Страница 62 из 63
Юбка у девушки задралась, и Скворцов впервые увидел голую женскую попку. Он покраснел до кончиков волос, но тут же решил, что ему это привиделось, и глянул на капитана. Нет, не привиделось. И Лучинский, и Невзоров смотрели именно на то место, где только что исчезла чемпионка, и взгляды у них были неоднозначные.
— Твою мать! — разразился капитан, матеря Бурундуковую. — Третий раз подряд, не отдышавшись! Потонет же. Вот же дура. А ты, Скворцов, чего застрял? — обратился Лучинский к лейтенанту. — Пацана дотащишь до берега?
— Я сам доплыву, — подал голос мальчишка. — Я плаванием занимаюсь уже три года.
— А как себя чувствуешь? Как зовут? — тут же приступил к допросу капитан.
— Игорь.
— А состояние? Не нахлебался воды?
— Нет, это Еве спасибо. Она из автобуса дорогу показывает, а то там темно и мутно, а наверх легко — поверхность видно с глубины.
— А то место, где вы находитесь, оно где?
— Где-то в конце автобуса, мы стояли на сиденьях и доставали. Там нет воды, но она быстро прибывает. Там у Садии нога застряла, но она уверена, что Ева ей поможет.
— Мда, — проговорил капитан, — только на неё и остаётся надеяться. Ладно, давай вдоль моста к берегу плыви. Тут недалеко. Скворцов, за ним.
Сбоку от моста по дороге подъехало сразу с десяток автомобилей, вращая синими проблесковыми маячками.
— Наконец-то, — обрадовался капитан, — а то уж думал, никогда не явятся.
Игорь и Скворцов поплыли к берегу, а Лучинский, снова зацепившись за скобу на опоре моста, сказал:
— Хоть порядок наведут, а то гляди, какая пробка организовалась, а управлять некому, да ещё придурки сигналят. Кому сигналят, спрашивается? Все стоят.
— И детей врачи глянут, — согласился Невзоров, — некоторые порезались, выбираясь из автобуса. Не сильно, но лучше перестраховаться.
— Тихо, — внезапно произнёс капитан, — слышишь? Звук двигателя над рекой стелется. Моторка идёт. А вот и спасатели. Надеюсь, успеют как раз вовремя.
— Слышать слышу, — подтвердил Невзоров, — только не вижу.
— За поворотом, сейчас появятся, — успокоительно произнёс Лучинский и матюкнулся, потому как рядом с ними появилась голова Бурундуковой, а вот тот, кого она пыталась тащить, находился под водой.
Невзоров и подоспевший Скворцов тут же кинулись на помощь, вытаскивая голову мальчишки из воды.
— Где спасатели? — спросила Ева, тяжело переводя дух, и сразу стало ясно по её голосу, что этот подъём дался ей нелегко.
— Плывут, слышишь, мотор тарабанит, — ответил капитан.
Бурундуковая оглянулась, разыскивая глазами моторку.
— Всё, расслабься, — сказал Невзоров, — ты сделала и так невозможное. Не нужно больше нырять, у тебя уже сил не осталось.
Бурундуковая словно его и не услышала. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Оглянулась на мальчишку, который закашлялся, и лицо её разгладилось.
— Нет у неё времени ждать. От кармана ничего не осталось.
Она ещё раз вдохнула, выдохнула и снова исчезла под водой.
— Ты как? — поинтересовался Скворцов у несостоявшегося утопленника.
— Хорошо, — прохрипел Вова в ответ.
— Давай его на берег, — распорядился капитан. — Дотащишь?
Скворцов кивнул.
— Ты тоже, — обратился Лучинский к Невзорову, — и сразу врачам покажитесь. Я останусь дожидаться. — Он глянул наверх и, разглядев голову старшего лейтенанта Некрасова, крикнул: — Время засеки. С этого момента.
— Я каждый раз засекал, — ответил Некрасов. — Четыре минуты проходило между нырками. Чем она вообще дышит? У неё что, жабры на спине, как у человека-амфибии?
— Может, и жабры, — негромко буркнул себе под нос Лучинский, оглядываясь на внезапно возросший шум мотора.
Из-за поворота появилась лодка и направилась прямо к капитану.
— Фух, — выдохнул Лучинский и принялся махать свободной рукой.
Человек, сидевший на носу лодки, зацепил крючок за скобу и вопросительно глянул на капитана:
— Что тут у вас?
— Две девушки под водой в автобусе. Был карман воздушный, но он, вроде как, уменьшился.
— Да куда ему уменьшаться? — возразил спасатель. — Сейчас достанем обеих.
Он подтянул к себе акваланг и нахмурился. Взялся за второй и, чертыхнувшись, спросил:
— Юра, якорь тебе в жопу, ты в каком боксе акваланги брал?
— Ты что, Гриша? В третьем, конечно. Куда вчера полные выгружали.
— Юра, ты идиот? Мы выгружали во второй. В третьем использованные лежат. Ты, когда их нёс, не почувствовал разницу?
— Да не может быть, — отозвался Юра. — Я точно помню, в какой бокс выгружали.
— Парни, парни, — остановил перепалку Лучинский, — потом ругаться будете. Девочек нужно доставать.
— А как их теперь достанешь? — отозвался тот спасатель, которого назвали Гришей. — Без аквалангов как нырнёшь? Здесь глубина ого-го, а эти пустые. Нужно за полными сгонять. Ничего страшного, в кармане можно пару часов запросто просидеть.
— Он уменьшился почти втрое за пятнадцать минут, — повысил голос капитан. — У них нет времени на то, чтобы вы за аквалангами ездили. Так ныряйте! Вы спасатели или кто?
— Да ты рехнулся, капитан, — возразил Гриша. — Кто ж в здравом уме на такую глубину без акваланга нырять будет? Здесь почти десять метров. Это дорога в один конец. Мы быстро, минут за двадцать управимся, тогда и вытащим обеих.
Он отцепил крючок от опоры, и его напарник принялся дергать трос. Минуты две мотор только чихал, но потом затарахтел, и лодка пошла вниз по течению.
Сбоку к капитану подплыли две тени.
— Уже совсем стемнело, почему они уплыли? — спросил Невзоров. — Почему не нырнули?
— У них аквалангов нет, — с горечью проговорил капитан. — Поплыли за ними.
— Вот же суки, — сказал Скворцов. — Почему сразу не взяли?
— А у одной нога зажата, как они справятся? — задумчиво проговорил Невзоров. — Чёрт подери, знал бы — пошёл на плавание ещё в детстве.
Лучинский отплыл от опоры и, глянув вверх, крикнул:
— Некрасов, сколько натикало?
— Ровно пять минут.
— Слушай, спроси, может, пловцы есть, кто может нырнуть на восемь метров. Давай, быстро. Оббеги всех.
— Понял, — отозвался Некрасов, и его тучная фигура скрылась из виду.
— Надеюсь, у них хватит кислорода, пока доберутся спасатели, — проговорил капитан, хватаясь за скобу, — но какое безалаберство! Прибыли спасать, а баллоны не проверили. Под суд их отдать мало.