Страница 40 из 77
Глава 13
За месяц я успел измениться. Не так, чтобы любой прохожий на улице остановился и сказал:
о, да ты теперь воин
. Нет. Все было куда проще. В том, как я ставил стопу перед поворотом. В том, как плечи сами уходили чуть назад, разгружая корпус. В том, как перестал моргать, когда рука летит в лицо. В том, как начал угадывать момент, еще до движения, когда противник собирается рвануть.
И да, я все-таки купил себе меч. Не красивый, не украшенный, не тот, что хочется повесить на стену. А обычный практичный клинок из хорошей стали, с удобной рукоятью, без излишеств. Тот, который Торк рекомендовал взять, когда мы зашли к кузнецу на соседней улице.
С тех пор я носил меч с собой везде. Не чтобы выглядеть грозно, просто теперь так было безопаснее. Этот мир много раз уже объяснил мне, что лишний шанс — это не роскошь.
Прямо сейчас я выполнял разминку без лишних мыслей в голове: наклоны, короткие рывки, пара быстрых разворотов по двору. Движения шли легче, чем месяц назад. Тело отзывалось быстрее, будто наконец перестало сопротивляться и решило, что мы в одной команде. Я чувствовал себя собраннее, крепче, быстрее.
— Хватит, — хрипло сказал Торк, наблюдавший за мной у бревна. — Пора.
Трое его учеников вышли вперед. Парни были старше меня, тяжелее и опытнее.
— Без оружия, — напомнил Торк. — Работайте как в жизни. Только не калечить окончательно.
Это у него называлось
держать удар
. У меня —
не умереть
.
— Начали.
Первым рванул коренастый, по прозвищу Рыжий. Я ожидал прямого удара, но он сыграл иначе, сделал шаг в сторону и ударил локтем мне под ребра. Чисто, аккуратно. Если бы я не тренировался весь месяц, меня бы сложило пополам.
Я ушел на полшага назад, подставил предплечье, перехватил локоть и вывел Рыжего из равновесия. Тот выругался, но удержался, шагнул обратно.
Второй, Дран, атаковал снизу, пытаясь сбить мне ноги. Я прыгнул вверх, хотя раньше такого бы точно не сделал — рефлексов не хватило бы. Приземлился с перекатом, развернулся — и резким выпадом ударил Драна в плечо.
Третий не торопился. Слоноподобный Рух. Он всегда ждал, пока другие выбьют из противника лишнюю дурь.
Рух шагнул вперед спокойно, как валун, который катится с горы. Я увернулся. Отошел. Попробовал зайти сбоку. Но тут же получил удар плечом, от которого я отлетел на два шага. Второй удар — и я уже лежу на земле. В ушах звенит, во рту привкус пыли. Я попытался подняться, но Рух не дал — аккуратно, без злобы, но уверенно прижал к земле.
— Довольно, — сказал Торк.
Я расслабился, наконец набрав хоть немного воздуха. Мир перестал качаться.
— Двух сделал, — отметил Торк, глядя, как я поднимаюсь. — Уже неплохо.
— Неплохо, — прохрипел я. — Но победитель тот, кто стоит.
— Верно, — кивнул Торк. — А ты не стоишь.
Он подал руку. Я принял, поднялся, чувствуя ноющую боль во всем теле. Но это была рабочая боль. Такая, после которой есть ощущение результата.
* * *
Мы сидели у крыльца, где Торк обычно чинил ремни и просмоленные палки для новичков. Солнце клонилось к закату, и свет падал на двор длинными полосами. Я пил воду маленькими глотками, чувствуя, как тело наконец перестало дрожать от усталости.
— Торк… — начал я и сам удивился, как хрипло прозвучал мой голос. — Скажите… если человек тренируется каждый день, без пропусков… сколько ему нужно, чтобы стать по-настоящему сильным?
Торк поднял бровь.
— От года до трех. Иногда дольше. Зависит от возможностей тела и силы духа.
Я кивнул. Именно этого я и боялся.
— У меня нет трех лет, — сказал я тихо. — И, если честно, даже года может не быть. Я… — и слова сами вышли наружу, — слишком часто оказываюсь в ситуациях, где моих навыков просто не хватает. Вы сами видели. Даже троих я не одолел…
Торк не перебивал. Он смотрел так, будто наконец понял, чего именно я пришел к нему просить.
— Я не прошу легкого пути, — продолжил я. — Я хочу знать, есть ли способ ускорить… все. Чтобы результаты шли не по капле, а быстрее. Значительно быстрее. Цена — это цена. Я понимаю.
Торк молчал почти минуту. Обычно он отвечал сразу, даже на глупые вопросы. Когда молчал долго, это значило, что вопрос действительно серьезный.
Наконец он сказал:
— Есть способ. Но тебе он не понравится.
Я выдохнул.
— Говорите.
— Ритуал, — произнес он. — Варварский, если по уму…
Я слушал, не перебивая.
— Был у меня товарищ, Жарр. Решил пройти такой ритуал. Хотел стать лучшим в отряде. Стал… на три минуты. Потом его мышцы разорвались изнутри, — сказал Торк ровно, будто вспоминая способ починки сапога. — Это первый риск.
— Звучит весело, — заметил я.
— Второй риск — стать калекой навсегда. Третий риск — что проживешь меньше. Каждый раз, когда входишь в боевой транс, сгорают дни жизни. Ты берешь энергию в долг у самого себя.
Торк хмуро посмотрел на меня.
— И еще риск умереть — один к десяти. Риск остаться инвалидом — три к десяти.
— Занимательная статистика.
— Я бы запретил тебе, — сказал он честно. — Но запрещать не могу. Ты упертый.
Мы сидели молча. Я переваривал услышанное. Торк снова заговорил только спустя минуту:
— Если ты все же решишься… ритуал могу провести я. Я делал это раньше. Но нас будет ждать опасная поездка.
Я поднял взгляд.
— Тогда… почему вы сразу не предложили?
Он хмыкнул.
— Потому что ритуал — не подарок. И не услуга другу. Это работа. Тяжелая. И ответственность тоже моя. А ответственность — дорогая штука.
Он выдержал паузу и добавил:
— Десять золотых.
Сумма была высокой. Но не завышенной — это чувствовалось сразу. Торк не наживался. Он ставил цену за риск, за знание, за умение провести ритуал так, чтобы шанс выжить был выше.
Я кивнул медленно.
— Подумаю.
— Подумай, — повторил Торк. — Такой ритуал — не то, что можно проводить на бегу. И не то, что стоит делать без уверенности. А пока… иди домой. На сегодня хватит.
Но в ту ночь я почти не спал.
* * *
Человек, который пришел к нам утром, совсем не походил на того, кто боится, что все рухнет. Никаких дрожащих рук, ни сбитого дыхания, ни попыток сыграть на жалости.
Он держался так, будто перед ним не беда, а просто неприятная задача, которую нужно наконец решить.