Страница 68 из 84
В высокую узорчатую арку мы нырнули, крепко держась за руки, и зашагали к резному гранитному алтарю. Маленький жемчужный источник журчал рядом и дарил гармонию окружающему миру. Насладившись его песней, мы остановились, не сговариваясь, и слова старинной клятвы сами всплыли в сознании.
— Я принимаю тебя в свой род, Рея ле Вьен.
— Я вверяю тебе свою душу, Дарий Эллейский.
— Я связываю наши судьбы вовеки веков.
— Отныне я твоя кровь и плоть. Твоя суженая. Твоя половина.
— Я стану твоей крепостью, Рея ле Вьен.
— Я буду твоей опорой, каким бы тернистым ни был наш путь.
— Я буду любить тебя до последнего вздоха.
— В этой жизни. И в следующих.
— Да будет так.
— Фиат игитур иллюд.*[3]
Приглушенное негромкое эхо растащило произнесенные нами фразы на обрывки и вознесло их к сводам Храма. Мы опустили ладони в источник и ощутили мягкое приятное покалывание — Боги услышали наши клятвы, Боги поверили им и благословили новоиспеченных супругов.
Золотое плетение на наших запястьях проявилось отчетливее и засияло. К нему добавилось несколько витиеватых замысловатых узоров, и я вдруг обрел уверенность, что теперь брачную вязь не сотрешь и не спрячешь ни маскировкой, ни иллюзией высшего порядка.
Позади обители, из которой мы вышли в новом статусе, обнаружилось озеро. Я подхватил Рею на руки и вместе с ней вошел в воду. Луна выплыла из-за туч и посеребрила безмятежную гладь, становясь свидетельницей завершения ритуала. Магия, заполнившая все мое существо от самой макушки до пят, выплеснулась, слилась воедино с пламенем Ри, и мы увидели то, что пригрезилось мне во сне.
Огненные элементали в обнимку с воздушными кружились в ликующем танце и осыпали нас своими искорками.
— Дар, это чудесно. Самое настоящее волшебство! — восхищенно всхлипнула моя истинная, я же притиснул ее ближе к себе.
— Ты не пожалеешь, что согласилась стать моей женой.
Мы промокли до нитки, но холода не чувствовали. Выбрались на берег, провожая взглядом устремившихся к небесам духов стихий, и поняли, что сушиться нет смысла. Рея торопливо стянула с меня рубашку, я избавил ее от платья и задохнулся от восторга. Ее бархатная кожа казалась фарфоровой в свете Луны.
Я бережно уложил любимую на землю, накрыл своим телом, и трава служила нам постелью. Я любил Рею долго и упоительно, исследовал каждый изгиб и каждую родинку. Я неистово целовал ее ключицы, спускался вниз к животу, скользил пальцами вверх от тонких изящных лодыжек к точеным восхитительным бедрам, а Рея выгибалась под моими прикосновениями и громко стонала.
Мы не стеснялись бурных проявлений чувств и дарили себя друг другу без остатка. Плавились и горели, горели и плавились. Рассыпались на мириады сверкающих звезд и возрождались, словно феникс из пепла, чтобы кусать губы, делить дыхание одно на двоих и сплетаться во что-то вечное, неделимое.
А после, когда сил совсем не осталось и конечности дрожали от накатившей истомы, мы смотрели на бескрайнее небо и верили, что все обязательно станет хорошо. В Фаргисе найдется убийца, в Эллее будут арестованы заговорщики и воцарится такой долгожданный мир.
— Я люблю тебя, моя принцесса.
— Ты — моя жизнь, Дар.