Волчий остров

Дачная вечеринка

— А призраки бывают? – громко спросила Ксюша с заднего сиденья.

Родители – Борис и Ольга – переглянулись. Они ехали на майские праздники к матери Ольги, которая жила в соседнем городке. Дорога обычно занимала около четырех часов, но они попали в пробку на выезде из города, простояли минут сорок.

Потом кое-как выбрались, но магнитола в машине сломалась, Ксюшу тошнило, она просила то пить, то писать; Ольга вспомнила, что забыла в холодильнике замаринованную по особому рецепту рыбу, которую приготовила специально для матери.. Неудачно все как-то. Бывает, не задается поездка.

— Почему ты спрашиваешь, Ксюш? – поинтересовалась Ольга у семилетней дочери.

— Просто.

«Универсальный ответ, – подумалось Борису. – Вот бы на работе с начальством такое прокатывало».

— Бывают или нет? – настойчиво спросила девочка.

Мать не разрешала ей пользоваться в дороге планшетом, ее от этого еще сильнее укачивало. Музыку теперь не включишь; во все игры, какие знали, они уже успели поиграть. А ехать еще почти два часа! Ребенку скучно, отсюда и вопросы.

— Я не верю, – пожала плечами Ольга. – Они только в книгах и фильмах встречаются. Если бы увидела, может, поверила бы. Но не довелось, к счастью.

— А вот со мной один раз приключилась очень странная история, – сам от себя не ожидая этой откровенности, вдруг сказал Борис. – Я никому не рассказывал. Но вам, если хотите, могу рассказать.

«Заодно время в дороге убьем», – подумал он.

— А она страшная? – глаза у дочки загорелись.

Почему людям так нравится бояться?

— Расскажу, а ты сама решишь, страшная или нет.

Ксюша от восторга даже в ладоши захлопала, а Ольга смотрела недоверчиво.

«Выдумываешь на ходу?» – читалось в ее взгляде.

Но Борис ничего не выдумывал. Это случилось на самом деле.

— Мне тогда было двадцать два года. Только-только университет окончил, диплом получил. Мы с ребятами рванули на дачу к моему однокурснику, Семену, решили отметить это событие.

..Народу набралось – туча. Почти вся группа, еще из параллельной кое-кто, многие – со своими парнями и девушками, плюс Семеновы друзья, за компанию, и из местной, дачной молодежи тоже подтянулись ребята. Всех не сосчитаешь.

Полно народу, но ту девушку Борис сразу приметил. Он был довольно робок, с девушками у него не особенно хорошо складывалось; не мог, как тот же Семен, взять и подкатить к любой симпатичной девчонке и заговорить, а уж тем более – пригласить на свидание.

Да и не нравился никто настолько, чтобы захотелось свою застенчивость преодолеть. Но, глядя на эту девушку, Борис думал: «Дурак буду, если так и не смогу подойти». Она и танцевала, и смеялась, и на столы накрывала с другими девчонками, но среди всех выделялась: была самая изящная, милая, а еще у нее были задорные ямочки и густые кудрявые волосы.

Вечеринка катилась пестрым шаром – веселая, бестолковая, шумная. Шашлыки, вино и пиво, купание на озере, громкая музыка, смех и дурацкие розыгрыши..

Около полуночи, когда воцарилась непроглядная темень, все устали, а многие, особо рьяно праздновавшие, уже отключились – кто в доме, кто в саду.

Возле костра, который разложили в дальнем углу сада, остались самые стойкие и те, кто выпили меньше, сохранили силы полуночничать. Их было человек десять, среди них – и Борис, и та девушка (он до сих пор не знал ее имени).

Борис решил, что это его шанс, и сел возле нее. Она улыбнулась.

— Меня зовут Асей. Думала, ты никогда не решишься подойти. Так и будешь издали смотреть.

Хорошо, что в темноте не видно было, как он покраснел.

— Я – Борис. Может, принести тебе чего-нибудь? Пива или воды?

Ася отказалась.

— Красиво тут. Звезды громадные. Не хочется, чтобы ночь заканчивалась, – сказала она. – Жаль, что летом светает рано.

Семен, видимо, услышал ее последние слова, потому что воскликнул:

— Пока темнотища, давайте страшилки рассказывать!

— Ох, как оригинально! – язвительно отозвалась его девушка.

— Ну и что. Все всегда так делают. – Семен обнял ее и сказал, что готов рассказать первым.

Асино плечо касалось плеча Бориса, и сердце его пело.

— Итак, – Семен скорчил зловещую гримасу, – одна женщина родила ребенка и вскоре умерла. Ребенок все время плакал, молока требовал, родственники на ушах стояли, папаша молодой чуть с ума не сошел: по ночам ребенок вообще не спал! А потом все резко прекратилось. Ребенок всю ночь спал спокойно, а утром отказывался от смеси, как будто сытый был. Дальше – больше. Ребенок спал в детской, молодой отец и его родители стали слышать, как он причмокивает по ночам, будто молоко пьет, и голос чей-то тихий слышался. Эти трое посовещались и решили проверить, кто по ночам к малышу приходит. Однажды ночью спрятались в детской и стали ждать. Мать, то есть бабушка ребенка, говорит: «Посмотрим потихоньку и все; что бы ни увидели, свет не включаем, а утром будем думать, что да как». Полночь наступила. Часы двенадцать пробили, и с последним ударом открывается балконная дверь и появляется белая фигура. Женщина в белой одежде! Достает ребенка из кроватки, садится в кресло и начинает кормить, укачивать, шептать ласково. И понимает мужик: его покойная жена явилась, прямо в саване, в котором ее похоронили, и кормит мертвым молоком их ребенка! Понял – и с перепугу включил ночник! Покойница обернулась к нему, глаза злые. «Зачем, – говорит, – ты это сделал? Я бы выкормила младенца, всем бы только хорошо было, а теперь пеняйте на себя!» К утру соседи услышали, что ребенок орет-надрывается, дверь с полицией открыли – а там и папаша, и родители его мертвые лежат.

— Я что-то подобное в сборнике народных сказок читала, – заметила одна из девушек. – Только там, кажется, никаких балконов, полиции и ночников не было.

— Когда кажется, креститься надо, – обиделся Семен. – Сама тогда расскажи.

— И расскажу. Эта история на самом деле произошла, мне бабушка рассказывала. С ее подругой случилась. Подруга та жила в деревне, с теткой. Родители умерли. Тетка заболела и тоже умерла. Та девушка одна в доме осталась. И стало там твориться всякое. Куда ни пойдет – за спиной шаги. Пройдет мимо открытой двери в теткину комнату – боковым зрением видит, будто сидит кто-то на кровати; по ночам на кухне посудой звенит, ложки на пол роняет. Она уже спать боялась, одна дома оставаться не могла..

— Позвала бы бойфренда! – хохотнул Семен. – Нашли бы, чем заняться, не до барабашки было бы!

Его девушка пихнула Семена локтем в бок:

— Дурак, и не лечишься! Одно на уме!