Алхимизированные

Глава 39

ГЛАВА 38

Julius 1786

ХЕЛЕНА СЕЛА, НО НЕ двинулась к выходу. Так и осталась рядом с ним на диване, дрожа и сдерживая слёзы. Она посмотрела на часы, и её накрыла волна отчаяния.

— Пропускные пункты уже закрыты, — сказала она. — До утра я в город не попаду.

Он вздохнул, откинулся назад и отвёл взгляд.

Она обхватила себя руками, запахивая блузку, неловко попадая пальцами в пуговицы; грудь у неё судорожно вздрагивала, пока она старалась не расплакаться.

— Почему ты плачешь? — наконец спросил он.

Она размазала слёзы ладонью по щекам. — Потому что мне одиноко, а я целовала тебя, и ты меня даже не любишь.

Он посмотрел на неё, потом запрокинул голову и целую минуту молча смотрел в потолок.

— А как ты думаешь, почему я тебя целовал? — наконец спросил он с напряжением в голосе.

— Потому что я была рядом.

Он снова посмотрел на неё. — А ты почему меня поцеловала?

Она уставилась через комнату на гобелен с Теллус, прядущей землю в бытие.

— Ты заставил меня почувствовать, что те части меня, от которых нет пользы, всё равно заслуживают существовать. Что я не свожусь только к тому, что умею делать.

Графин валялся на полу, брошенный. Хелена схватила его. На дне осталось совсем немного. Где-то в глубине ещё теплилась надежда, что если допить всё до конца, она дойдёт до той степени опьянения, за которой уже ничего не чувствуешь.

Он смотрел, как она пьёт, потом снова откинулся назад и набросил руку на глаза. Когда она в следующий раз взглянула на него, рука уже сползла, а сам он спал.

Она долго смотрела на него, изучала черты лица, пытаясь понять, что именно в нём изменилось, но собственные веки наливались тяжестью.

Надо было встать. Перебраться на кушетку у стола.

Зрение затуманилось. Она просто прикроет глаза на минуту. А потом уйдёт...

КОГДА ОНА ПРОСНУЛАСЬ, то всё ещё лежала на диване, и Каин тоже, только каким-то образом они успели переплестись друг с другом. Её лицо было вдавлено ему в грудь, локоть упирался ей в рёбра, а подбородок впивался в макушку.

Чудо, что никто из них не свалился с дивана.

Хелена не шевельнулась сразу; казалось, голова вот-вот треснет. Она подозревала, что любое резкое движение закончится тем, что весь этот дымный, неприлично дорогой виски вернётся обратно.

Ей удалось поднести руку к лицу и с помощью вивимантии немного унять тошноту, после чего она медленно высвободилась.

Каин даже не дёрнулся. Он был без памяти. Похоже, с самой весны толком не спал.

Схватив сумку, она подошла к тяжёлой двери, медленно приоткрыла её и сбежала, не оглядываясь.

Её вывернуло над дамбой, а потом ещё раз на мосту, когда она, перегнувшись, рвала в реку. Легче не стало. Наоборот.

Она медленно брела обратно к Штаб-квартире, мысленно готовая пинать себя ногами. Она целовала Каина Феррона. Не фальшивым, расчётливым поцелуем, а настоящим, и он ответил ей, и это был бы идеальный момент сделать следующий шаг, но она всё испортила.

Каин сам преподнёс себя ей на блюде, сделал куда больше, чем Кроутер и Ильва вообще смели надеяться, а Хелена сорвала всё из-за того, что это было не по-настоящему, а ей так хотелось, чтобы было.

Она позволила себе запутаться в собственных чувствах: в том, как её сравнили с розой, назвали красивой, как в ней впервые пожелали именно те черты, которые прежде никому не нравились.

Оказывается, Феррону было достаточно и этого, чтобы её соблазнить.

От одной мысли об этом её пробирало холодом, и в животе разверзалась яма тошнотворного стыда, грозя задушить её.

— Хел.

Голос Сорена вырвал её из мыслей, когда она прошла через караулку в Штаб-квартиру. Он сидел там с группой стражников.

Она уставилась на него, одурманенная собственными мыслями и похмельем настолько, что не могла заговорить.

— Ты в порядке? — спросил он. — Что у тебя с волосами?

Смысл вопроса дошёл до неё только тогда, когда она подняла руку и вспомнила, что волосы распущены и спутанными прядями лежат на плечах.

— Колючки, — сразу соврала она.

Брови у него сошлись, и он внимательно посмотрел на неё своими глубоко посаженными глазами. — Тебе надо быть осторожнее там, снаружи. Особенно во время Затишья.

— Я вышла уже после рассвета, — сказала она, пытаясь проскользнуть мимо. — Просто немного собирала травы. Мне надо их обработать.

Сорен всё ещё не сводил с неё глаз. — Знаешь, я и забыл, что твои волосы выглядят вот так. Красиво. И косы тебе тоже идут.

— Да, — сказала она, заставляя себя улыбнуться, хотя глаза жгло. — Лучше всего, когда я держу их заплетёнными. Когда они такие, я сама не знаю, куда себя деть.

Она сразу пошла к себе и в душ, яростно оттирая кожу, будто можно было стереть физическую память о руках Каина. Вода была горячей, и она выкручивала её всё сильнее, пока та не стала обжигать, стояла под струями, пока кожа не начала ныть от жара.

Она не плакала. Это была просто вода из душа. Просто брызги на лице.

Она едва вытерлась полотенцем, прежде чем торопливо стянуть волосы в две косы так туго, что от них тянуло лицо. Потом свернула их у основания шеи и вогнала шпильки на место, так что металл царапнул кожу.

Она не позволила себе посмотреть в зеркало, пока не закончила. Пока ни единого выбившегося локона не осталось на виду.

ОНА ПОПОЛНЯЛА ЗАПАСЫ ГОСПИТАЛЯ, когда рядом с ней материализовалась одна из санитарок и поставила в коробку несколько флаконов плазморасширителя.

— Кроутер велел вам немедленно подойти к лифтам, — сказала девушка, не глядя на Хелену.

Хелена резко обернулась. У девушки были мягкие черты лица и полные души глаза, и Хелена была уверена, что уже видела её раньше, но сама девушка была настолько незаметной, что всё время ускользала на самой границе памяти.

Разумеется, у Кроутера были глаза повсюду, в том числе и в госпитале. И всё же от этого Хелене стало не по себе.

— Кто ты? — спросила Хелена, когда девушка уже собралась было исчезнуть.

— Никто.

— Как тебя зовут? — Хелена хотела знать, кого высматривать в списках дежурных.

Девушка подняла глаза и, кажется, даже польстилась этим вопросом. — Пёрнелл.

Пёрнелл. Ей показалось, что она уже слышала это имя раньше. Она рассеянно кивнула. — Ладно, можешь идти.

Санитарка поспешила прочь.

Хелена закончила пополнять запасы и с неохотой направилась к Башне.

Кроутер уже ждал её. Лифт пошёл вниз.