Страница 120 из 124
— Четвертое. Помощь с местом для яхты. Оплату стоянки беру на себя, но клуб должен обеспечить организационно. Мне не нужна эпопея с портовыми службами на три недели.
— Это можно сделать, — сказал Кампора.
— Пятое. Право на проживание на территории Монако и Франции для капитана, моториста, меня и моих спутниц на все время действия контракта. Легально, без подвешенного состояния.
На слове «спутниц» клубный юрист на миг поднял взгляд, но тут же снова опустил его в бумаги. Венгер никак не отреагировал внешне, только уголок губ едва заметно дернулся. Похоже, о личной жизни Дана здесь уже были наслышаны.
— Шестое, — сказал Дан. — Персональные рекламные контракты подписываются по согласованию со мной. Я не возражаю против коммерции, наоборот. Но я не намерен превращаться в ходячую витрину без права голоса.
— Клуб, разумеется, заинтересован в согласовании, — ответил Кампора. — Нам важен баланс.
— Вот и отлично. Я тоже люблю баланс. Особенно когда он в мою пользу.
На это президент впервые улыбнулся уже без официоза.
Потом пошли прочие условия: бонусы, медицинские обязательства, график выплат, премиальные за чемпионат, еврокубки, рекламные акции, бытовые детали, налогообложение, страховки. Юристы говорили сухо, представители клубов — аккуратно, Дан вмешивался ровно там, где считал нужным. Венгер включился, когда разговор коснулся спортивной части: режима, интеграции в команду, тренировочного процесса, роли на поле.
— Я не хочу ставить вас в жесткие рамки позиции, — сказал он. — Но мне важно понимание: где вы сами видите максимум своей пользы?
Дан посмотрел на него уже с настоящим интересом.
— В движении. Не в табличке. Я могу играть второго форварда, свободного атакующего, уходить влево, вправо, ниже, выдергивать защитников, открывать коридоры, брать удар на себя, разгонять темп или наоборот придерживать. Если рядом есть люди, которые понимают, куда надо вбегать, будет очень весело.
— Джоркаеф понимает, — негромко сказал Венгер. — Добровольский тоже.
— Значит, мы с вами уже думаем в одну сторону, — ответил Дан.
Они коротко встретились взглядами, и в этой короткой паузе возникло главное: взаимное ощущение, что на футбольном языке они договорятся.
Переговоры длились дольше, чем хотелось девушкам внизу, но короче, чем это могло бы быть в менее умной компании. В итоге все было согласовано. Формулировки утрясли. Завтра — представление нового игрока.
Когда Дан вышел в холл, девушки сразу поднялись. Он не стал устраивать театра. Просто кивнул — коротко, четко, с той самой усмешкой в глазах, которую все они уже умели читать без слов.
Все.
Сделано.
— Ну? — первой спросила Маша.
— Забираем княжество в аренду, — сказал он. — На два года для начала.
Секретарши уже улыбались им почти как своим.
Прощались тепло, легко. А потом их повезли смотреть дом. И тут выяснилось, что монегаски, конечно, люди ушлые: все было предусмотрено заранее. Дом их уже ждал.