Гиблые земли

Он шарахнулся назад, натолкнувшись на Катю. Голоса, оглушавшие его, стихли, вернулось осознание себя. Это снова был он, Роман, перешедший в одиннадцатый класс, обожающий компьютерные игры, сосланный отцом и мачехой в Липницу. Сдуру притащивший младшую сестру в проклятое место.

— Ты тоже видишь? – крикнул Рома, указывая на кровавый кошмар.

Вопрос был излишним: огромные Катины глаза, в которых плясал ужас, ответили за нее. Роман схватил сестру за руку, хотел потащить прочь отсюда. Они развернулись к лестнице, но увидели, что ступени крошатся, рушатся, проваливаются, а внизу клубится вонючая чернота, поднимаясь все выше, подбираясь к замершим на лестничной клетке ребятам. Такая же чернота кляксами расползалась по стенам, пожирая их, как пожар.

— Что нам делать? – прорыдала Катя, и Роман потянул ее к квартире с пальто и торшером.

— Вылезем в окно!

Они забежали, захлопнули за собой дверь, попытались запереться, но защелка проржавела, не поддавалась. Зато удалось справиться с задвижкой.

— Скорее!

Роман подбежал к окну, вцепился в шпингалеты, принялся дергать их и в итоге ему удалось распахнуть створки.

— Я не смогу! Боюсь высоты!

— Тут не так высоко, – пропыхтел Рома, глядя вниз. Под окном не было ни стекла, ни бетона – ничего, обо что можно расшибиться насмерть. Окно выходило на заросший травой и кустами палисадник.

Катя кусала губы, глаза блестели от слез, но в целом она вела себя мужественно, не билась в истерике. Только бы уговорить ее прыгнуть!

— Чернота ползет быстро. У нас мало времени, скоро и тут все почернеет. – Роман снова глянул в окно, отметив краем сознания, что уже сумерки. – Я первый, ты за мной.

— А если ноги переломаем?

— Не переломаем, говорю же, не очень высоко. – Ему пришла в голову одна идея, и он сгонял в прихожую, притащил отсыревшее, пахнущее влажной штукатуркой пальто. Не сильно поможет, скорее, для морального успокоения, но все же. – Брошу его вниз, помягче будет.

Пальто плюхнулось на траву, как мокрая тряпка. Рома, который высоту тоже не жаловал (но не показывать же этого Кате), перелез через подоконник, повис на руках, а затем приземлился на пальто.

— Ты как? Норм? – звенящим голосом крикнула Катя.

— Нормально все. Мягкая посадка. – Это была правда. – Давай уже. Я страхую, не бойся.

Катя повторила его действия, и спустя минуту они неслись прочь от жуткого дома. Выскочив на площадь с памятником Ленину, остановились и обернулись назад, уставились на здание, откуда сбежали и..

Девочка машинально схватила Романа за руку, ища защиты.

— Что это? – неожиданно спокойным тоном спросила она.

— Как такое может быть? – одновременно с нею проговорил Рома.

Дома, откуда они еле вырвались, не существовало. То есть когда-то он был – давно, много десятилетий назад. Теперь на его месте чернело огромное пожарище: торчали обгоревшие балки, единственная уцелевшая стена напоминала сломанный зуб. Неподалеку стояли еще два сгоревших дома – те, что Роман заметил сразу, когда они только пришли.

— Как же так? – продолжала спрашивать Катя. – Мы по ступенькам поднимались, в квартиры заходили, ты пальто бросил.. Я прыгала!

Роман кивал, как заведенный, ни слова не мог произнести. В голове плавилось и горело, такое бывало при высокой температуре.

— Пошли отсюда, – глухо произнес он.

Катя больше ничего не сказала, молча повиновалась. Они двинулись к выходу. Теперь Роману не казалось, что поселок необитаем. Ощущение чужого присутствия, охватившего его перед тем, как они отправились в дом-призрак, стократно усилилось. Он не мог описать свои чувства словами, не сумел бы объяснить, но этого не требовалось, довольно было и ощущения. Острого, звериного.

Роман точно знал: в оставленных людьми постройках поселилось нечто дурное и алчное. То, чему он не мог дать названия. Оно обладало злой волей, перемещалось, смотрело из окон, хохотало под потолками, выглядывало из-за деревьев, наблюдало, смотрело им с Катей в спину, и потому приходилось делать над собой усилие, чтобы не обернутся, не встретиться взглядом с этим безымянным кошмаром.

— Рюкзак у тебя? – раздался голос Кати, и Роме захотелось шикнуть на нее, заставить замолчать, чтобы оно не запомнило их голосов. Хотя это создание, конечно, уже все про них знало.

— Нет, – хрипло ответил Роман.

— Потеряли, значит. Ну и ладно. Не возвращаться же.

«Ни под каким видом!» – подумал Рома.

Они приблизились к границе поселка. Впереди ждали мрачный лес и долгая дорога в сгустившихся сумерках (которая не казалась и вполовину такой страшной, как оставленное ими поселение).

— Телефоны при нас, это главное.

— И фонарик у меня есть, – прибавила Катя.

На поселок они, не сговариваясь, не оглянулись. Роману казалось, что оно их не выпустит, заморочит, захочет оставить глупых птенцов себе, но им повезло. А может быть, у него были другие планы..

Вскоре ребята отошли достаточно далеко. Катя перевела дыхание. Деревья сомкнулись, скрыв поселок за своими зелеными спинами.

— Восьмой час! – подивилась Катя, взглянув на экран сотового.

— А ты думала, сколько?

Время переломилось, текло странно, и брат с сестрой не сумели бы сказать, сколько пробыли в мертвом поселке.

— Хотели в четыре выйти, чтобы до прихода мамы успеть. Теперь не успеем. Но я ей записку написала, чтоб не волновалась.

— Что написала? «Ушли недавно, вернемся скоро»?

Катя оценила шутку, хмыкнула.

— Надеюсь, не побежит нас искать. Но влетит нам серьезно, это как пить дать.

Скандал Романа не пугал, добраться бы до Липницы без приключений. Хватит с них на сегодня.

Обратная дорога всегда кажется короче, да и шли ребята быстрым шагом, почти бежали. Постепенно темнело, но они не боялись сбиться с пути: пусть и заросшая, дорога все же имелась, если не сходить с нее, не лезть в чащу, то не заблудишься.

До толстого дерева добрались даже быстрее, чем надеялся Рома. Автомобиль, стоящий возле него, первой заметила Катя.

— Смотри-ка, – сказала она, – мы тут не одни!

Машина в глуши, среди деревьев, смотрелась чужеродным телом, как инопланетный корабль.

— Я знаю, чья она. Квартиранты бабы Лены на ней ездят, муж с женой из Быстрорецка. Он на стройке работает, руководит чем-то там, жена с ним приехала. Симпатичная, кстати.

— В машине нет никого. Странно.

— Ничего странного. Небось на водопад пошли, пикник решили устроить.

— Ага, Кузнечик, – вспомнил Роман.