенни, а Алистер держал её. Сорен колол, рвал, царапал, прорываясь сквозь них, послушный её приказу не прекращать бой даже тогда, когда его самого уже рвали на части. Мёртвые пальцы скреблись по его лицу, добираясь до единственного глаза. Челюсть была сорвана вниз, горло располосовано до зияющей дыры.

Хелена дёргалась всякий раз, когда от него отрывали ещё кусок, но боль оставалась только в ней самой. Пальцев она уже не чувствовала; вверх по рукам шёл только один непрерывный маяк агонии.

По боку потекла тёплая струя крови.

Она думала, Блэкторн ударит её снова, но он просто уронил нож в воду. Коснулся её бока — почти нежно, кончиками пальцев, — и голые нервы взвыли от этого прикосновения.

Пальцы его прошлись по разрезу между рёбрами, а потом без предупреждения вошли прямо внутрь. Хелена заорала, чувствуя, как кожа рвётся ещё шире. Кости прогнулись, когда он вогнал пальцы глубже, скользкие от её крови.

— Знаешь, больше всего на свете я люблю раны, — выдохнул он почти возбуждённо. — Они влажнее, горячее и теснее чего угодно другого.

Хелена билась ногами, сломанными руками пыталась оттолкнуть его, чувствуя, как перемолотые кости трутся друг о друга, но всё было бесполезно. Она кричала и кричала, но никто не слышал; она колотилась лбом ему в грудь, пока он не сжал ей горло свободной рукой и не вдавил большой палец в трахею так, что она захлебнулась и затихла. Лёгкие заходили судорогой.

— Вот так, да, — простонал он с одобрением. — Не бойся, я не дам тебе умереть. Когда я тебя отдам, ты ещё будешь живая. Беннет будет в восторге.

Её сознание уже рассыпалось по краям. Зрение плыло. Она не могла даже кричать больше — в груди просто не оставалось воздуха.

Она лишь вполсилы осознала, как Сорен уходит из её сознания — его тело уносит вниз по течению, а связь разворачивается и тает, как кровь в воде.

— Ещё один крик. У тебя это выходит прекра...

Блэкторн вдруг споткнулся, задыхаясь, как будто у него из лёгких вышибли весь воздух. Пальцы его разжались, выскользнули из неё, и в следующее мгновение его самого резко рвануло назад.

Хелена рухнула как камень. Только ледяная вода заставила её не потерять сознание окончательно — иначе она бы утонула. Она отползла назад, в ужасе ища глазами Блэкторна, и увидела, как его волокут по воде за шею; вокруг горла туго обвился тонкий трос или проволока.

Человек, тащивший его, не был из Сопротивления.

Это был один из Бессмертных. В этом не оставалось сомнений — чёрная форма, шлем.

Но к тому моменту, как они сошлись вплотную, Блэкторн уже успел прийти в себя и кинулся на нападавшего. Он подхватил меч из воды и ударил, целясь прямо в голову, но противник просто ушёл в сторону.

Блэкторн рубил снова и снова. Его движения были точны — движения опытного боевого алхимика, — но второй Бессмертный только уклонялся. Ни оружия. Ни ответных ударов. Лёгкий, быстрый, ускользающий так, будто это был танец, пока Блэкторн не открылся на одно короткое мгновение. А мгновения хватило.

Бессмертный шагнул сквозь его удар и голой рукой пробил доспех Блэкторна и вошёл ему в грудь так, будто просто протянул руку сквозь воду. Из груди он вытащил блестящий металлический предмет; длинные бледные пальцы были все в крови.

Блэкторн рухнул в паводковую воду и исчез в ней.

Весь бой длился меньше минуты.

В этом хаосе больше никто даже не заметил, что произошло. Хелена попыталась вдохнуть и тут же захлебнулась — воздух давило чем-то внутри груди. Она прижала руку к ране, стараясь не дать ещё большему количеству воздуха зайти в плевральную полость.

Некротраллы начали падать. Несколько аспирантов заметили нового Бессмертного и явно не поняли, что произошло. Прежде чем они успели среагировать, они уже были мертвы. Оружие мелькало так быстро, что она его почти не видела — только наблюдала, как валятся тела.

Это был Каин.

Она никогда прежде не видела, как он сражается. По-настоящему он никогда и не дрался при ней. Но это всё равно был он. Никакой ошибки быть не могло — в этой чудовищной эффективности.

Он был именно таким смертоносным, как она себе и представляла.

Она видела в нём те приёмы, которые он так старательно пытался вбить в неё, — ту плавность, которой ей всегда не хватало, ту скорость. Ни одного лишнего движения. Импульс одного убийства перетекал в следующее.

Тела падали, как звёзды.

Он шёл по воде прямо к ней. Ни шагу в сторону, ни малейшего замедления — всё, что вставало на пути, он просто срубал.

Когда на него прыгнула химера, он поднял руку, и в ту же секунду, как коснулся твари, её тело развалилось, конечности расползлись в стороны, будто он выдрал все невидимые нити, которыми она была сшита. Мгновение назад там ещё был монстр — а в следующее он уже плыл мёртвым мясом в воде.

Это был не бой. Это была бойня.

Голый расчёт. Минимум усилия, максимум отдачи.

Невозможно было поверить, что прежде он когда-либо сражался в полную силу. Если бы кто-нибудь воевал вот так, об этом знали бы все.

Он сунул руку в карман, вытащил оттуда горсть чего-то и швырнул вперёд.

Это были блестящие кусочки металла, и, едва они полетели, она почувствовала, как за ними разрастается его резонанс, неся их дальше.