Страница 28 из 77
— Температура, — он взял свою кружку с давно остывшим чаем, положил руку сверху. Через секунду по комнате пошел легкий пар. — Подогреть или охладить на десяток градусов. Еда, вода, тело. И чужое тоже.
Он улыбнулся краешком губ.
— Усиление чувств. Слух, зрение. На короткое время позволяет увидеть дальше, услышать больше. Не для того, чтобы подглядывать за соседями, — он посмотрел на меня, — а, чтобы выжить.
Он закрыл глаза, и его голова чуть повернулась.
— Сейчас по улице прошли двое. Один шаркает ногами, второй спешит. — Он открыл глаза. — Без усиления я бы этого не услышал.
— И последнее — очищение, — он провел ладонью по столу, где остались крошки и пятно от вина. Все исчезло, будто его вытерли влажной тряпкой. — Убрать грязь, кровь, запах. Иногда это важно не меньше, чем все остальное.
Он опустил руки.
— Это базовый набор. Не звучит впечатляюще. Но с ним ты можешь не умереть от простуды или жажды, не влипнуть в беду лишь потому, что не видишь дальше своего носа.
— Уже впечатляет, — сказал я. — Особенно про не умереть.
— Теперь твоя очередь, — кивнул он. — Начнем с циркуляции силы.
Я закрыл глаза, попытался найти ядро. Тепло в груди было. Чуть плотнее, чем в первый день. Я двинул ману вниз — к рукам, к ногам. Она пошла с трудом, густая, тяжелая. На середине пути распалась, будто я держал ее в ладонях, а она просачивалась между пальцами.
— Не торопись, — тихо сказал Салвер. — Не дави. Гони, как кровь. Ровно.
Я попробовал мягче. Чуть-чуть. Она послушалась, но медленно.
— Свет, — сказал он. — Попробуй свет.
Я вытянул ладонь. Представил шарик. Маленький, хотя бы как светлячок. В груди кольнуло. На кончиках пальцев что-то дрогнуло. Над ладонью на секунду вспыхнул слабый огонек. Сразу же погас.
Но он был.
— Вышло, — спокойно сказал Салвер. — Для первого раза очень неплохо.
Я удивился, насколько приятно было слышать это «очень неплохо».
— Огонь пока рано? — спросил я.
— Можешь попробовать, — он кивнул. — Но не жди чуда.
Я не ждал. И правильно. Искра попыталась родиться и тут же умерла. В ладони осталось просто странное ощущение тепла.
— Это нормально, — повторил он. — Ты только начал. Эти десять навыков это как буквы в алфавите. Сейчас ты знаешь всего парочку, но еще не умеешь читать. Это нормально.
— У меня есть два вопроса, — сказал я. — Первый: сколько времени понадобится, чтобы я уверенно выполнял все десять навыков?
— При ежедневных тренировках, тебе потребуется пару недель на шаткое начало, пару месяцев на уверенный уровень, — ответил он. — Ты, с твоим упорством, можешь уложиться быстрее, если не перегоришь.
— А второй вопрос: что такое мана и как она измеряется?
Салвер чуть улыбнулся, будто радовался этому вопросу.
— У каждого мага свой объем. Ядро может удерживать больше или меньше маны. Кто-то, как я, живет с небольшим запасом, но хорошим контролем. Кто-то — с огромным запасом, но грубой силой. Оценочно делят от одной до десяти искр. Обычный ученик первой ступени где-то на одну-две. Мастер — больше. Архимаг — … — он развел руками, — много. Но точных чисел тебе пока не нужно.
— А у меня… сколько? — спросил я, сам не зная, хочу ли слышать ответ.
— Сейчас? — он слегка прищурился. — Думаю только одна искра. Но это ощущение. Точно скажет только Академия, если кто-то там захочет замерить. Тебе важно не число, а то, что этот объем можно растить. Циркуляцией, тренировками, некоторыми практиками, о которых ты узнаешь позже.
Отлично. Значит, я не совсем нулевый. Уже хорошо.
— Мы поступим так, — сказал он. — Утром — физические упражнения и циркуляция. Днем — дела, работа, артефакты. Вечером — снова циркуляция и попытки двух-трех навыков. Начни со света, воды, очищения. Потом подтянем все остальное. Справишься?
— Попробую, — ответил я.
Где-то под грудной клеткой ядро отозвалось легким теплом, будто ему вся эта идея нравилась больше, чем мне. Ну хоть кому-то из нас двоих она по душе.