Незваный гость

— Люсенька, все не так просто. – Он снова вздохнул. – Что я скажу в полиции? Спрятал сына в своей квартире от матери? Хотел без спросу увезти его на чужую дачу? И где доказательства, что меня избили именно по заказу Маргариты?

Люська молчала, не зная, что ответить на эти вопросы. Поскольку у нее не было детей, она понятия не имела, какие законы существуют в отношении несовершеннолетних, родители которых находятся в разводе.

— Что же тогда делать? – спросила она Ивана.

— Для начала я бы хотел проследить за Маргаритой, узнать об ее планах: чем она занимается, что намерена делать в ближайшее время. Вдруг они с Андреем уже завтра или послезавтра улетят в Сибирь?

— Вы знаете, где она живет?

Он покачал головой.

— К сожалению, нет. У Риты нет своего жилья. Она не москвичка. Жила у меня. После развода снимала разные квартиры, часто их меняла.

— Как же вы собираетесь за ней следить?

— Я знаю место, где тусит она и ей подобные. Это один тематический подвальчик. Я уверен, что она зависает там на целый день, бросив сына одного в квартире.

— Ясно. – Люська допила свой кофе, отодвинула пустую тарелку и решительно встала. – Идемте.

— Куда? – Иван взглянул на нее с удивлением.

— Следить за вашей Маргаритой.

— Прямо сейчас? – произнес он растерянно. – Но я.. вы что, пойдете со мной?

— Конечно, пойду. Не могу же я оставить человека в беде. Тем более вы еле на ногах стоите. Вам бы к врачу, но уж ладно. Идемте.

Иван поднялся из-за стола. На его лице было написано сомнение. Люське показалось, что он не слишком рад ее помощи.

— Конечно, если я вам мешаю, можете идти один, – обиженно проговорила она.

— Что вы! Конечно, не мешаете! Я очень вам благодарен. Мне просто совестно отнимать у вас время. Вчера целый день, а теперь и сегодня.

— Лучше бы вы не тратили время на пустую болтовню, – заметила Люська. – Нам еще вашу одежду в порядок приводить.

Иван послушно кивнул. Люська по-быстрому почистила и отпарила его пиджак, пришила оторванный рукав. Отыскала на дальней полке шкафа старые Толиковы брюки, они с трудом, но налезли на Ивана. Грязные джинсы со следами чьих-то ботинок Люська кинула в стиралку. Иван смочил волосы под краном, причесался и предстал перед ней парнем хоть куда. Она заметила, что он весьма интересен внешне – высокий, широкоплечий, крупный, но стройный, без полноты. Черты лица значительные, по-мужски лаконичные. Люське всегда нравился такой типаж. Толик был совсем другим: худощавым, юрким, похожим на вечно юного мальчишку. Почему она в него влюбилась, Люська и сама не могла понять. Но влюбилась ведь!

— Ну что, идем? – спросил Иван.

— Да, пошли.

Люська тоже принарядилась: надела модный коротенький плащ и симпатичные ботильоны на каблучках. С удовольствием оглядела в зеркале свою стройную фигурку, взбила волосы и подкрасила губы красной помадой. Они с Иваном вышли из дому и направились к автобусной остановке. Иван шел широкими шагами, Люська семенила рядом, едва поспевая за ним на своих каблуках. Они влезли в автобус и уселись у окна. Люська украдкой смотрела на Ивана. Она все больше чувствовала к нему симпатию, несмотря на то что они были знакомы всего сутки. Приятный мужчина. Вежливый, обходительный. И как любит своего сына! Таких поискать надо.

— О чем задумались, Люсенька? – спросил ее Иван.

При слове «Люсенька» она совсем растаяла. Ей захотелось прижаться к его широкому плечу, чтобы он взял ее руку в свою и долго не отпускал.

— Так, – неопределенно протянула она и почему-то вздохнула.

— Вы чудесная девушка, – с теплотой проговорил Иван. – И как это ваш муж посмел от вас уйти? Не понимаю я его.

Вместо ответа Люська слегка пододвинулась к нему, совсем чуть-чуть, но теперь она чувствовала тепло, идущее от его тела.

— Уже близко, – сказал он, – скоро выходить.

Люська снова вздохнула. Ей хотелось, чтобы они ехали так долго, часа два или три.

Но Иван уже направлялся к выходу. Она нехотя последовала за ним.

Они сошли на незнакомом ей бульваре. Иван уверенно двинулся с сторону небольшого парка.

— Это там. Я там был пару раз. Ужасное место. И люди более чем странные. Не могу понять, что Рита в этом всем находит?

Люська вдруг почувствовала укол ревности. Рита да Рита? Иван говорит так, будто все еще любит бывшую жену и между ними осталась какая-то связь. Ну конечно, осталась! У них же общий ребенок. Люське такого никогда не испытать по отношению к Толику. Она совсем скисла, но продолжала послушно идти рядом с Иваном.

Они прошли парк насквозь и углубились в квартал кирпичных пятиэтажек.

— Уже совсем скоро, – виновато проговорил Иван, глядя на нахохлившуюся, точно воробей, Люську.

Здание, к которому они подошли, стояло особняком от остальных домов. Это была старая кирпичная четырехэтажка. С одной стороны было два подъезда. Люська было направилась к одному из них, но Иван остановил ее.

— Не сюда.

Он взял ее под руку и обвел вокруг дома. С другой стороны тоже был подъезд. Черная железная дверь оказалась открытой. Люська и Иван зашли внутрь и оказались перед лестницей, ведущей в подвал. Снизу слышалась приглушенная музыка и голоса.

— Спускаемся, – шепотом проговорил он.

Держась за перила, они осторожно спустились по крутым ступенькам до самого низа. Пахло сыростью и кальяном. Иван и Люська остановились перед дверью, за которой, судя по звукам, происходило сборище Ритиных друзей.

— Вы уверены, что она тут? – тихо спросила Люська.

Он помотал головой.

— Не уверен. Но сейчас узнаем.

Иван чуть приоткрыл дверь и заглянул в щелку. Люська сунулась было за ним, но он вежливо отодвинул ее.

— Да, вижу ее. В углу, за столиком.

Из-за двери раздались резкие звуки какого-то фольклорного инструмента, не то дудки, не то волынки. В них было что-то дьявольское, и у Люськи похолодела спина. Ей захотелось убежать прочь отсюда, но она терпеливо стояла и ждала распоряжений Ивана.

— Нужно подождать. Скоро они выйдут проветриться. Тогда мы сможем послушать, о чем они говорят.

— И долго ждать? – со страхом спросила Люська.

— Недолго. Час, может, два.

— Ничего себе!

Иван пошарил рукой в темноте и вытащил откуда-то хлипкую деревянную табуретку.

— Присядьте. – Он пододвинул ее Люське.

— А вы?

— Я пешком постою.

Люська брезгливо смахнула с табуретки пыль и села. Из комнаты донеслись какие-то завывания.

— Ну как? – спросил Иван, глядя на нее с улыбкой.

— Жуть. Ваша жена действительно сумасшедшая. Ее надо лечить.

— К сожалению, врачи так не считают. Понимаете теперь, почему мы разошлись?