Неупокоенные

В гости к другу

Сообщение от Ивана пришло, когда Тимофей собирался выключить компьютер и уйти из офиса. Он уже опаздывал, хотел выехать до обеда, но перед поездкой, как часто бывало, набралась куча срочных вопросов, которые следовало утрясти.

Тимофей собирался в столицу, тщательно спланировал поездку, было рассчитано и время прибытия, и места остановок на еду и отдых (такой уж он человек), но что поделаешь: как назло, выскакивало то одно срочное дело, то другое, и выезд откладывался.

А под занавес еще и письмо. Увидев его, Тимофей ощутил неприятный укол, заколебался – стоит ли читать, но открыл, прочел.

Когда-то они с Иваном работали вместе, даже дружили. У них было много общего, хотя общность касалась чисто внешних признаков: обоим было двадцать с небольшим, недавно окончили вузы, для обоих это была первая компания, куда довелось устроиться на работу.

Особой духовной близости не имелось, сближала исключительно работа: обсуждали начальство, проекты, клиентов, коллег, график работы и прочее. Бывает, работаешь, учишься или живешь рядом с человеком – и начинаешь общаться по, скажем так, географическому принципу.

Вне работы Ивану нравились мотоциклы и футбол, он любил пиво и бильярд, мог часами говорить о девушках или известных футболистах, обсуждая детали матчей. Тимофею на это было плевать, он любил кино, собак и классическую музыку. Работу в полиграфической фирме рассматривал как старт, хотел набраться опыта и сделать карьеру в области графического дизайна, возможно, открыть собственный бизнес.

Иван особо ни к чему не стремился, плыл по течению. Через несколько лет Тимофея повысили, Иван оказался у него в подчинении. Перейти из дружеских отношений в плоскость руководитель-подчиненный поначалу было непросто, но они в итоге неплохо сработались. Правда, вскоре Иван уволился, а Тимофей, проработав около года, перешел в более престижную и крупную компанию, где работал и сейчас, на хорошей должности.

Пути их с Иваном давно разошлись. Поначалу было желание продолжать общаться, встречались пару раз в барах, но скоро стало ясно, что говорить им не о чем. По крайней мере, это было очевидно Тимофею. Он скучал, поглядывал на часы и торопился уйти, а когда Иван звонил, приглашал «пересечься» снова, под разными предлогами отказывался. Постепенно Иван звонить перестал. А теперь написал.

Сколько лет прошло с их последней встречи? Года четыре, не меньше.

«Привет, Тима, – писал бывший друг, – помнишь меня еще? Я вернулся в родные места, в деревне своей теперь, так вышло. А что? Доволен, лес у нас, поля, речка. Тихо, красиво. Я, знаешь, пишу, чтобы позвать тебя в Топольки (так моя деревня называется). Повидаться бы, Тима. Кое-что тревожит, поделиться хочу, больше никого не могу позвать. А мы же старые друзья с тобой. Не откажи в помощи, Тима. Надеюсь, не сделаешь вид, что не получил письма, не такой ты человек. Вот мой адрес, буду ждать».

Тимофей слегка смутился: он хотел притвориться, что письма не видел, но после слов Ивана сделалось неловко, хотя Иван и не узнает, прочел ли он послание. Но ведь «не такой он человек», чтобы в беде бросить, да?

«Почему на электронку пишет?» – подумал Тимофей и сам себе ответил: нового номера у Ивана нет, в соцсетях Тимофея просто так не найти, он не под своим именем, так что это был единственный вариант.

«Кое-что тревожит» – о чем речь? С чего такая секретность, и как вышло, что обратиться Ивану больше не к кому? Общительный же парень.

Тимофей открыл карту, нашел Топольки. От города примерно триста километров, далеко Иван забрался. Но ехать как раз в ту сторону, куда нужно Тимофею. В принципе, можно и заскочить на часок, узнать, что стряслось.

Хотел ответить, что приедет, но письмо Ивана пропало. Возможно, Тимофей его случайно удалил. Или произошел какой-то сбой. Ладно, без разницы. Тимофей наконец-то отключил компьютер и покинул кабинет.

На улице моросил дождь. Погода типично осенняя: серая, промозглая, холодная. Хорошо еще, что машина в подземном гараже, не надо выходить на улицу. Хотя все равно пришлось помокнуть: Тимофей сообразил, что с пустыми руками в гости ходить негоже, забежал в магазин.

Из города удалось выбраться быстро, избежав пробок; выехав на трассу, Тимофей прибавил скорость. Ему нравилось водить. До Москвы можно было и поездом доехать, но он предпочел автомобильную поездку. Включил радио, слушал любимую волну и думал о своем. В голову в таких случаях часто приходили отличные идеи, сложные вопросы получали простое решение.

Дождь не прекращался, поэтому казалось, что на улице темнее, чем должно быть в это время суток. А вскоре стало потихоньку смеркаться, и Тимофею чудилось, что он едет наперегонки с ночью, пытается обогнать подступающую тьму, которая стремится накрыть округу темным крылом.

Навигатор велел свернуть с шоссе налево и проехать еще семьдесят километров. Крюк, конечно, немалый. Похоже, Иван живет в той еще дыре. Неподалеку от съезда с шоссе Тимофей увидел небольшое поселение, но чем дальше забирался вглубь, тем хуже становилась дорога, а сел и деревень больше не было.

По обе стороны – поля и перелески. Унылые мокрые деревья, голые ветви, ждущая снега бурая земля. Что Иван здесь делает? На что живет, кем работает? Тимофей взял в руки телефон. Связь ужасная, Интернет не ловит, радио захлебнулось печальной нотой и смолкло. Зато навигатор показывал, что еще десять километров – и Топольки.

Тимофею снова подумалось, что едет он напрасно. Может, Иван выпил, когда писал, и давно думать забыл о своей просьбе. Или пошутил – это в его духе, чувство юмора у друга своеобразное. Допустим, проверить решил, бросит Тимофей все дела, купится ли. Потеря времени, глупость и вообще..

Дорога принялась петлять, точно хотела запутать путешественника, сбить с толку, и неожиданно вывела на мост, перекинутый через речушку. Тимофей, занятый своими мыслями, не сбавил скорость, выскочил на мост слишком быстро, и ему показалось, тот застонал под колесами машины, заскрипел-захрустел, как у стариков, бывает, хрустят суставы. Автомобиль затрясло, подбросило, но Тимофей был водитель опытный, выровнял машину, переехал мост гладко, а дальше дорога стала ровнее, и оставшиеся километры до деревни он одолел без приключений.