Страница 42 из 52
— Я был бы с ней, потому что люблю ее, — говорит Рауль, и в его голосе столько силы, что я чувствую, как он давит на стены. — Я полюбил ее еще в Нью-Йорке в тот вечер в баре. Когда она сидела с чашкой чая и смотрела в окно. Она сказала, что у машин нет сердца, а у нее есть. Просто она его прячет от всех, даже от себя.
Мама молчит и я слышу, как она вздыхает.
— А что ты знаешь о Ксюше? — спрашивает она. — Настоящей?
— Я знаю, что она боится темноты, но никогда никому в этом не признается. — Голос Рауля становится тише, теплее. — Что она плачет, когда смотрит фильмы про животных, особенно если собака умирает. Ксюша любит яблочный пирог, который вы печете, и что она научилась его готовить, но у нее получается не так вкусно, и она злится на себя за это. Что она разговаривает во сне, но только когда очень устает, и говорит по-русски, и я не понимаю ни слова, но мне нравится слушать. Она просыпается в шесть утра, даже если не надо, потому что привыкла, и что она терпеть не может, когда ей режут тосты треугольником, только квадратом. Что она носит одну и ту же толстовку дома, хотя у нее есть вещи дороже, потому что она в ней чувствует себя уютно. Что она называет Матвея «мой маленький чемпион» и верит, что он вырастет великим игроком.
Я слушаю и не верю своим ушам. Он знает. Он все это знает. Когда он успел? Когда заметил? Когда запомнил?