Страница 24 из 65
На столь решительный шаг его подталкивало не только изголодавшееся мужское естество, но и желание поскорее начать обучать Ванессу искусству сладострастия. Чутье подсказывало ему, что пора отпереть ее волшебный ларец и выпустить на волю темперамент, истомившийся в оковах блаженного неведения. Несомненно, было ошибкой принять за лицемерную развратницу эту скромную женщину с сердцем непорочного ангела. Только готовность к самопожертвованию толкнула ее на сделку с совестью. У барона не возникало сомнений, что на роль содержанки Ванесса согласилась только ради спасения своей семьи от разорения, для чего ей потребовалось все ее мужество.
Отвращение к физической близости с мужчиной возникло у нее лишь по вине ее грубого и бесцеремонного супруга, в конце концов поплатившегося за свое небрежение к хрупкой женской натуре. И барон искренне хотел ей помочь излечиться от чуждой ее натуре холодности, исправить этот досадный недостаток и научить ее радоваться вместе с ним, используя дарованные природой возможности.
— Я безмерно благодарен тебе за твою доброту к Оливии! — сказал он, наполняя вином бокалы.
— Она так мила, что ее нельзя не полюбить! — ответила с улыбкой Ванесса.
— Значит, тебе не в тягость забота о ней?
— Нет, разумеется!
— Следовательно, ты не жалеешь, что приехала сюда?
— Нет, конечно!
Дамиену почудилось, что это сказано не совсем уверенно, так, словно бы в ее ответе подразумевалось кое-что еще, а именно слово «пока»: пока не требуется выполнять и другие условия договора — вот что не осмелилась она сказать.
— Давай выйдем в сад! — предложил Дамиен. — Я хочу тебе кое-что показать.
— Не поздновато ли для прогулок? — с опаской спросила Ванесса.
— Уж не боишься ли ты, что я овладею тобой силой, без твоего на то согласия? — непринужденно парировал барон. — Уверяю тебя, что у меня и в мыслях нет ничего подобного. Мне хочется показать тебе бассейн, сооруженный для Оливии, тебе будет удобнее рассмотреть его, пока там нет рабочих.
Ванесса с сомнением взглянула на темное окно, затем — на свое шелковое платье с короткими пышными рукавчиками и квадратным вырезом на груди, открывающим нежную кожу, и промолвила:
— В таком случае я бы хотела накинуть на плечи шаль.
— В этом нет особой нужды, в оранжерее тепло.
— Что ж, если так, тогда пошли!
Дамиен согрел ее теплым взглядом и, взяв под руку, вывел через створчатые двери в сад. На нее пахнуло ночной свежестью. Полная луна и сверкающие на черном бархате небосклона звезды освещали окрестности мистическим серебристым светом.
Охваченная приятным волнением, Ванесса прижалась к барону плечом, словно бы ища защиты от затаившихся в темных кустах призраков.
— Что-то ты вдруг сникла и притихла? — спросил барон.
— Я размышляю, мудро ли поступила, согласившись на эту полночную прогулку, — ответила Ванесса. — Здесь жутковато.
— Ничего не бойся! Тебе ничего не грозит. До оранжереи рукой подать! Или ты боишься меня? — спросил Дамиен.
— Меня пугают ваши общеизвестные гедонистические наклонности, — сказала она.
— Как ты можешь так говорить после наших ночных встреч в твоей спальне! Если я до сих пор не навязывался тебе, когда мы оставались одни, то вряд ли я позволю себе какую-нибудь вольность в общедоступном месте.
— От вас всего можно ожидать, Дамиен!
. — Прискорбно, что ты столь низкого обо мне мнения, — покачав головой, промолвил барон. — Я вел себя как агнец. Ванесса подавила нервный смешок, решив не поддаваться на провокацию и не переубеждать его, дабы не подтолкнуть на более смелые поступки. Однако затеянная им пикировка забавляла ее, и она промолвила с легкой иронией в голосе:
— Мне кажется, что это одна из ваших уловок, милорд, с помощью которой вы надеетесь очаровать меня. Хочу вас заверить, что вам это не удастся. Вам лучше попрактиковаться в искусстве обольщения с какой-нибудь другой, более податливой дамой.
— Бог мой! — воскликнул Дамиен. — Где же мне взять такую в столь поздний час! Придется довольствоваться тобой, моя прелесть.
— Вряд ли я смогу удовлетворить ваши непомерные аппетиты, барон. По-моему, одной дамы вам маловато.
— Ты недооцениваешь свои возможности, моя прелесть!
— Зато вы переоцениваете себя!
Дамиен вскинул бровь и, окинув ее самодовольным взглядом, спросил:
— Ты хочешь унизить меня? Я могу и обидеться!
— Как обидеть вас так, чтобы вы прекратили меня домогаться? — воскликнула Ванесса, трепеща от сладостно-тревожного предчувствия. Барон молча увлек ее за собой по темной аллее.
— Вот мы и пришли, — спустя короткое время произнес он, отпирая ключом дверь какого-то сооружения.
На Ванессу пахнуло теплом и сыростью. Дамиен вошел в помещение и, чиркнув серной спичкой, зажег лампу. В неверном свете колеблющегося пламени его лицо обрело злодейское выражение, отчего показалось Ванессе еще более привлекательным. Наверное, именно так и выглядит Люцифер, подумала она, морщась от острого запаха серы, и робко шагнула через порог. Барон запер дверь изнутри на задвижку. Ванесса похолодела.
— Я не хочу, чтобы нас беспокоили, — непринужденно сказал Дамиен и, взяв ее за руку, подвел к верстаку, на котором были разложены различные инструменты. Он взял увесистый отрезок трубы и протянул его Ванессе со словами: — Это тебе для самообороны, на случай, если я начну тебя домогаться.
Глаза его лукаво блестели. Ванесса повертела трубу в руках и положила на верстак, с усмешкой заметив:
— От нее столько же проку, сколько от ключа от моей спальни. Если вам чего-то захочется, вы ни перед чем не остановитесь. Так что не пытайтесь притупить мою бдительность, я все равно останусь начеку!
— В таком случае прошу следовать за мной! — сказал Дамиен и повел ее по проходу между горшками с розами и орхидеями к зарослям лимонных и апельсиновых деревьев.
Пропитанный их ароматом воздух дурманил Ванессе голову, от обилия разнообразных цветов у нее рябило в глазах. Наконец они достигли площадки, огороженной китайскими шелковыми ширмами, и Ванесса догадалась, что здесь и находится бассейн. Она не ошиблась: зайдя за ширму, она увидела небольшую купальню, облицованную плиткой и наполненную чистейшей водой.
— Работы не завершены, осталось проложить еще несколько труб, — сказал Дамиен. — Но в целом бассейн готов. Как видишь, здесь имеются поручни и пологий спуск для инвалидного кресла, а также скат, по которому Оливия самостоятельно либо с помощью служанки сможет легко погружаться в подогретую воду. Ну и что ты обо всем этом скажешь, моя прелесть?
— Весьма впечатляющее сооружение, барон! — ответила Ванесса. — Я приятно поражена.
— Как видишь, порочные вольнодумцы порой способны и на созидательные поступки, — с лукавой улыбкой заметил Дамиен.
— Именно это меня и удивило, милорд! Я думала, что ваши фантазии ограничиваются творческими изысками в будуарах. Аристократам не свойствен интерес к практической деятельности. Вы же, как оказалось, являетесь редким исключением из правила, — промолвила Ванесса.
— Раз уж ты столь высоко оценила мои скромные таланты, позволь мне показать тебе еще одно мое достижение. Прошу сюда! — Дамиен взмахнул рукой, предлагая Ванессе войти в небольшую кабинку. — Это раздевалка, — сказал он, когда они вошли в помещение, отделанное дубовыми панелями.
— Как видишь, здесь есть все необходимое для купания и отдыха — скамейки, простыни, полотенца, халаты. Не желаешь ли искупаться? Вода теплая, ты не озябнешь!
— Искупаться? Ночью? — Ванесса удивленно вытаращила глаза.
— Это самое подходящее время для водных процедур, мой ангел! — с очаровательной улыбкой ответил он. — Если купание доставит тебе удовольствие, ты сможешь с чистой душой убедить Оливию последовать твоему примеру.
Ванесса почувствовала, что не в силах устоять перед его доводом и бесстыдным взглядом. Не дожидаясь ответа, Дамиен сел на скамейку и, сняв туфли и чулки, закатал выше колен штанины. Ванесса замерла, ожидая, что он сделает дальше. Барон усмехнулся и промолвил, угадав ее мысли: