Страница 37 из 43
34.
Стас. Я вырвался первым после второго круга. Двигатель ревел, как зверь, которому дали свободу, а адреналин бил в виски так сильно, что я почти не слышал криков толпы.
Всё шло идеально. Болид слушался, покрышки держали, повороты я проходил так чисто, что даже Ржавый отстал на полкорпуса. Я знал, что Лера смотрит. Чувствовал её взгляд даже сквозь шум и расстояние. Это давало дополнительную силу.
Когда я заехал на пит-стоп перед третьим кругом, первым делом я должен был проверить машину. Тормоза, подвеску, температуру масла — всё, что могло подвести на таком холоде. Но вместо этого я сорвал шлем, бросил его Коту и пошёл прямо к ней.
Лера стояла чуть в стороне, обхватив себя руками. В кожаной куртке, с распущенными волосами она выглядела так, будто всегда была здесь. Моя.
Я подошёл, обхватил её за талию и притянул к себе. Она вздрогнула от неожиданности, но сразу обняла меня в ответ.
— Ты в порядке? — спросила она, глядя мне в глаза. В её голосе была тревога, которую она пыталась скрыть.
— Теперь да, — ответил я и поцеловал её. Не коротко, не для вида. По-настоящему. Глубоко. Как будто хотел забрать с собой на трассу частичку её тепла.
Она ответила так же — крепко, почти отчаянно, вцепившись пальцами в мою куртку. На секунду весь этот шум, рёв моторов, крики — всё исчезло. Остались только она и я.
— Стас, я боюсь за тебя, — прошептала она, когда мы отстранились. — Тот рыжий парень сказал...
Я нахмурился: — Ржавый подходил к тебе? Что ему надо было?
Лера замялась и отвела глаза, словно не решаясь произнести вслух:
— Чтобы ты проиграл, иначе пожалеешь, — выдохнула она наконец, и в её глазах мелькнул настоящий страх.
Внутри меня всё мгновенно закипело. Этот ублюдок опять полез. Не на трассе, а к ней. Я сжал челюсти так, что зубы скрипнули.
— Не переживай. Он блефует.
Лера кивнула, но я видел — она волнуется. Её пальцы всё ещё дрожали, когда она держалась за мою куртку.
— Стас. Будь осторожен. Пожалуйста.
— Обещаю, — сказал я и поцеловал её в лоб. — Я вернусь. Жди меня.
Я побежал обратно к болиду. Кот уже ждал, хмурый.
— Ты что творишь? Пять минут потерял!
— Стоило того, — ответил я, надевая шлем.
— Влюблённый идиот, — донеслось от него мне вслед.
Я сел за руль, но перед тем, как опустить визор, ещё раз посмотрел в сторону, где стояла Лера. Она сжимала руки на груди, пытаясь выглядеть спокойной, но я видел, как она волнуется. Её взгляд был прикован ко мне.
В этот момент я понял: ради неё я готов рисковать всем. Не только машиной. Собой. Всей своей жизнью. Потому что впервые за долгое время у меня появилось то, ради чего стоит возвращаться.
Двигатель снова взревел. Я выехал на старт. Третий круг. Последний.
Сначала всё было как всегда. Я шёл первым, Ржавый висел сзади, пытаясь достать. Но на третьем повороте что-то изменилось. Руль стал тяжёлым. Подвеска начала странно отзываться. Я почувствовал, как заднюю часть начинает уводить.
«Чёрт…»
Я бросил взгляд в зеркало. Ржавый шёл вплотную. На его лице — довольная, хищная ухмылка. Он знал. Этот ублюдок знал, что с моей машиной что-то не так. Кот предупреждал меня перед гонками, но я думал, он не посмеет. Хотя... Когда на кону такие бабки... люди готовы пойти на всё, не то что изменить своим принципам и пойти против морали.
Я усмехнулся. Это звучало как тема следующей лекции Леры.
Я попытался выровнять, но на прямой стало только хуже. Болид начал «плыть». Я сжал руль сильнее, пытаясь удержать контроль, но инерция была уже слишком велика. Что-то стучало внизу, под днищем. Запах горелой резины ударил в нос, но я не позволю ему насладиться триумфом. Даже на испорченной тачке я всё равно был лучше него.
Болид первым пересёк финишную прямую. Я стал абсолютным чемпионом. Но боюсь, что это была моя последняя победа.
«Прости меня, Лер, — пронеслось в голове, — но вернуться к тебе целым сегодня не получится».
А потом всё случилось за доли секунды.
Заднюю часть резко бросило влево. Я вывернул руль, пытаясь удержать, но на такой скорости это было бесполезно. Инерция потащила машину вбок. Мир превратился в карусель из огней, асфальта и тёмного неба.
Удар.
Металл о металл. Скрежет. Полёт.
Время растянулось.
Я видел, как болид кувыркается отдельно от меня. Искры из-под днища. Небо, перевернувшееся вверх ногами. И лицо Леры — её испуганные глаза, которые я успел увидеть перед тем, как всё погрузилось в темноту.
А потом — только боль и тишина.