Страница 45 из 66
Глава 17
Этим утром все было совершенно иначе.
Мы с Авенаром шутили, держались за руки и целовались. Смеялись за завтраком, словно дети.
Казалось, нас отпустило, мы ощущали себя совершенно новыми и счастливыми.
Не говорили об этом, нет. Ни словом не обмолвились за все время.
Не предполагали, что будет дальше, и пока никаких планов не строили.
Но… чувствовали себя невероятно свободными.
Я пекла блинчики, Даргил делал вкусную мясную начинку с грибами. Потом мы вместе, по локоть в масле, заправляли ее в конвертики из жареного теста.
И, помывшись вдвоем в душе, потерев друг другу спинки и даже немного приласкав друг друга, пошли завтракать.
Это было чудесно.
Волшебно и невероятно.
Еще вчера никто из нас в это не верил.
Совсем.
Но сейчас это стало реальностью.
Мы поели, и Авенар серьезно сказал:
— Надо лететь. Мы должны понять, что случилось с монстром, и самое главное — надолго ли это…
В его голосе прозвучал какой-то надлом.
Он боялся, что чудовище все же вернется и с новыми силами примется нас терроризировать.
Я же страшилась обнадеживать Даргила, хотя и не ощущала присутствие монстра, как раньше.
Прежде я чувствовала некую темную волю, что ли, внутри знакомого мне морлена. Как будто их было двое — один хотел одного, а второй — совершенно другого.
Сейчас же я ощущала нечто подобное тому, что испытывала рядом с рудой.
Она же не имела характера, целей и аппетита, как у твари внутри Даргила.
Она просто была материей и энергией одновременно.
Вот именно нечто такое я чувствовала рядом с Авенаром.
Но сейчас нас занимал общий и важный вопрос — надолго ли свобода воли у монстра приглушилась.
И в нашем общении — беззаботном, счастливом — временами это все же мелькало.
То Даргил задумывался, будто пытался себя отсканировать. Как будто уходил в себя с головой.
То я сосредотачивалась на ощущениях от его монстра и собственном в
и
дении за счет дара.
Пока ничего не предвещало того, что чудовище вот-вот пробудится. Оно будто бы сейчас не имело ни собственной воли, ни потребностей, ни желаний.
Но… это лишь только пока.
— Он иногда на месяцы пропадал… А потом… — Авенар отмахнулся, поморщился и сказал: — Летим! Нечего гадать! Я больше не могу жить в неведении! Я должен знать! Наверняка!
Я твердо кивнула. Я его хорошо понимала — это как не иметь представления о том, что показали анализы. Серьезно ли ты болен или слегка захворал.
Всю дорогу мы переглядывались — со значением и надеждой. С каким-то особенным выражением, которое понятно лишь только двоим.
И казалось, чувствовали друг друга даже на расстоянии.
Возле здания лаборатории Абисмала Даргил вдруг замолчал и замкнулся в себе. Я было дернулась что-то сказать, но как-то не нашла нужных слов.
Лишь погладила его по плечу, будто обещала поддержку в любом случае.
Авенар кивнул, натянуто улыбнулся и ускорил шаг.
В таком состоянии дошел до нужного места, где мы без подробностей поведали о странном затаившемся монстре.
Абисмал как-то загадочно на меня посмотрел, словно что-то эдакое заранее подозревал, но жестом пригласил туда, где обычно изучал Даргила.
Авенар
Я лежал в привычном лабораторном кресле с подключенными датчиками.
— Удивительно! Я даже не ожидал подобного! Что вы с ним сделали? — изумленно смотрел Абисмал на показатели, которые выводил компьютер.
— Э-э-э… Да ничего такого особенного… — только и сказал я.
— Мы его обманули, — пришла на помощь Дайри, которая находилась здесь же, рядом с нами. — А в чем дело? Разве с Авенаром что-то не так?
— В нем по-прежнему остается энергетическая сущность. Но… — Ученый повернулся к нам, выдержав паузу. — Его разум больше не функционирует.
— Что это значит? — нахмурился я, пытаясь обмозговать слова Абисмала.
— Похоже, Дайри полностью выжгла разум монстра! Невероятно!
— Он… он погиб? — не верилось мне.
— Не совсем… Как бы тебе сказать… Теперь он представляет собой лишь энергетическую оболочку, которая соединена с твоим телом. Возможно, ты сам сможешь управлять этой энергией, поняв принцип взаимодействия. Ну либо она просто останется в тебе как рудимент. Как хвост у некоторых гуманоидов.
— Это опасно для него? — испуганно спросила Дайри.
Эти сутки стали для нас чем-то совершенно новым. Хоть мы и не понимали, что случилось с чудовищем, больше не откладывали удовольствие и наслаждались друг другом, получив наконец-то такую возможность.
Где-то с непривычки я даже перегнул палку, наверное.
Но Дайри не жаловалась.
Только смеялась, когда я в очередной раз начинал к ней «подкатывать».
Иной раз притворно закатывала глаза и говорила мое любимое: «Ну ты и жук! Такого темперамента я не могла ожидать! Женщины морленов нормально себя чувствуют после первой брачной ночи? Или им требуется инвалидное кресло?»
А потом проделывала со мной такое, что голова шла кругом.
Впрочем, как и я с ней.
Но я даже представить не мог, что монстр больше не объявится.
Что его «голос» заткнулся навсегда, и ему больше не нужна чужая энергия.
Что делать с той, которая осталась во мне, еще предстояло разобраться.
— В момент агонии чудовища я видела какую-то станцию… Или что-то в этом роде, — неожиданно вспомнила Дайри. — Видение показалось мне важным.
— Как интересно… Быть может, это та самая информация, которую мы не смогли достать в прошлый раз? Не помнишь, что именно было в этом видении? — слегка нахмурил брови профессор.
— Примерно… — Дайри сбивчиво начала рассказывать, и я пытался сопоставить факты с тем, что уже знал сам.
— Давай подключим тебя к прибору, который восстановит нейронные связи и достанет картинки, пока они еще свежи в памяти, — предложил Абисмал.
Дайри переглянулась со мной, будто советуясь, и я кивнул.
— Это безопасно.
— Тогда давайте попробуем, — пожала плечами Дайри.
И мне вдруг захотелось снова обнять ее.
Я до сих пор не мог насладиться свободой от чудовища. А сейчас, после слов Абисмала, и подавно захотелось просто схватить свою землянку и утащить в свое логово, не выпуская еще с неделю.
Но мы не могли игнорировать угрозу фесов, почти захвативших Землю.
Не могли бросить свою работу...
Я даже не поверил, увидев на экранах неизвестную базу.