Алхимизированные

Глава 37

ГЛАВА 36

Julius 1786

ЗНАЯ, ЧТО ЕЁ ЕЖЕДНЕВНОЕ паломничество целительницы скоро подойдёт к концу, Хелена неожиданно поймала себя на почти собственнической гордости за проделанную работу. Она не была уверена, что полное выздоровление вообще возможно, но теперь от той истощённой, скелетоподобной версии Каина не осталось и следа. Когда он был одет, никто бы, пожалуй, и не догадался, что он вообще был ранен.

Когда пришло Затишье, Кроутер всё ещё не прислал ни записки, ни приказа. Решение исцелить Каина и все последствия этого теперь полностью ложились на неё.

Хелена собрала сумку, готовясь к работе, и как раз наносила последние штрихи на то, что, как она надеялась, станет последней партией обезболивающей мази, когда в дверь постучали.

Она обернулась как раз в тот момент, когда вошёл Люк.

— Я и не знал, что у тебя есть лаборатория, — сказал он, остановившись и оглядывая небольшую комнату. То, что когда-то было жалким рабочим закутком, теперь превратилось в настоящую мастерскую алхимика: тигли, колбы, полки с алембиками и кукурбитами.

— Я хотела помочь свести концы с концами во время нехватки припасов в госпитале, — сказала она, и взгляд её сразу метнулся ему за спину, проверяя, не пришёл ли он с кем-то ещё.

Когда-то она мечтала, что Люк зайдёт в её лабораторию, увидит её работу и наконец поймёт, сколько всего она делала ради него, но вместо ликования почувствовала только тревогу.

Сегодня нельзя было опаздывать.

Люк улыбнулся — одной из тех широких улыбок, которые появлялись у него, когда он играл на публику. — Сол всегда даёт, правда? Почему ты мне не сказала?

— Просто... как-то не пришлось, наверное, — ответила она, вертя в руках баночку с мазью.

Его улыбка исчезла. — Ну да. Видимо, я очень многого не знаю, правда?

У неё по спине пробежал холодок.

Он даже не смотрел на неё. — Я ходил к Фалкону Матиасу. Хотел сказать ему, что он не имел права так говорить о тебе на собрании, что ты делала только то, что от тебя потребовали. А он рассказал, что тебя подвергли взысканию, ещё несколько месяцев назад, и именно поэтому он тебе не доверяет и поэтому появились новые целители. Потому что ты предложила использовать некромантию на телах наших мёртвых солдат.

Он сухо рассмеялся. — Оказывается, об этом знали все, кроме меня.

Во рту у Хелены пересохло. — Только не злись на Лилу, — сказала она. — Её там тоже не было.

Челюсть у Люка сжалась. — Я знаю, что её там не было. Но она всё равно узнала. Сорен ей сказал, а мне — никто. Ты могла сказать мне сама.

Хелена крепко моргнула. — Я боялась, что ты решишь, будто это значит, что я в тебя не верю. Но я верю, просто... я хочу, чтобы всё это закончилось.

— Хел... — Он опустил взгляд, нервно крутя на пальцах воспламеняющие кольца. — Это не твоя война.

Она вздрогнула. — Что значит — не моя война? Я с самого начала здесь. Я обещала тебе... — Она покачала головой. — Ты бы никогда такого не сказал Лиле. Никому другому.

Он поморщился и тоже покачал головой. — Нет, не сказал бы. Потому что все остальные понимают: в борьбе добра со злом сначала всегда становится хуже, прежде чем станет лучше. И наша задача — не сворачивать с пути и не поддаваться соблазну сделать то, что проще.

Горло у неё сжалось, она отступила, глаза защипало от обиды. Проще?

— Слушай, я знаю, что у тебя были хорошие намерения, ты просто пыталась помочь, и со стороны тебе действительно кажется, будто рядом лежит решение, которое мы просто не используем. Но нас... меня... держат по другому стандарту. Сол ждёт большего. И если ты хочешь быть частью этого, ты тоже должна в это верить.

Теперь она ясно видела план Матиаса: убедить Люка, что будет лучше и добрее просто отправить её прочь. Что ей здесь не место, что человек вроде неё не способен понять Северную Веру и северные порядки. Тогда, если Люк отошлёт её, это будет выглядеть как жертва ради неё, а не как наказание.

— Прости, — сказала она. — Я ошибалась, теперь я это понимаю. Этого больше не случится. Обещаю.

Он выдохнул. — Нет, это я должен извиниться. Всё это моя вина. Я всё время оставляю тебя здесь одну и считаю, что с тобой всё будет в порядке, но это нечестно. Я это исправлю. — Он кивнул. — И начну прямо сегодня. Отряд на резерве из-за Затишья. Как насчёт того, чтобы я показал тебе тот самый массив? Мы могли бы наверстать упущенное и заняться... чем угодно, что ты захочешь. Можешь показать мне, что за безумно гениальные штуки ты тут делаешь. — Он улыбнулся своей кривоватой улыбкой. — Ну как?

Он протянул ей руку.

— У меня сегодня работа, — сказала она таким тихим голосом, что это почти причиняло боль. — Затишье имеет алхимическое значение для... некоторых вещей.

— А. Точно... ну, — он заставил себя улыбнуться, — тогда в следующий раз.

Она сумела кивнуть и натянуто улыбнуться в ответ. Потом снова посмотрела на часы, прикидывая расстояние до Аутпоста и максимальную скорость, с которой можно туда добраться. Даже если бежать всю дорогу, даже если на пропускном пункте не будет очереди, она всё равно не успевает вовремя.

Люк всё ещё стоял там, явно надеясь, что она передумает.

Она неловко отвернулась и начала что-то отмерять, делая вид, будто просто забыла о его присутствии, но ему понадобилась ещё целая мучительная минута тишины, прежде чем он тихо ушёл.

До того как дверь окончательно закрылась, она услышала голос Лилы: — Прости, Люк.

Руки у Хелены замерли, и она выждала, пытаясь угадать, сколько времени понадобится им, чтобы дойти до лестницы или лифта и не увидеть её, если она сейчас выйдет. И пока ждала, старательно заталкивала этот разговор вниз, в самые глубины памяти и сознания, пытаясь заставить его перестать рвать ей сердце.

КАК ТОЛЬКО ОНА ДОБЕЖАЛА ДО МОСТА, она сорвалась на бег. И всё равно опаздывала уже на десять минут.

Каин только приподнял бровь, когда она ввалилась внутрь, запыхавшаяся до такой степени, что согнулась пополам.

— Я уж подумал, ты наконец-то решила меня продинамить, — сказал он.

Она упёрлась ладонями в колени, пытаясь отдышаться. — Кто-то... хотел поговорить. Не могла... просто уйти.

Бок сводило от жестокого колотья. Она прижала к нему руку, стараясь резонансом успокоить натянутые связки. Лёгкие горели.

Всё ещё задыхаясь, она тут же принялась за работу, доставая из медицинской сумки, перекинутой через плечо и притянутой ремнём к талии, все необходимые инструменты.

— Ты всегда таскаешь в своей сумке столько всего? — спросил Каин, наблюдая за ней.