Страница 59 из 89
Глава 29
Банк
Собралась очень быстро, отдала Стеше распоряжения на случай, если муж вернётся на обед, а потом припомнила, что у нас же нет кухарки, и выдохнула. Андрей отобедает в каком-нибудь ресторане, и у меня полно времени на решение новых задач.
К несчастью, наша карета исчезла со двора, пришлось Прохору «вызвать такси» и помочь мне сесть в дешёвый экипаж городского извоза.
Поездка на общественном транспорте — не самое приятное мероприятие, в нашей карете гораздо комфортнее и запах приятнее. Теперь понимаю ценность собственного выезда, надо бы решить вопрос, чья это карета, моя или муж её купил на свои средства? Кто купил, тому и ездить!
Через двадцать минут шума, тряски, скрипа на все лады и громких криков извозчика, мы наконец, доехали до места назначения.
— Банк, госпожа! Вас обождать али нет?
Сама спустилась по ступенькам и ответила, что ждать не обязательно, понятия не имею, сколько времени займёт встреча. Отдала монетку и поспешила в банк.
В типичном банковском зале обстановка оказалась чуть беднее, чем в царском дворце, но пафос чувствуется во всём.
Здесь каждый угол кричит о богатстве и надёжности, не говоря уже о люстре, окнах, колоннах…
И не только пафос, но и патриархат здесь правит балом!
Ни единого женского лица.
Слева у окна группа богатых господ что-то оживлённо обсуждают, у стоек только мужчины. Не банк, а мужская баня…
Секунды хватило, чтобы понять, что моё появление — вопиющий нонсенс. Но я настойчива в своих целях. А господам придётся пережить сей когнитивный диссонанс.
— Сударыня, чем могу вам помочь? — какой-то клерк поспешил наперерез, чтобы пресечь незаконное проникновение особи женского пола в святая святых солидного патриархального заведения.
Пришлось остановиться в центре и негромко ответить, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания:
— Мне нужна консультация по бумагам, возможно у вас есть служащий, кто мог бы посмотреть данные, и сказать своё экспертное мнение. Это наследие семьи, и я не хотела бы без совета специалиста принять неверное решение о своих капиталах.
Клерк слегка замялся, смутился. Ах, если бы я не была женщиной…
— Зачем же вы сами? Такие дела делает либо супруг, либо поверенный в делах, передайте эти скучные, и весьма запутанные дела управляющему, тому, кто разбирается в банковских делах…
НЕНАВИЖУ настойчивых клерков первого звена, хуже них только роботы автоответчики, стоит передо мной чуть ли не привратник, мелкая сошка, но гнёт из себя нечто значимое и умное. Это даже не намёк, он откровенным текстом отказывает мне в способности понять, что либо в банковских документах…
— Вам религия не позволяет проконсультировать женщину? — повышаю голос, и он звоном проносится по залу. Все без исключения мужчины повернули головы и посмотрели на меня с удивлённым любопытством. Видать до сего момента даже не задумывались, почему в банке нет ни единой женщины, или почему я вообще посмела войти.
— Тише, госпожа, умоляю. И прошу простить, покажите ваши бумаги, и я отведу вас к тому специалисту, кто сможет вас доходчиво проконсультировать.
И снова «заботливое» уничижение.
— Уж будьте любезны! — показала выписку, и мужчина сразу пригласил меня следовать за ним. Теперь уже без напускной снисходительности, но с примесью раздражения.
На втором этаже мы остановились у внушительной двери, и я испытала неприятный эффект дежавю, словно опять вхожу в кабинет графа Аракчеева.
Но нет, это всего лишь кабинет начальника какого-то отдела, не успела прочитать имени и сразу попала на приём.
Важный клерк весьма удивился, но сдержался от идиотского допроса, почему я притащилась сама в банк, а не отправила поверенного. Учтиво улыбнулся, предложил сесть и рассказать в чём собственно суть проблемы.
Пришлось говорить полуправду…
— У меня была приживалка, компаньонка, и, как оказалось, она нас обворовала. Пришлось её выгнать из дома. Вот эти бумаги я нашла в её тайнике. Будьте любезны, поясните их суть. И мне необходимо узнать, от этого счёта, на чьё чьё имя выписана чековая книжка? Я бы хотела перевыпустить новую и на себя.
Развернула бумаги и пальчиком указала на дебетовый счёт.
Банкир взял у меня документы, долго их изучал, потом извинился и вышел, отдал приказ своему подчинённому и вернулся с первыми пояснениями, от которых у меня чуть не начался тик.
— Госпожа, позвольте говорить начистоту. Понимаю, что у вас произошло нечто неординарное в кругу семьи, и кто-то из ближайших родственников утратил доверие. Но сие дело не банка, а судебного разбирательства. Предчувствую, что у вас душеприказчиком числится муж. Он и обязан решать подобные вопросы. Чековые книжки на имя женщин, тем более замужних, никогда не выписываются. Вот если бы вы были вдовой, не приведи Бог.
Ой, как он рискует. Во мне снова шевельнулась тёмная ярость, и болью отозвалась в теле, как невралгия, с трудом не застонала. Сглотнула ком, и сжала кулаки, чтобы удержать себя, и уточнила, чётко произнося каждое слово, как впечатывая штампом.
— Другими словами, мои деньги, моё наследство, а распоряжаться ими я не могу?
— Госпожа, не так всё ужасно. Вы словно никогда не касались таких дел. Если ваш счёт обеспеченный, то вы вправе заполнять личный расходный бланк в салонах, управляющий салоном отправит нам платёжное поручение, и мы оплатим.
Я снова в шаге от катастрофы, моя тёмная сторона сейчас вырвется на волю. Закрываю на секунду глаза, выдыхаю и продолжаю настаивать:
— Хорошо, в таком случае, попытаюсь ещё раз донести до вас суть проблемы, какую вы так и не осознали. Допустим, я купила платье или украшение. Заполнила этот именной бланк, расписалась и записала этот номер, управляющий магазином, выставляет счёт в банк, и вы платите. Так?
— Ну разумеется! — счастливый, что я, назвала правильный порядок действий, улыбнулся, но до него так и не дошла суть проблемы.
— Повторяю! Моя бывшая компаньонка может прямо сейчас пройтись по всем ювелирным салонам, скупить всё, что ей понравится, заполнить украденные бланки, назвать моё имя и вы всё равно оплатите? Она обворовывала нашу семью! И прямо сейчас этим занимается, а банк всё оплачивал с моих счетов. Сударь, то, что я заявилась к вам вопреки всем традициям и правилам, а не сказала об этой промашке мужу, должно вами расцениваться как благо, — меня поражает примитивность вообще всей организации, и до клерка вдруг дошло, наконец-то.
Побледнел, потемнел, покрылся пятнами…