Страница 54 из 58
Иван ждал ее в больничном дворе. В руках у него был букет красных роз. Никто никогда не дарил Люське красные розы. Ухажеры в юности ограничивались чахлыми тюльпанами, Толик на Восьмое марта покупал осыпающуюся мимозу. Она подошла к Ивану, осторожно взяла букет.
— Господи, какие красивые!
— Нравятся? Ну я рад. Хорошо, что ты выписала мне пропуск, а то я бы не прошел. У вас тут строго.
— Конечно, строго. Завтра выпишу новый.
Иван посмотрел на нее и хитро улыбнулся.
— А ты хочешь, чтобы я опять пришел тебя встречать?
Люська задорно тряхнула кудрями.
— Хочу!
— Ну раз хочешь, то приду. Пошли, а то есть очень хочется.
— Идем. – Люська по-хозяйски взяла Ивана под руку, и они зашагали рядышком по дорожке к больничным воротам.
— Ты мне совсем не рассказываешь о своей работе, – сказал Иван, когда они вышли на улицу. – Тебе она нравится?
— Нравится. – Люська счастливо улыбнулась. В этот момент ей все нравилось, даже свирепый завотделением.
— Не тяжело тебе с детишками? Всякие ведь попадаются. Бывают капризные. Плачут, кричат. Не слушаются.
— Меня все слушаются. – Люська пожала плечами.
— Так-таки все? – Иван поглядел на нее с улыбкой. – Кое-кто здесь хвастунишка.
— А кое-кто ничего не смыслит в профессии медсестры. А пытается обо всем судить.
Иван обнял Люську и прижал к себе.
— Ты обиделась, что ли? Напрасно! Я знаю, что ты отличная медсестра. Лучшая на свете. И все тебе подчиняются. Даже отпетые хулиганы.
— Откуда ты знаешь? – ехидно проговорила Люська, а сама потесней прижалась к его боку.
— Знаю. Я вижу. – Он снова посмотрел на нее уже серьезно, без улыбки. – Ты вообще необыкновенная. Мне очень повезло, что я забрел в твой подъезд.
— Это мне повезло. Я и не думала, что бывают такие отношения. Чтобы все начистоту, как с самим собой. С мужем все было по-другому.
— Не думай о нем. – Иван нагнулся и поцеловал Люську в губы. – Пойдем за продуктами.
Они накупили всякой всячины, а вдобавок ко всему маленький тортик. Дома Люська с удовольствием встала к плите, хотя за день прилично устала. Иван вызвался ей помогать. Она, смеясь, надела на него фартук. Он крутил мясо в мясорубке, а Люська жарила картошку. Потом они вместе лепили котлеты, смеясь и дурачась как дети. Потом так же сообща резали салат. В руках Ивана любая работа спорилась, и огурцы он нарезал ровными кружочками. Толик никогда в жизни не прикасался к сырым продуктам, а на кухню выходил исключительно для приема пищи. Поужинав и посмотрев телевизор, Люська и Иван улеглись в постель. Снова была жаркая ночь, и Люська кусала губы от блаженства, а заснула под самое утро со счастливой улыбкой на лице.