Страница 39 из 43
36.
Лера стояла, обхватив себя руками. Её трясло.
Только теперь она почувствовала, как дрожат не только руки, но и всё тело — от адреналина, от холода, от страха.
— Пойдём, я тебя отвезу, — раздалось за спиной.
Лера вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял парень, с которым Стас разговаривал перед гонкой. Она нахмурилась.
— Я никуда не пойду с вами. Что вы с ним сделали?
Она накинулась на него с кулаками, но парень перехватил её запястья, удерживая.
— Я его друг. Меня зовут Денис, но друзья называют Котом. Я пытался его предупредить перед стартом, но Вихрь иногда слишком упёртый и самоуверенный.
Лера обмякла и всхлипнула.
— Прости, — пробормотала она, — я слишком испугалась.
Кот кивнул с пониманием, неловко её обнял и похлопал по плечу.
— Стас нас всех заставил поволноваться. Но не переживай, он живучий. Идём, я отвезу тебя к нему.
Лера позволила ему увести себя с места происшествия и усадить в машину.
Она сидела, вцепившись в сиденье, и смотрела в окно, не видя ничего.
Перед глазами снова и снова прокручивался момент аварии: кувыркающийся болид, искры, тело Стаса в воздухе. Она закусила губу, чтобы опять не заплакать.
«Я должна была остановить его. Должна была сказать, чтобы он не ехал. Я должна была…»
Эти мысли буквально разрывали ей мозг всю дорогу, которая казалась бесконечной.
Больница встретила их холодным светом и запахом хлорки. В приёмном покое сказали, что Стас в реанимации, посетителей к нему не пускают. Они остались ждать в коридоре.
Через сорок минут к ним вышел врач — молодой, в зелёной форме, с усталым лицом.
— Вы родственники Быстрова?
— Да, — солгала она, не моргнув.
— У него множественные переломы рёбер, сотрясение мозга средней тяжести, глубокая рана на бедре. Потерял много крови. Состояние стабилизировали, но он пока без сознания. Мы сделали КТ — отёк мозга небольшой, но есть.
Лера кивнула. Голос не слушался. Она только спросила:
— Можно к нему?
— Пока нет. Если что-то изменится — мы позвоним.
Она осталась в коридоре. Села на тот же стул и не двигалась. Мимо проходили люди — врачи, санитары, родственники других пациентов. Кто-то плакал. Кто-то ругался по телефону.
Кот о чём-то разговаривал с персоналом, энергично жестикулируя, а Лера сидела на жёстком пластиковом стуле в коридоре реанимации, сцепив пальцы так сильно, что ногти впивались в ладони.
Время тянулось мучительно медленно. Каждый звук — шаги, голоса, писк аппаратов — отзывался в ней новой волной тревоги.
Телефон в кармане завибрировал. Она достала его почти механически. На экране высветилось имя «Маша».
Лера ответила, поднеся трубку к уху.
— Лер, что происходит?! — голос Маши был взволнованным, — Ты пропадаешь, не отвечаешь на звонки, а теперь ещё и это видео…
— Какое видео? — спросила Лера равнодушно, глядя в одну точку на стене.
— Ты серьёзно не видела?! Видео с аварии, оно уже завирусилось по всем социальным сетям! Миллионы просмотров! Весь интернет стоит на ушах! Там ты… ты бежишь к парню, кричишь, цепляешься за носилки… Вы что вместе? Что происходит?!
Лера закрыла глаза. Ей было всё равно.
— Маша, я не понимаю, о чём ты. Мне сейчас не до видео. Я… устала. Перезвоню позже.
— Лера, подожди! Ты в порядке? Где ты сейчас?
Лера не дослушала, нажала отбой и сразу же выключила звук на телефоне. Экран ещё пару секунд светился уведомлениями, но она просто убрала телефон в карман.
Через несколько минут к ней подошёл Кот.
— Идём, я отвезу тебя домой.
Лера покачала головой, не отрывая взгляда от двери реанимации.
— Я не поеду. Я останусь здесь.
Кот присел на стул рядом с ней.
— Послушай… я понимаю, как ты себя чувствуешь. Но ты сейчас ничем ему не поможешь. Особенно если свалишься прямо здесь, Стасу от этого легче не станет. Давай я отвезу тебя домой. Примешь душ, переоденешься. Отдохнёшь хоть немного. Если что-то изменится — я сразу свяжусь с тобой.
Лера молчала. Сопротивление внутри постепенно угасало. Она действительно была на пределе.
— Когда он придёт в себя?
Денис вздохнул.
— Они не могут сказать точно. Первые 48 часов — самые опасные. Если всё пойдёт хорошо, может очнуться через 2–4 дня. Но нужно ждать.
— Хорошо… — наконец прошептала она. — Но если что-то изменится…
— Я сразу позвоню, обещаю. — кивнул Кот. — Пошли.
Он помог ей подняться. Лера шла рядом, чувствуя, как ноги плохо слушаются. Она оглянулась на дверь реанимации в последний раз, потому что за этой дверью лежал человек, без которого она уже не могла представить свою жизнь.